«Диалектический материализм», уч. пособие, 1954 г. изд.

§7. Марксистский философский материализм -
единственно научное истолкование объективной действительности

«Диалектический материализм», 1954, с.242 - 275

Марксистский диалектический метод, как было уже показано в предыдущих главах, представляет собой научный подход к изучению объективной реальности, основанный на познании наиболее общих законов развития природы и общества. Отсюда ясно, что марксистский диалектический метод неразрывно связан с материалистическим истолкованием мира. Метод изучения предметов не может быть произвольным, условным, диктуемым соображениями удобства, «экономии мышления», наглядности и т. п. Научный подход к изучению явлений природы и общества должен исходить из законов, которые внутренне этим явлениям присущи.

Именно поэтому основой марксистского диалектического метода являются объективные законы взаимосвязи, движения, изменения, развития мира. Если, например, метафизик утверждает, что противоречия существуют лишь в мышлении, да и то якобы только вследствие заблуждений, то марксистская диалектика исходит из того, что противоречия существуют вне и независимо от сознания, в самих вещах, процессах природы и общества и лишь отражаются, но отнюдь не создаются мышлением. Таким образом, признание объективной, независимой от сознания реальности и её принципиальной познаваемости, т. е. материалистическое понимание мира, материалистическое решение как первой, так и второй стороны основного вопроса философии является одним из необходимых условий правильного, научного подхода к действительности.

Идеалисты, стремясь опорочить материализм, утверждают, что признание объективной реальности, независимой от сознания, означает якобы выход за пределы опыта, допущение сверхчувственного, бездоказательное утверждение и т.д. С точки зрения идеалистов нельзя утверждать, что существует что-то вне и независимо от сознания. Идеалист пытается уверить, будто только существование сознания является абсолютно достоверным. В противоположность идеализму марксистский философский материализм, обобщая всю совокупность данных науки и общественной практики, исходит из того, что вне и независимо от сознания существуют природа и общество, существует объективная реальность. Это положение, являющееся исходным для всякого материалиста, глубоко обосновано и развито марксистским философским материализмом.

Идеалисты, стремясь опровергнуть диалектический материализм, всячески тщатся доказать, что материализм исключает диалектику. Нетрудно заметить, что диалектика в данном случае истолковывается как идеалистическая диалектика, согласно которой движение, изменение возможно лишь в некоей «сверхматериальной» сфере. Но это и есть отрицание реальной диалектики развития природы и общества.

Если марксистский диалектический метод представляет собой единственно научный подход к изучению мира, то марксистский философский материализм является единственно научным его истолкованием. Все материалисты исходят из признания первичности материи и вторичности сознания. Но материалисты-метафизики не признают возникновения, развития сознания как свойства, присущего лишь высокоорганизованной материи. Для многих материалистов-метафизиков характерно представление о вечности сознания, о всеобщей одушевлённости материи. Так, например, материалист Спиноза, признавая первичность материи (субстанции), утверждал, что сознание является атрибутом (неотъемлемым свойством) материи, вследствие чего, по мнению Спинозы, различие между неорганической и органической природой является лишь количественным, а не качественным. Материалист Дидро полагал, чувствительность в различной степени присуща всем вещам. В отличие от метафизического материализма марксистский философский материализм рассматривает отношение сознания к бытию с точки зрения развития: сознание есть продукт материи, достигшей в своём развитии высокой степени совершенства. Только эта точка зрения подтверждается данными эволюционной теории, физиологии, психологии и других наук.

Все материалисты исходят из признания познаваемости мира, рассматривая знания, науку как отражение объективной реальности. Но материалист-метафизик, не умея применить диалектики к теории познания, не может объяснить перехода от непосредственного чувственного восприятия отдельных предметов (данные зрения, осязания и т. д.) к теоретическому мышлению, познанию, оперирующему понятиями, абстракциями. Материалист-метафизик не может поэтому объяснить, как осуществляется познание бесконечного, неограниченного во времени и пространстве мира, так как он не видит диалектического перехода от познания единичного, конечного, преходящего к познанию всеобщего, бесконечного, вечного, от познания чувственно воспринимаемого к познанию того, что хотя и существует объективно, в самом материальном мире, но не является непосредственно предметом наших ощущений (закон, необходимость, сущность и т. п.). Марксистский философский материализм, диалектически рассматривая процесс познания действительности, вскрывает противоречивое единство теории и практики, ощущения и мышления, абсолютной и относительной истины, абстрактного и конкретного, единичного и общего и т. д.

Все материалисты признают закономерность явления окружающей действительности. Но метафизический материализм рассматривает законы природы как неизменные отношения неизменных сущностей, как отношения, увековечивающие данное состояние, препятствующие его изменению. Так, например, французский материалист XVIII в. Гольбах утверждал, что в природе всегда и везде существует один и тот же неизменный порядок вещей, неизменное сцепление причин и следствий, вследствие чего стремление человека изменить этот порядок по своему желанию представляет лишь «заблуждение мухи, думавшей, что она направляет ход кареты, сидя на её дышле». Эта концепция фатализма исторически и теоретически связана с метафизическим пониманием объективной закономерности. Марксистский философский материализм в отличив от материализма метафизического считает законы природы и общества законами их движения, изменения, развития, а только не увековечивающими данное состояние, а, напротив, обусловливающими его преходящий характер.

Научное познание, истолкование, объяснение окружающих явлений вскрывает их причины, присущие этим явлениям закономерности и указывает путь к их практическому использованию в интересах общества. Познавая законы природы, люди овладевают их действием, развивают общественное производство - основу для удовлетворения их материальных и духовных потребностей.

Громадное практическое значение имеет познание не только законов природы, но и законов общественной жизни. Люди в процессе своей общественной жизни изменяют не только природу, но и самих себя, свои общественные отношения, экономическую и политическую структуру общества. При этом изменение общественной жизни осуществляется людьми не произвольно, как им заблагорассудится, а в зависимости от материальных условий их жизни, в соответствии с объективными законами развития общества. Познание объективных экономических законов развития общества позволяет прогрессивному классу ускорить ход общественного развития путем сознательного практического использования, применения этих законов. Марксизм-ленинизм вооружил рабочий класс знанием законов развития капитализма, законов классовой борьбы, законов перехода к бесклассовому коммунистическому обществу. Поэтому В. И. Ленин говорил: «Только философский материализм Маркса указал пролетариату выход из духовного рабства, в котором прозябали доныне все угнетенные классы» [1]. Научное истолкование действительности, даваемое марксистским философским материализмом, является теоретической основой для её практического революционного преобразования.

Для усвоения существа марксистского философского материализма и осознания его значения необходимо прежде всего рассмотреть основные черты и формы домарксистского материализма, что позволит далее вскрыть специфику марксистского философского материализма, его коренное качественное отличие от всех предшествующих форм материалистической философии.

1. Основные исторические формы домарксистского материализма

Материалистические учения различных эпох, принимая за исходный пункт материалистическое решение вопроса об отношении сознания к бытию, всё же существенно отличались друг от друга. Материализм, будучи неразрывно связан с общественной практикой, производством, непрестанно развивался, обогащался, отражая в своём развитии крупнейшие прогрессивные социально-экономические сдвиги в истории человечества. С каждым новым великим открытием естествознания, составляющим эпоху в познании природы, материализм принимал новую форму, что обусловлено его органической связью с наукой и общественной практикой. Враги марксизма сваливают в одну кучу все материалистические учения, дабы принизить высшую, марксистскую, форму материализма и замазать тем самым громадный прогресс в материалистическом миропонимании, достигнутый на протяжении истории.

В действительности между различными течениями материализма имеются существенные различия, ввиду чего недопустимо отождествление разных форм материализма. Маркс и Энгельс дали классическую характеристику двух исторических форм материализма - античного материализма и материализма передовых буржуазных мыслителей, оценил их как две прогрессивные эпохи в развитии материалистической философии. В трудах В. И. Ленина мы находим характеристику материализма русских революционных демократов. Таковы три главных прогрессивных этапа в развитии материалистической философии домарксистской эпохи.

Материализм древних мыслителей. Материалистическая философия впервые возникла в древнем рабовладельческом обществе - в Китае, Индии, Вавилоне. Возникновение материализма исторически связано с развитием рабовладельческой демократии, которая выступала против старой родовой аристократии, проповедовавшей мифы, ставшие в дальнейшем одним из источников идеализма. Материализм был с самого начала мировоззрением передовых социальных групп господствующего класса рабовладельческого общества, тех групп, которые были связаны с ремесленным производством, внутренней и внешней торговлей, наукой. Материализм развивался в борьбе против идеализма, служившего мировоззрением рабовладельческой аристократии, связанной с крупным землевладением.

В противовес традиционной мифологической концепции сотворения мира древние материалисты выводили все известные им явления природы из материи, которую они обычно называли первоматерией. Так, например, некоторые древнеиндийские материалисты полагали, что всё существующее происходит и состоит из огня, воды, воздуха, земли и тончайшего эфира. Древнекитайские мыслители также высказывали положение о «первоэлементах» относя к ним кроме воды, огня и земли также металл, дерево и полагая, что из этих «первоначал» возникли вкусовые ощущения солёного, горького, сладкого, острого, кислого. В сочинении неизвестного древнекитайского автора «Книга гармонии тьмы» утверждается, что «сознание» рождается из вещей и умирает тоже в вещах». Древнекитайские материалисты выдвигали также идею о наличии положительных и отрицательных, противоположных друг другу, первоначальных частиц.

Опираясь на достижения философской мысли древнего Востока, древние греки разработали первую, наивную, форму материалистического миропонимании. Она возникает примерно в VI в. до н. э., в период, когда наука только зарождалась и делала первые шаги по пути научного объяснения явлений природы. Исторической заслугой древнегреческого материализма является то, что он на место мифологических религиозных концепций сотворения мира поставил учение о вечности, неуничтожимости природы, о возникновении, изменении, развитии всех природных явлений.

Уже первые древнегреческие материалисты утверждали, что не боги, а материальное «первоначало», «первоматерия", «первовещество» является источником всего существующего. Фалес (VII-VI вв. до н. э.) полагал, что таким «первоначалом» является вода. Анаксимен (VI в. до н. э.) считал «первоматерией» воздух. Третий представитель материализма ионийской школы Анаксимандр (VI в. до н. э.) отказываясь от сведения всего качественного многообразия к одному какому-либо непосредственно воспринимаемому веществу, утверждал, что «первоначалом» является некая «неопределенная материя». Уже на этой первой ступени своего развития античный материализм в противовес мифологии утверждает, что мир не был сотворён, а существует вечно, находясь в состоянии непрерывного изменения, обновления. Так, Анаксимен учил, что «солнце, луна и прочие огненные светила» возникли из земли: «из последней поднимается влага, которая, разрежаясь, становится огнём, а из поднимающегося вверх огня образуются светила». Наивный, ненаучный характер этой точки зрения, лишённой строгого фактического обоснования и доказательства, не исключал в условиях того времени её выдающегося значения, как первой попытки понять мир в его материальном единстве в развитии.

Наиболее выдающимся представителем этой начальной ступени развития античного материализма был Гераклит из Эфеса (V в. до н. э.). Гераклит полагал, что перво-материей, первовеществом является огонь, который в несравненно большей мере, чем вода, воздух и т. п., характеризует процессы непрерывного движения, возникновения и исчезновения, присущие природе. Гераклит утверждал, что «мир, единый из всего, не создан никем из богов и никем из людей, а был, есть и будет вечно живым огнём, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим».

Против учения Гераклита о всеобщем течении, возникновении и разрушении выступили Парменид (конец VI - начало V в. до н. э.), Зенон (V в. до н. э.) и другие философы из Элеи. Элеаты утверждали, что чувственное восприятие, свидетельствующее о всеобщем движении и изменении, обманывает нас. В действительности «бытие» неподвижно, неизменно, лишено тех свойств, о которых говорят органы чувств. Это реакционное противопоставление сущности и явления было опровергнуто атомистическим материализмом, главным представителем которого был Демокрит (ок. 460-370 гг. до н. э.).

Демокрит является крупнейшим материалистом древней Греции. В. И. Ленин характеризовал материализм античности, противостоящий идеалистической «линии Платона», как «линию Демокрита». Демокрит отказался от наивных представлений о первоначале, первоматерии. Он утверждал, что, поскольку мир существует вечно, никакого первовещества никогда не было. Понятие первоматерии Демокрит заменил понятием атома, поставив, таким образом, вопрос о структуре материи. Всё, согласно Демокриту, состоит из неделимых, вечных атомов, незначительно отличающихся друг от друга, и пустоты. Различные сочетания атомов составляют всё многообразие вещей.

Выдающимися продолжателями учения Демокрита были Эпикур (341-270 гг. до н. э.) и древнеримский материалист Лукреций Кар (99-55 гг. до н. э.). Развивая учение Демокрита, Эпикур приписывал атомам не только различия по величине и форме, но также и различия по весу. Кроме прямолинейного, обусловленного тяжестью движения атомов Эпикур допускал также самопроизвольное их движение, отклонение от прямой линии, необходимое, по его мнению, для объяснения бесконечного многообразия материального мира. Лукреций систематизировал учение Эпикура и изложил его в яркой художественной форме в поэме «О природе вещей». С помощью атомистической гипотезы Лукреций обосновал материалистический тезис - «нечто не способно возникнуть из ничего». Идея вечного движения, изменения, обновления, возникновения и исчезновения отдельных вещей и целых миров в бесконечной материальной вселенной является одним из важнейших положений его учения. Атомистическая гипотеза явилась выдающимся научным завоеванием античного материализма: она с самого начала носила ярко выраженный атеистический характер. Однако при отсутствии развитых научных представлений о строении материи эта гипотеза неизбежно вела к представлению о существовании «последних кирпичиков» мироздания и отожествляла вечность, неуничтожимость материи с неизменностью форм её существования.

Атомистический материализм не только опроверг учение элеатов о неизменном, неподвижном «бытии»,- атомисты решительно выступили против учения крупнейшего представителя идеализма в древней Греции, Платона (427-347 гг. до н. э.). Платон утверждал, что всё то, чувственно воспринимается человеком,- весь предметный, материальный мир - является лишь тенью, смутным, искажённым отражением потустороннего, загробного царства вечных неизменных сущностей - идей. Платон метафизически противопоставил друг другу мир идей (понятий) и мир вещей. Фантастический, вымышленный мир вечных, неизменных идей был объявлен Платоном миром первоначал, первосущностей, в то время как реальный, материальный, изменяющийся мир характеризовался им как ничтожный - именно ввиду своей материальности и изменчивости. По Платону, идеи предшествуют вещам и являются их образующими силами. Платон перенес из мифологии в философию реакционную легенду о сотворении мира, воспринятую всеми идеалистами последующего времени. Платон третировал материю как косную, мёртвую, неспособную к самостоятельному существованию. Понимание материи как «материала» для творческой деятельности сверхприродного духа нанесло громадный ущерб науке о природе, надолго затормозив её прогрессивное развитие.

Демокрит и другие материалисты, разоблачая идеалистическую «линию Платона», доказывали, что не существует сверхчувственного, потустороннего мира идей, что идеи создаются человеком благодаря наблюдению и изучению окружающих предметов, что чувственные восприятия явлений природы служат основой их разумного постижения. Если идеалист Платон призывал закрыть глаза и заткнуть уши, дабы ничто не мешало постижению вневременной «сущности» вещей, то представители «линии Демокрита» видели в чувственных восприятиях основу всего познания и предприняли первые попытки выяснения сравнительной роли ощущений и мышления в процессе познания. Демокрит, в наивной форме развивая эту точку зрения, считал, что от предметов внешнего мира отделяются их «образы», которые, соприкасаясь с нашим органом зрения, делают возможным зрительное восприятие предметов, несмотря на их отдалённость, на отсутствие прямого соприкосновения с ними.

Доказывая, что материя вечна, бесконечна, предшествует сознанию, древнегреческие материалисты делали первые попытки объяснить происхождение сознания из материи. Так, по мнению Гераклита, душа есть наилучший, самый сухой, чуждый влажности огонь. По Демокриту, душа состоит из наиболее совершенных по форме атомов. Такого рода представления о природе психического, при всей своей примитивности, имели большое значение в борьбе против религиозно-идеалистического понимания сознания, как сверхматериального первоначала. Однако это упрощённое представление о сознании не давало возможности ближайшим образом исследовать отношение психического к физическому, поскольку сознание мыслилось как особого рода наиболее тонкое и «совершенное» вещество. Такого рода концепция не была способна объяснить отношение мышления к материи. В силу этого античный материализм носил, в значительной мере, не только наивный, но и стихийный характер, не умея обосновать стихийно принимаемое положение о первичности материи и вторичности сознания, Древнегреческие материалисты понимали, что отношение сознания к материальной действительности состоит в том, что сознание отражает, познаёт её. Признание принципиальной познаваемости мира, враждебность скептицизму в вопросах познания является характерной чертой античного материализма, располагавшего, как известно, чрезвычайно ограниченными результатами познания мира.

Выдающейся исторической заслугой античного материализма являлось (как уже было показано во второй главе) наивно-диалектическое понимание действительности, наиболее ярко выраженное материалистом Гераклитом. Диалектика Гераклита прежде всего опирается на чувственно воспринимаемые факты окружающей действительности. «Холодное,- говорит Гераклит,- становится тёплым, тёплое холодным, влажное сухим, сухое влажным». Однако, не ограничиваясь констатацией отдельных фактов взаимосвязи, взаимопревращения противоположностей, Гераклит приходит к выводу о всеобщности движения, изменения, борьбы противоположностей. Он учит, что «всё возникает через борьбу и по необходимости». Однако наивность диалектики Гераклита проявляется здесь в том, что он не даёт характеристики противоположностей, не анализирует природы их взаимосвязи; он отождествляет борьбу противоположностей с войной, которая, таким образом, рассматривается как нечто всеобщее и, следовательно, абсолютизируется.

Подчёркивая всеобщность возникновения и уничтожения Гераклит ограничивается образной характеристикой этих процессов, отождествляя их в конечном итоге с рождением и смертью. Поэтому в его представлении смерть перестаёт быть специфической характеристикой живого существа и превращается в универсальное понятие: «Огонь живёт смертью земли, воздух живёт смертью огня, вода живёт смертью воздуха, земля - смертью воды». Древнегреческие учёные не имели представления о химическом различии между землёй, водой, воздухом и т. д. Физические свойства этих различных веществ также были им почти неизвестны. Поэтому они, основываясь зачастую на кажущемся, утверждали, например, что огонь возникает из земли, воздух из огня, вода из воздуха, земля из воды и т. д. Как ни наивно подобное представление, выражаемое в форме чувственных образов, основывающихся на внешнем сходстве или различии, как ни противоречит оно данным физики или химии, тем не менее в нём содержится глубочайшая догадка о материальном единстве мира, являющаяся важнейшим достижением древнегреческого материализма.

Признавая всеобщность и существенность движения, изменения, развития, античные материалисты сводили эти процессы к вечному кругообороту явлений, не видя возникновения нового, ранее не существовавшего. Материалистически истолковывая природу, античный материализм не ставил даже вопроса о материалистическом понимании общественной жизни. Этот материализм носил сугубо созерцательный характер: познание рассматривалось как результат созерцания природы без всякого отношения к практической деятельности, к изменению природы. Пренебрежительное отношение к труду, который рассматривался как деятельность раба, не достойная свободного человека, наложило свою печать на эту первую историческую форму материализма. Этим объясняется свойственное материалистам того времени игнорирование практического значении познания, непонимание роли практики в процессе познания.

С падением рабовладельческого экономического строя исчезает и эта присущая ему историческая форма материализма. Однако уничтожение господства рабовладельцев не привело к установлению власти рабов, революция которых была причиной гибели рабовладельческого строя. Глубокий кризис античного общества привёл к установлению господства религиозно-идеалистического мировоззрения. Религия стала господствующей идеологией нового, феодального общества. Однако материалистическая философия, всячески преследуемая и изгоняемая, не исчезла окончательно: материалистические тенденции продолжали существовать на протяжении всего средневековья, особенно в странах Востока. Об этом, например, свидетельствуют материалистические идеи в философии средневекового Китая, Так, философ Фань Чжэнь (V-VI вв.) доказывал неотделимость души от тела, которое характеризуется им как «субстанция духа». Он решительно выступал против буддийских представлений о переселении душ, справедливо полагая, что «нельзя допускать мысль, что тело [человека] уже мёртво, а его дух продолжает существовать». Китайский материалист Ли Чжи (1527-1602 гг.) открыто выступал против господствовавшего в Китае религиозно-идеалистического учения Конфуция, доказывая, что не существует врождённого знания, врождённых идей.

Материалистические идеи в европейской средневековой философии выдвигались преимущественно философами-"номиналистами» в борьбе против «реалистов». Последние утверждали, что универсалии (общие понятия) предшествуют вещам и свидетельствуют о наличии сверхматериальной творческой силы - бога. В противоположность этой идеалистической, в духе платонизма, концепции «номиналисты» доказывали, что общие понятия вторичны и возникают в сознании человека благодаря познанию вещей. Номинализм, по словам Маркса и Энгельса, являлся первым историческим выражением материализма в условиях западноевропейского феодализма. Номиналист Дунс Скот допускал возможность существования мыслящей материи, правда, ссылаясь на всемогущество бога. Другие прогрессивные представители средневековой философской мысли указывали вопреки церкви, что мир существует от века.

Материализм передовых буржуазных мыслителей XVII-XIX вв. В эпоху феодализма господствующей идеологией была религия. В период ломки феодальных отношений и развития капиталистического способа производства молодая, в то время ещё прогрессивная буржуазия, стремившаяся к развитию производительных сил общества, естественно, должна была выступить против духовной диктатуры церкви, сковывавшей развитие науки. В этих утопиях на заре капиталистического развития материализм передовых буржуазных мыслителей выступил как идейное знамя антифеодальной борьбы.

Развитие капитализма и связанной с ним торговли способствовало открытию Америки и морского пути вокруг Африки, что в свою очередь создало для поднимающейся буржуазии новое поле деятельности. Ограбление Индии, Китая и других колоний, колонизация Америки, развитие товарного производства и торговли ускорили разложение феодального строя и развитие враждебных ему буржуазных отношений. Развитие производства вызвало в свою очередь значительный подъём науки, в силу чего эта эпоха получила название «эпохи возрождения».

Крупнейшим представителем материализма этой эпохи является Д. Бруно (1548-1600 гг.), доказывавший, что не существует никакой сверхматериальной и внематериальной силы: природа бесконечна во времени и пространстве, движение составляет её собственную жизнь. Однако Бруно облекает свой материализм в теологическую оболочку, он сохраняет понятие бога, хотя и лишает это понятие его обычного, религиозного содержания.

Великий польский учёный Н. Коперник (1473-1543) провозгласил новое, гелиоцентрическое миропонимание, явившееся революционным актом, посредством которого естествознание впервые решительно заявило о своей независимости от теологии. Галилей разработал основы теоретической механики, Кеплер открыл законы движения планет вокруг солнца. Создание телескопа и микроскопа гигантски раздвинуло сферу научных исследований. Т. Мор и Т. Кампанелла, отражая зарождавшийся антагонизм между пролетариатом и буржуазией, выступили с первыми социалистическими утопиями.

Буржуазия, способствовавшая развитию производительных сил, нуждалась в науке, которая бы исследовала законы природы. Революционизируя общественное производство, буржуазия, естественно, выступила за освобождение науки и философии от религиозных и схоластических пут, сковывавших их развитие. Борьба против клерикализма, схоластики и духовной диктатуры церкви вообще явилась, таким образом, необходимым порождением развития капитализма. Неудивительно поэтому, что уже Д. Бруно третировал схоластов, именуя их бездельниками, педантами, жуликами, шутами, шарлатанами.

Представители материализма XVII в. выработали в борьбе против господствующей идеологии феодального общества - религии - новое, антитеологическое, антисхоластическое мировоззрение. Всё вышесказанное свидетельствует о том, что материализм эпохи возникновения и утверждения буржуазного общества превосходит предшествовавший ему античный материализм своим несравненно более значительным естественно-научным базисом. Он опирается на революцию в естествознании, совершившуюся на заре капитализма и положившую начало существованию ряда наук о природе. И материализм в полном соответствии со всеми этими социально-экономическими сдвигами и приобретениями культуры вступил в новый исторический этап своего развития. Фр. Бэкон (1561-1626 гг.)-родоначальник английского материализма - призывает философию служить созданию «орудий руки», подчиняющих человеку природу, и «умственных орудий», организующих и направляющих человеческое познание. Он объявляет знание силой, способной построить на прочных основаниях могущество человека, расширить границы его власти над природой. Однако учение Бэкона ещё полно теологических предрассудков. Преемник Бэкона и систематизатор его материалистической теории Т. Гоббс (1588-1679 гг.) освобождает материализм Бэкона от теологической непоследовательности, разрабатывает его основные положения на базе наиболее развитой науки того времени - механики.

Материалисты нового времени уже не отождествляют наподобие своих предшественников материю с одним из её состояний (водой, воздухом и т. д.). Но, преодолевая наивный характер античного материализма, материалисты нового времени порывают с наивно-диалектическим взглядом на природу, который был свойственен их предшественникам. Они метафизически истолковывают явления. Отстаивая в борьбе с идеалистами принципы материализма, они прежде всего доказывают неизменность природы, что представляется им важнейшим свидетельством её вечности. Признавая тот факт, что тела находятся в движении, метафизические материалисты не понимают движения как изменения; они сводят движение к перемещению тел в пространстве, к одному лишь механическому движению, не умея научно объяснить качественное многообразие мира. Метафизический характер материализма XVII-XVIII вв. неразрывно связан с механистическим пониманием мира. В то время механика была наиболее развитой наукой, а науки об органическом мире только ещё зарождались. На этой почве развивалось механистическое мировоззрение, рассматривающее вселенную в виде самодействующей машины, а каждое явление в мире - как определенный механизм, для объяснения которого достаточно минимум одной механики. «Человек - машина», так формулировал французский материалист Ламетри (1709-1751 гг.) главный вывод этого учения применительно к человеку. Такое понимание явлений природы не могло дать научного объяснения психических явлений.

В ходе прогрессивного развития капитализма развивалось и материалистическое мировоззрение. Если в начале материализм отличался теологической непоследовательностью, то в дальнейшем он становится философской теорией буржуазного атеизма. Если материалисты XVII в. рассматривали движение как одно из многочисленных свойств материи, то материалисты XVIII в. считают движение атрибутом, т. е. неотъемлемым качеством материи, проявлением её сущности, источником всех её свойств.

Так, французские материалисты XVIII в., стремясь преодолеть непоследовательность своих предшественников, обосновывали в своих трудах неотделимость движения от материи. Они доказывали, что движение представляет собой форму существования, материи, но под движением понимали лишь механическое перемещение тел. С этих теоретических позиций французские материалисты отвергали свойственное большинству их предшественников допущение «первотолчка», объясняя природу из неё самой.

Проведение материалистической линии в пределах учения о природе способствовало тому, что французские материалисты резче, определённее противопоставляют материалистическое решение основного вопроса философии идеалистическому решению этого вопроса.

Дени Дидро (1713-1784 гг.) был непримиримым противником идеализма. В. И. Ленин отмечает историческое значение его борьбы против субъективно-идеалистической философии Беркли. Дидро решительно разоблачал идеализм Беркли, разъясняя, что такого рода философия в сущности признаёт «только своё существование и существование ощущений, сменяющихся внутри нас…». Субъективный идеализм, облыжно ссылающийся на показания органов чувств, в действительности, говорил Дидро, является философией слепых, поскольку он не принимает в расчёт действительное содержание чувственных восприятий, отрицает их объективный характер. Правильно отмечая несостоятельность субъективного идеализма, его оторванность от реальной жизни, Дидро вплотную подходит к пониманию того, что именно практика полностью опровергает все эти идеалистические построения.

В борьбе против идеализма буржуазные материалисты доказывали первичность материи. Однако они не могли вследствие свойственного им метафизического способа мышления поставить вопрос о возникновении, развитии сознания. Поэтому они подчёркивали преимущественно зависимость сознания от материи, считая вместе с тем сознание всегда существовавшим свойством материи. Таким образом, материалистическое решение ими основного вопроса философии носило вместе с тем и метафизический характер. Признание вечности, бесконечности природы, материи и связанное с этим отрицание каких бы то ни было сверхприродных, потусторонних явлений непосредственно приводило к атеизму. С этих позиций французские материалисты XVIII в.- главные представители буржуазного атеизма - подвергли решительной критике религию и церковь. Они доказывали, что религия имеет своим источником невежество, страх перед неведомым, с одной стороны, и своекорыстие всякого рода обманщиков и феодальных тиранов - с другой. Религия, по их мнению, противоречит нравственности, принижает человека, отвращает его от реальности, препятствует достижению счастья и свободы. Французские материалисты разоблачали космополитизм католической церкви, противопоставляя любви к богу и его «наместнику» на земле - римскому папе любовь к своему отечеству.

Эта прогрессивная атеистическая критика религии носила вместе с тем ограниченный буржуазный характер. Источник угнетения человека человеком французские материалисты видели не в определённых материальных отношениях, а в существовании религии и извращённого сознания вообще. Они, следовательно, не видели социальных корней религии, которые не только не устраняются, но постоянно расширенно воспроизводятся развитием буржуазного общества. Это был идеалистический взгляд на религию, сводящий её причины к сознанию, а не к определённым материальным условиям жизни общества.

Выдающимся буржуазным мыслителем-материалистом был немецкий философ Л. Фейербах (1804-1872 гг.). Исторической заслугой Л. Фейербаха является критика идеализма Гегеля. Л. Фейербах правильно оценил гегелевскую идеалистическую систему взглядов как утончённую, рафинированную теологию, показав, что гегелевская «абсолютная идея» является философским обозначением бога, а учение Гегеля о природе как «инобытии» сверхприродного духа представляет собой приукрашивание религиозной догмы о сотворении мира богом. Однако Фейербах не видел, как и другие буржуазные мыслители, социальных корней религии и идеализма, лежащих в самой экономической основе классового общества. Идеализм он выводил из религии, а религию - из природы человеческой чувственности, увековечивая тем самым религиозное чувство.

Продолжая материалистические традиции XVIII в., Фейербах внёс значительный вклад в разработку сенсуализма [2]. Он правильно подчёркивал, что, будь у человека больше органов чувств, чем он имеет, он не знал бы больше, иначе говоря, имеющиеся у человека органы чувств являются источником познания всего, существующего вне человека. «Созерцайте природу, созерцайте человека,- писал Фейербах.- Здесь вы имеете тайны философии перед глазами» [3]. Фейербах выступал против идеалистического третирования живого созерцания, как чего-то низменного, враждебного интеллекту. В противовес идеалистам Фейербах подчёркивал, что восприятия человека качественно отличны от восприятий животных, что они носят разумный, осмысленный характер и далеко выходят за пределы непосредственных нужд, физиологических потребностей человека.

Однако Фейербах не понимал роли материальной практики в познании, в историческом развитии чувственных восприятий объективной реальности; он не мог также понять диалектики перехода от ощущений к мышлению, а самое мышление сводил к простому суммированию показаний органов чувств.

Фейербах не был диалектиком: вместе с идеализмом Гегеля он отбросил и гегелевскую диалектику, не увидев в ней рационального зерна. Будучи атеистом, Фейербах тем не менее считал необходимым создание особой религии чувства, обожествляющей самого человека. В этом ярко сказалась буржуазная ограниченность этого мыслителя, бывшего современником Маркса и Энгельса, но не сумевшего встать на позиции диалектического материализма. Маркс и Энгельс, создавая диалектический материализм, революционно-критически восприняли, переработали и развили «основное зерно» материализма Фейербаха, отбросив прочь присущие этому материализму религиозно-этические наслоения.

Материализм передовых буржуазных мыслителей неизбежно носил половинчатый характер: это был материализм (да и то не всегда последовательный) лишь в истолковании природы, между тем как общественная жизнь понималась ими идеалистически. Правда, материалисты того времени в противоположность идеалистам не считали, что в общественной жизни действуют какие бы то ни было сверхъестественные, божественные силы. Они не признавали в общественной жизни никаких других сил и явлений, кроме тех, которые чувственно воспринимаются и всегда могут быть эмпирически установлены. Они рассматривали общественную жизнь и самого человека натуралистически, т.е. как явление природы. Так, Спиноза утверждал, что «люди, как и всё остальное, суть только часть природы…». Фейербах обвинял идеализм в том, что он «вырывает человека из природы», и подчёркивал: «…я не стыжусь своей зависимости от природы». С этой точки зрения все присущие человеку и обществу черты рассматривались как естественные, самой природе присущие свойства. Буржуазный эгоизм превращался в «естественный» эгоизм, выражающий свойственное якобы всем телам стремление к самосохранению, общественное неравенство объявлялось естественным, и человеческая природа, как и природа вообще, считалась в сущности неизменной.

Таким образом, натуралистический взгляд на человека и общество носил ярко выраженный метафизический характер, а эта метафизика, в свою очередь, вела к идеалистическому пониманию общественной жизни. Перенося на общество законы природы, материалисты-метафизики не видели специфически материальной, экономической обусловленности общественной жизни, игнорировали практическую, трудовую, революционную деятельность народа и придавали решающее значение в истории чувствам, мыслям, намерениям людей, в особенности выдающихся людей. Как подчёркивает Энгельс, «на историю,- и в ее целом и в отдельных частях, - смотрели как на постепенное осуществление идей, и притом, разумеется, всегда только любимых идей каждого данного философа» [4].

Представители метафизического материализма не случайно игнорировали тот основной факт, что люди должны есть, пить, одеваться, иметь жилище, прежде чем быть в состоянии заниматься политикой, наукой, искусством и т. д., что, следовательно, материальное производство и соответственно этому деятельность трудящихся масс образуют действительную, определяющую основу истории. Эти материалисты, представители эксплуататорского класса, приписывали решающую роль в истории выдающимся личностям, правительствам и даже отдельным случайным событиям, считая, что все причины вообще одинаково существенны, так что любая песчинка на берегу морском, честолюбие полководца, каприз женщины могут быть источником, причиной величайших событий в истории стран и народов.

Материализм передовых буржуазных мыслителей, хотя и представлял собой идейное оружие буржуазии в период её кратковременной революционности, тем не менее при всех своих нападках на религию, феодальную тиранию и т. п. оставался созерцательным мировоззрением. Человек рассматривался лишь как продукт природы, а не как сила, изменяющая, преобразующая природу. Соответственно этому материалисты-метафизики не видели связи познания с практической деятельностью людей, с изменением окружающего мира. Таким образом, материализм буржуазных философов XVII-XIX вв. явился дальнейшим шагом в развитии материалистической теории. Но этот материализм был исторически ограниченным. Его ограниченность состояла в механистическом, метафизическом понимании природы и в идеалистическом истолковании общественных явлений.

Материализм лишь в течение весьма короткого исторического периода выступал в качестве мировоззрения буржуазии. Завоевав политическое господство, буржуазия решительно выступила против своих былых материалистических увлечений.

Во второй половине XIX в. метафизический материализм выродился в вульгарный материализм, примером которого могут быть философские теории Бюхнера, Фогта, Молешотта. Вульгарные материалисты отождествляли сознание с материей, утверждая, что мозг выделяет мысли подобно тому, как печень выделяет жёлчь. Вульгарные материалисты сводили общественную жизнь к физиологическим процессам, распространяли положение о «борьбе за существование» на общественную жизнь, оправдывая с помощью «естественно-научных» аргументов колониальную политику буржуазии. Однако вскоре и вульгарный материализм был вытеснен идеалистической философией, которая со второй половины XIX в. стала в буржуазном обществе безраздельно господствующей.

Если философские учения Канта, Фихте, Шеллинга, Гегеля содержали в себе отдельные прогрессивные черты, диалектические догадки, постановку новых вопросов, то идеалистическая философия второй половины XIX в. лишена каких бы то ни было рациональных, положительных черт. Отражая процесс превращения буржуазии в реакционный класс, эти идеалистические учения возрождают наиболее реакционные идеи прошлого, смыкаются с клерикализмом, фальсифицируют данные науки и извращают факты для оправдания капиталистического рабства. В этих условиях развивать материалистическое мировоззрение могли лишь представители трудящихся, эксплуатируемых классов.

Материализм революционных демократов. Следующим этапом развития домарксистского материализма явилась материалистическая философия революционных демократов, которая была идеологией широких эксплуатируемых масс крестьянства, борющихся против господства помещиков. Общеизвестно, что освободительная борьба крестьянства не приводит и не может привести к уничтожению всякого гнёта и эксплуатации, её задачей является достижение максимума буржуазно-демократических преобразований. Но революционные демократы в отличие от либеральной буржуазии являются непримиримыми противниками феодального строя и его идеологии, они глубоко верят в социальное творчество трудящихся и, сознавая, что не «верхи», а «низы» являются решающей силой истории, ориентируются на революционный путь развития общества. Материалистическая философия революционных демократов имела своих представителей в различных странах Европы и Азии. Своего полного развития эта высшая форма домарксистского материализма достигла в России, где освободительное движение широких масс крестьянства непосредственно предшествовало социалистическому движению пролетариата.

Характерной особенностью материалистической философии революционных демократов является постоянное стремление связать теоретические вопросы с практическими задачами, с революционной борьбой. «Важность теоретических вопросов,- писал В. Г. Белинский,- зависит от их отношения к действительности» [5]. С этих позиций Белинский страстно изобличал всяческое примирение с эксплуататорскими порядками.

Н. Г. Чернышевский правильно критиковал Гегеля за «нежное снисхождение к существующему», подчёркивая, что Гегель - «раб настоящего положения вещей, настоящего устройства общества …».

Продолжатель Чернышевского - Д. И. Писарев утверждал, что конечная цель философии и познания вообще «состоит в том, чтобы разрешить навсегда неизбежный вопрос о голодных и раздетых людях; вне этого вопроса нет решительно ничего, о чём бы стоило заботиться, размышлять и хлопотать…» [6].

Если французский материализм XVIII в. выступал на борьбу с предшествующим и современным ему идеализмом типа идеализма Беркли и Юма, то русский материализм XIX в. нанёс удар по наиболее развитой форме идеализма - немецкой идеалистической философии конца XVIII - начала XIX в. и двинул вперёд материалистическую философию. Фейербах, как указывалось выше, критиковал немецкий идеализм с позиций метафизического материализма. Что же касается Белинского, Герцена, Чернышевского, Добролюбова, то они были не только материалистами; в их произведениях были сильны идеи диалектики, ввиду чего данная ими критика Канта, Фихте, Шеллинга, Гегеля существенно отличается от фейербаховской. Фейербах не заметил «рационального зерна» в идеалистической диалектике Гегеля. Классики русской философии, напротив, положительно оценивая идею развития в философии Гегеля, глубоко разрабатывали вопросы диалектики.

Преодолевая метафизическую и механистическую ограниченность предшествующего материализма, классики русской философии решали основной вопрос философии на основе материалистического понимания процесса развития. Не удовлетворяясь признанием простой зависимости сознания от материи, Герцен говорил: «…сознание вовсе не постороннее для природы, а высшая степень её развития…» [7]. Такое понимание сущности духовного было прямо и непосредственно направлено против обеднения его содержания и игнорирования присущей сознанию активности.

Метафизические материалисты не могли диалектически понять процесс отражения сознанием человека объективной реальности и применить диалектику к теории отражения. Русские революционные демократы и в этом отношении сделали шаг вперёд. Выступая против метафизического понимания познания, они, пытались исторически понять этот процесс, указывая на диалектический характер истины. Белинский утверждал, что «живая истина состоит в единстве противоположностей». Герцен, опровергая метафизическое представление об истине, как о чём-то раз навсегда данном, указывал на вечное движение истины в процессе познания, в котором «всякое положение отрицается в пользу высшего… только в преемственной последовательности этих положений, борений и снятий проторгается живая истина…» [8]. Чернышевский, развивая эти воззрения, учил, что абстрактной истины нет, истина всегда конкретна.

Характеризуя процесс познания, классики русской философии неоднократно указывают на значение практики для отличения истины от заблуждения. Подходя вплотную к оценке практики как критерия истины, Чернышевский высказал вместе с тем ряд глубоких положений о связи между прогрессом познания и практическими потребностями. Эти важнейшие положения, правда, не получили достаточного развития в системе взглядов классиков русской философии, однако они свидетельствуют о существенном отличии их материалистического учения от предшествующего материализма.

Классики русской философии были решительными борцами против всякого рода теорий о невозможности познать мир. Высокая оценка роли практики в познании приводила русских материалистов к пониманию того, что скептицизм относительно познавательных способностей человека, основывается на всякого рода оторванных от практики схоластических мудрствованиях. В. И. Ленин обратил особое внимание в своём труде «Материализм и эмпириокритицизм» на заслуги Чернышевского в борьбе против такого рода теорий, проповедовавшихся последователями Канта и других философов. «Чернышевский, - писал Ленин, - единственный действительно великий русский писатель, который сумел с 50-х годов вплоть до 88-го года остаться на уровне цельного философского материализма и отбросить жалкий вздор неокантианцев, позитивистов, махистов и прочих путаников. Но Чернышевский не сумел, вернее: не мог, в силу отсталости русской жизни, подняться до диалектического материализма Маркса и Энгельса» [9].

Классики русской домарксистской философии не смогли распространить материализм на понимание общественной жизни, ввиду чего не могли также преодолеть до конца метафизичность и созерцательность старого материализма. Однако было бы ошибочно ставить на одну доску социологические воззрения представителей русской революционной демократии и соответствующие теории буржуазных мыслителей XVII-XVIII вв. Во взглядах Белинского, Герцена, Огарёва, Чернышевского, Добролюбова, Писарева на общественную жизнь проявляется материалистическая тенденция, обусловленная прежде всего революционно-демократическим отношением к общественным вопросам. Так, Чернышевский решительно осуждал идеалистическое представление о происхождении философии и социально-политических: теорий вообще, подчёркивая, что все они являются или прогрессивными или реакционными, т. е. неразрывно связанными с общественной жизнью: эти теории, по мнению Чернышевского, являются «отголосками исторической борьбы, имеют целью задержать или ускорить ход событий» [10].

Однако это и другие положения не означали материалистического понимания общественной жизни, ибо в конечном счёте, по убеждению Чернышевского, «знание - основная сила, которой подчинены и политика, и промышленность, и всё остальное в человеческой жизни» [11]. Высоко оценивая роль науки, Чернышевский ошибался, считая, что «основная сила прогресса - наука, успехи прогресса соразмерны степени совершенства и степени распространенности знаний» [12].

Характерной особенностью революционно-демократической материалистической философии в России является враждебность не только крепостничеству, но и буржуазному строю. Отсюда вытекал утопический социализм русских революционных демократов. В отличие от западноевропейских утопических социалистов классики русской философии отрицали мирный реформистский путь к социализму, признавая необходимость революционного уничтожения эксплуатации. Однако русские революционные демократы не видели реального исторического пути уничтожения капитализма, пути, идущего через освободительную борьбу пролетариата и пролетарскую революцию. Они не выделяли пролетариат из массы трудящихся, «простолюдинов» и ожидали революционной, социалистической инициативы прежде всего от крестьянства. Такого рода воззрения, естественно, не могли стать идейным знаменем освободительной борьбы пролетариата, философской теорией, ведущей трудящихся к действительному уничтожению всякого угнетения и всякой эксплуатации человека человеком.

Революционно-демократические материалистические идеи разрабатывались под влиянием передовых русских мыслителей и в других странах Европы, например, в Болгарии (Христо Ботев), в Сербии (С. Маркович).

Классовые и гносеологические корни идеализма. Идеализм как определённая форма общественного сознания существует не вечно, он порождён развитием классового общества. В. И. Ленин неоднократно указывал им то, что в конечном счёте идеализм представляет собой утончённую поповщину, наукообразное изложение религиозных воззрений. Отсюда ясно, что социальная роль идеализма аналогична социальной роли религии. Религия является идеологическим орудием господствующих эксплуататорских классов; религия помогает этим классам держать в подчинении трудящиеся массы; религия отражает порабощение трудящихся масс, их тяжёлое угнетённое положение. Идеализм, как и религия, набрасывает покрывало на существующее в эксплуататорском обществе положение вещей, но в отличие от религии он проповедует примирение с эксплуататорскими порядками не прямо и непосредственно, а в завуалированной, утончённой форме. Так, например, идеалисты внушают массам, что изменение, улучшение их материального положения не осуществимо материальными, революционными средствами: нообходимо-де нравственное самоусовершенствование, изменение сознания, а не самой действительности. Как указывал Маркс, идеалисты подменяют изменение действительности изменением одного лишь сознания, проповедуя примирение с реакционными порядками путём иного их истолкования.

Характерной особенностью идеализма является то, что этот пустоцвет растёт, как отмечает Ленин, на живом дереве развивающегося человеческого познания. В этой связи встаёт вопрос о гносеологических (теоретико-познавательных) корнях идеализма, т. е. об его отношении к процессу познания.

Ленин указывал, что всякая абстракция, поскольку она непосредственно не связана с объектом чувственного восприятия, представляет собой отлёт мысли от действительности, который при определённых социальных условиях может превратиться в разрыв между абстрактной мыслью и конкретной действительностью. «Познание человека,- говорил В. И. Ленин,- не есть… прямая линия, а кривая линия, бесконечно приближающаяся к ряду кругов, к спирали. Любой отрывок, обломок, кусочек этой кривой линии может быть превращен (односторонне превращен) в самостоятельную, целую, прямую линию, которая (если за деревьями не видеть леса) ведет тогда в болото, в поповщину…» [13].

Это положение В. И. Ленина указывает, что идеализм в противоположность материализму выражает не основное содержание познания, а кусочек его, притом неверно истолкованный, превращённый в целое, в главное, определяющее. Идеалистическая философия означат «одностороннее, преувеличенное… развитие (раздувание, распухание) одной из черточек, сторон, граней познания в абсолют, оторванный от материи, от природы, обожествленный» [14]. Так, например, Платон оторвав понятия, отражающие общие признаки предметов (дом, дерево, человек и т. д.), от самих предметов, т. е. от реально существующих домов, деревьев, людей, и вообразил на этом основании, что понятие дерева предшествует реальному существованию деревьев и находится не в человеческой голове, а где-то вне окружающего мира, в потустороннем царстве вечных идей. «Прямолинейность и односторонность, деревянность и окостенелость, субъективизм и субъективная слепота voila гносеологические корни идеализма» [15].

Таким образом, процесс познания содержит в себе (и силу своей сложности, противоречивости) возможность идеализма, однако эта возможность превращается в действительность лишь тогда, когда этому способствуют определённые общественные интересы, классы. Односторонняя, субъективная, упрощённая оценка того или иного явления содержит в себе зародыш идеализма, который развивается и превращается в идеалистическое воззрение там, где в этом заинтересованы те или иные общественные классы. Так, господство идеализма в современных капиталистических странах прямо связано с господством буржуазии, заинтересованной в сохранении и распространении реакционного идеалистического мировоззрения, деморализующего трудящихся. Возможность идеализма имеется, следовательно, в самом противоречивом, многостороннем процессе познания, но эта возможность становится действительностью лишь в классовом обществе. С уничтожением антагонистического общества исчезает и его историческое порождение - идеализм.

2. Марксистский философский материализм -
высшая форма материализма

Марксистский философский материализм качественно отличается от всех предшествующих материалистических учений. Революционно-критически восприняв передовые традиции предшествовавших ему материалистических учений, марксистский философский материализм явился принципиально новой, высшей ступенью развития философской мысли. Марксистский философский материализм является не только правильной теорией познания мира, но и теоретическим обоснованием его революционного преобразования.

Единство диалектического метода и материалистической теории. Коренным отличием созданного марксизмом материализма от предшествующих ему материалистических учений явился его диалектический характер.

Марксистский философский материализм - это диалектический материализм. Диалектика и материализм составляют в марксистско-ленинской философии единое целое. Марксистский диалектический метод направляет наше познание объективной реальности, раскрывая перед нами общую картину взаимообусловленности и развития явлений. Марксистский философский материализм вскрывает материальную основу взаимозависимости, движения, развития явлений и указывает научный путь их познания.

Основные черты марксистского диалектического метода характеризуют развитие самой материи, которая существует как связное единое целое и находится в состоянии непрерывного движения. Именно материя качественно многообразна, и незаметные количественные изменения, происходящие в материальном мире, приводят к коренным качественным изменениям. Закон борьбы противоположностей, вскрывающий источник развития, присущ самой материи. Он составляет внутреннее содержание развития всех материальных вещей и процессов.

Устанавливая различие между методом и теорией, марксизм-ленинизм отнюдь не противопоставляет их друг другу. Основные черты марксистского диалектического метода являются выражением наиболее общих законов развития, свойственных всему существующему: материалистическая диалектика как метод познания представляет собой поэтому аналог действительности. Марксистский диалектический подход к явлениям природы и общества является материалистическим. С другой стороны, марксистское философское истолкование мира отличается от теории метафизического материализма тем, что оно является материалистическим. Таким образом, марксистский философский материализм означает диалектико-материалистическое истолкование мира, единственно правильное объяснение явлений окружающего мира в их единстве и многообразии, в их движении, изменении, развитии.

Диалектический материализм органически связан с достижениями всех наук, ввиду чего он совершенно преодолевает и устраняет ту механистическую ограниченность, которая была свойственна материализму XVII-XVIII вв. Домарксистские материалисты отождествляли материю с массой, считая последнюю абсолютно неизменной. Диалектический материализм доказал, что все качества материи изменчивы. Соответственно этому марксистский философский материализм рассматривает материю как бесконечно многообразную, отвергая сведение материи к одному какому-либо виду. Домарксистский материализм, отождествляя материю с веществом, не понимал, в чём состоит материальная основа общественной жизни. Марксистский философский материализм показал, что материя есть объективная реальность, т.е. всё то, что существует вне и независимо от сознания и отражается в нём.

Выводя сознание из материи, марксистский философский материализм в противоположность материализму метафизическому не отождествляет его с материей. Материи существует вне и независимо от сознания, следовательно, сознание не есть материя, хотя и неотделимо от неё.

Сознание не существует вне, независимо от субъекта, как не пытаются это доказывать всякого рода идеалисты. Мышление есть продукт материи, но само оно не есть уже материя, а лишь особого рода свойство высокоорганизованной материи. Таким образом, марксистский философский материализм решительно отвергает как абсолютное противопоставление сознания и материи, так и отождествление того и другого, вскрывая диалектическое взаимоотношение между сознанием и бытием, мышлением и объективной реальностью. В. И. Ленин, отметая демагогические заявления идеалистов относительно того, будто бы марксистский материализм абсолютно противопоставляет психическое и физическое, указывал, что диалектический материализм ограничивает это противопоставление рамками вопроса: что первично, а что вторично, производно.

Отвергая абсолютное противопоставление сознания и материи, духовного и материального, марксистский материализм показывает, что между тем и другим имеет места диалектическое взаимоотношение: сознание, порождаемой бытием, оказывает на него обратное воздействие и является таким образом существенным фактором в изменении самого бытия. Так, например, общественное сознание людей, отражая материальную жизнь общества, может оказывать то ускоряющее, то замедляющее влияние на ее развитие.

Марксистский философский материализм прямо и непосредственно связан с новейшими открытиями наук, с завоеваниями физики, биологии, психологии и т. д. Великие открытия естествознания XIX и XX вв. были философски обобщены диалектическим материализмом. Каждая новая ступень в развитии науки, подтверждая марксистский философский материализм, является вместе с тем ост новой для новых философских обобщений, обогащающий марксистско-ленинское мировоззрение.

Единство материалистического понимания природы и материалистического понимания общества. Марксистский философский материализм неизбежно приводит к материалистическому пониманию истории, к революционно-коммунистическим выводам. Высшая форма материализма, созданная марксизмом, изгоняет идеализм из его последнего убежища - из социологии. В. И. Ленин характеризует марксистский философский материализм как «последовательный материализм, охватывающий и область социальной жизни…» [16].

Особенностью диалектико-материалистического решения вопроса об отношении сознания к бытию является то, что оно охватывает не только природу, но и общество.

Марксизм-ленинизм учит, что общественное бытие, способ производства материальных благ определяет лицо общества, служит основой исторического развития.

«Материализм вообще,- говорит В. И. Ленин,- признает объективно реальное бытие (материю) независимое от сознания, от ощущения, от опыта и т. д. человечества. Материализм исторический признает общественное бытие независимым от общественного сознания человечества» [17].

Общественное сознание человека отражает общественное бытие. Рассмотрение общественного сознания как отражения общественного бытия в корне отличает диалектический материализм от материализма метафизического. При этом марксистский философский материализм показывает, что всякое, даже извращённое, ложное общественное сознание является порождением действительности. Французские материалисты, например, полагали, что религия и ничего не отражает в объективной реальности, поскольку она представляет ложное воззрение. Марксистский материализм, напротив, показывает, что религиозное сознание угнетённых и эксплуатируемых масс отражает в извращённой форме факт их порабощения, подавления эксплуататорами, выражает тот экономический, политический и духовный гнёт, которому они подвергаются в антагонистическом обществе.

Материалистическое понимание общественной жизни стало возможно благодаря преодолению свойственного старому материализму сведения материи к одной лишь физической, химической или какой-либо другой форме её существования. Марксистский философский материализм раскрывает специфический характер материальной жизни общества и соответствующую ему специфику общественного сознания. Материальная жизнь общества - это прежде всего производство материальных благ, двумя основными сторонами которого являются производительные силы и соответствующие им производственные отношения людей, складывающиеся и существующие независимо от сознания и воли людей. Изменение общественного производства обусловливает изменение общественного сознания. Таким образом, и в обществе в специфической фирмо проявляется, действует основная, установленная материализмом закономерность: материя первична, сознание вторично, производно.

Материалистически решив вопрос об отношении общественного сознания к общественному бытию, марксистско-ленинская философия создала на этой теоретической основе научное понимание всего исторического процесса общественной жизни. Марксизм рассматривает общественное развитие как естественно-исторический процесс, подчиняющийся законам, но только не зависящим от воли, сознания и намерений людей, а, напротив, определяющим их волю, сознание и намерения.

Материалистическое понимание истории явилось философской основой доказательства объективной неизбежности социализма; на этой теоретической основе классики марксизма-ленинизма разработали учение о пролетарской революции и диктатуре пролетариата, учение о построении коммунистического общества.

Материалистическое понимание истории обогащает теорию познания, раскрывая общественную природу познания, выявляя роль материальной, практической деятельности людей в процессе познания. Домарксистский материализм не понимал материальной, практической основы познания, не видел связи познания с материальным производством и общественно-политической жизнью людей. Даже в тех случаях, когда домарксовский материализм указывал на роль практики в познании, самая практика понималась ограниченно, преимущественно как деятельность, преследующая определённую выгоду или же как эксперимент. Материалистическое понимание истории раскрывает решающее значение основной формы практической деятельности людей - материального производства, показывая, как оно обусловливает развитие познания. Марксизм-ленинизм раскрыл, таким образом, место познания в общественной жизни, в истории общества, исследовал связь теории и практики и поставил теорию познания на научную почву.

Марксистский философский материализм своим истолкованием явлений природы и общества теоретически обосновывает их революционное изменение. Благодаря материалистическому пониманию истории стало возможно полное и окончательное преодоление созерцательности, свойственной метафизическому материализму. Марксистский философский материализм покончил с метафизическим противопоставлением природы и общества, показав, что изменений природы людьми является материальной основой общественной жизни, основой познания и всей человеческой истории вообще. Таким образом, познание действительности было впервые понято как могущественное средство преобразования, было показано, что познание законов природы создаёт возможность практического овладения ими для использования их на благо человеку. Марксистский философский материализм покончил с созерцательным пониманием общественной жизни. В этом смысле Маркс и Энгельс характеризовали созданную ими философскую теорию как теоретическое обоснование путей революционного, коммунистического преобразования мира.

Марксистский философский материализм есть живое, постоянно развивающееся учение. Революционный, творческий характер марксистского философского материализма делает его могущественным оружием Коммунистической партии.

Цельность и монолитность марксистского философского материализма. Основные черты марксистского философского материализма сформулированы Марксом и Энгельсом. В трудах В. И. Ленина они получили свою дальнейшую разработку. В произведении И. В. Сталина «О диалектическом и историческом материализме» дано развитие и систематическое изложение основных черт марксистского философского материализма.

Первая черта марксистского философского материализму говорит о материальности мира, отвергая идеалистическое, религиозное представление о существовании посюстороннего и потустороннего мира. Единство мира заключается в его материальности, т. е. в том, что всё многообразие существующего представляет собой различные формы движения материи. Материальны по своей природе предметы, явления, а также закономерности, управляющие движением, изменением, развитием, ибо эти закономерности представляют собой не какие-то сверхприродные установления, а определённые формы взаимосвязи, взаимообусловленности явлений.

Если первая черта марксистского философского материализма отвечает на вопрос, что представляет собой мир, то вторая черта отвечает на вопрос: в каком отношении друг к другу находятся материальные и духовные пиления. Материя первична, сознание вторично, т. е. является продуктом длительного развития материи; оно неотделимо от материи как функция высокоорганизованной материи, как отображение объективной реальности.

Марксистский философский материализм даёт ответ на вторую сторону основного вопроса философии, раскрывая гносеологическое отношение сознания к объективной реальности, доказывая познаваемость мира и его закономерностей и указывая пути научного познания. Марксистская философия доказывает, что данные чувственной восприятия являются источником знания о внешнем мире, источником, из которого исходит абстрактное мышление. Эти положения раскрываются в третьей черте марксистского философского материализма.

КРАТКИЕ ВЫВОДЫ

Марксистский философский материализм является научно-философским истолкованием, объяснением объективного мира. Если научный диалектический подход к изучению явлений невозможен без материализма, то в свою очередь последовательное научно-материалистическое объяснение мира невозможно без понимания взаимосвязи явлений, их движения, изменения, развития. Марксистский философский материализм и марксистский диалектический метод образуют монолитное единство.

Марксистский философский материализм является высшей формой материалистической философии, качественно отличной от всех предшествующих ей материалистических учений. В домарксистскую эпоху существовали, последовательно сменяя друг друга, три основные исторические формы материализма: материализм передовых мыслителей рабовладельческого общества, материализм передовых буржуазных мыслителей, когда буржуазия представляла собой ещё прогрессивный, борющийся против феодализма класс, и материализм революционных демократов, достигший высшей степени своего развития в России, - философия освободительного движения крестьянских масс. Специфической особенностью античного материализма является наивная диалектика, основанная преимущественно на непосредственном чувственном созерцании объективной реальности. Специфической особенностью материалистических учений XVII-XVIII вв. является их метафизический, механистический характер и идеалистическое понимание истории. Русские революционные демократы вплотную подошли к диалектическому материализму, однако в силу отсталости тогдашней России они не могли полностью преодолеть основные пороки предшествующего материализма и создать принципиально новую материалистическую философию.

Основным недостатком всех этих материалистических учений является идеализм в понимании общественной жизни. Марксистский философский материализм качественно отличен от всей предшествующей материалистической философии, поскольку он является диалектическим материализмом. Марксистский философский материализм даёт материалистическое понимание как природы, так и общественной жизни. Великое значение марксистского философского материализма состоит в том, что он является теоретическим оружием рабочего класса и его партии в борьбе за коммунистическое преобразование мира.

1 В. И. Ленин, Соч., т. 19, с. 8
2 Сенсуализм - философское учение о происхождении всех знаний из чувственных восприятий. Основное положение сенсуализма: Нет ничего в разуме, чего бы не было раньше в чувственном восприятии.
3 Л. Фейербах, Основы философии будущего, 1936, с. 126
4 Ф. Энгельс, Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии, Госполитиздат, 1952, с. 39
5 В. Г. Белинский, Избранные философские произведения, т. II, М. 1948, с. 309
6 Д. И. Писарев, Избранные сочинения в двух томах, т. II, М. 1935, с. 88
7 А. И. Герцен, Избранные философские произведения, т. I, М. 1948, с. 126
8 А. И. Герцен, Избранные философские произведения, т. I, М. 1948, с. 80
9 В. И. Ленин, Соч., т. 14, с. 346
10 Н. Г. Чернышевский, Полное собрание сочинений, т. VII, М. 1950, с. 222
11 Н. Г. Чернышевский, Полное собрание сочинений, т. IV, М. 1948, с. 6
12 Н. Г. Чернышевский, Полное собрание сочинений, т. VII, М. 1950, с. 645
13 В. И. Ленин, Философские тетради, 1947, с. 330
14 В. И. Ленин, Философские тетради, 1947, с. 330
15 В. И. Ленин, Философские тетради, 1947, с. 330
16 В. И. Ленин, Соч., т. 21, с. 32
17 В. И. Ленин, Соч., т. 14, с. 312

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru