раздел «Цели развития»

Эссе раздела


Экономика: проблема приложения к ее практике критерия «развитости»


 

Современная экономика: принцип билинейности


 

Антикапитализм


 

Мультипликативность играющая роль универсологического начала экономики


 

Феномен производства


 

Проблема «ресурса емкости» внутреннего рынка


 

Будущее экономики, предсказанное в 2009 году


 

Экономическая функция эмиссии стоимости


 

Деньги в их превращении из предмета в категорию


 

Арбитражная составляющая цены и проблема ее легитимности


 

«Сцилла и Харибда» советской экономики: между «гонялись» и «лежало»


 

«Монетарная история» советской экономики и крах CCCP


 

Четыре кита экономической динамики


 

Экономика в зеркале экономической метафоры


 

Схема и концепция «Общая схема эволюции состояний товара»


 

Сущность феномена «фирменная марка» (бренд): к онтологии маркетинга


 

Феномен производства

Шухов А.

Природа успешности правильного и быстрого развертывания
не в преждевременном развитии валового производства,
а в правильной организации всей базы фабрикации.

И.И. Семенченко

Содержание

Реальность такой формы общественного устройства как производство хотя и позволяет признание «точкой пересечения» нескольких привходящих, но - равно составит собой и реальность характерного становления нечто особенной социальной функции. Помимо того, невзирая на специфику производства обнаружить разнообразие присущих ему форм и разновидностей, когда иной раз производству дано представать и «с позволения сказать» производством, ему в любой ограниченной форме невозможно утратить и собственно специфики «производства». Отсюда задачей предпринятого нами анализа правомерно признание исследования не столько социальной, сколько функциональной практики «занятия производством» уже как нечто деятельности по достижению заведомо ожидаемого результата. Отсюда как бы «миссию» предпринятого нами анализа и определит попытка решения задачи выявления содержания, собственно и обращающего некую деятельность по выработке артефактов равно и формой деятельности по имени «производство».

Огл. Признаки, позволяющие различение артефакта и дара природы

Но прежде чем приступить к исследованию явления, как бы «само собой» позволяющего отождествление в значении практики ведения производственной деятельности или «занятия ведением производства», нам следует определить и основания, чему дано образовать и некие существенные посылки данного анализа. Одной из них и правомерно признание возможности отождествления артефакта уже непременно «в качестве» артефакта, или, иначе, возможности указания признаков, что самим их наличием и удостоверят нечто теперь и собственно в качестве артефакта, но - никоим образом не как что-либо не более чем «дар природы». Не секрет, что человеку дана возможность использования и просто извлекаемых в природе предметов, например, редкой красоты морских раковин, самоцветов или употребление в пищу необработанных плодов дикорастущих растений. И одновременно в других случаях ему сложно найти употребление ряду подобных предметов и без сообщения им неких усовершенствований, нередко предельно незначительных, но, тем не менее, вносящих и некие изменения. В таком случае, стоит ли понимать достаточным наделение и подобных, изменяемых лишь в самой минимальной степени даров природы спецификой «артефактов», или к собственно отождествлению в подобном качестве следует подходить и с несколько более строгой мерой? Потому нам и следует обратить внимание на возможность предложения здесь и определения нечто меры достаточности как таковой квалификации предмета в его соответствии качествам «артефакта».

Если и озаботиться задачей выбора нечто «теоретического ключа» к возможности отождествления некоему предмету статуса «артефакт», то изначально не избежать и поиска ответа на вопрос, насколько дополнение найденного в природе предмета чуждой ему в натуральной форме телеологией и позволит его отождествление теперь уже в значении артефакта? Если, составляя ожерелье из ракушек, человек ограничивается лишь таким изменением подобных природных образований, как образование отверстия, то допустимо ли данное дополнение, очевидно чуждое исходным предметам, любым образом представлять и в значении наделения этих предметов спецификой «артефакта»? Какому действию или манипуляции и дано предполагать совершение над нечто найденным в природе формой или материалом, дабы подобное нечто позволяло отождествление тогда же и в качестве артефакта?

На наш взгляд, как таковой спецификой той трансформации исходно нечто природной основы, что и обеспечит придание такой «обращенной» форме теперь и качества «артефакта» и правомерно признание некоей характеристики, что в несколько грубой форме позволит отождествление как своего рода «принцип сушеных грибов». Другими словами, некоему преобразованию, производимому над некоей природной основой, дано обнаружить специфику тогда и такого рода «обращенной» формы, когда подобному прошедшему обработку предмету дано обнаружить и нечто категорически иное качество. В подобном отношении и как таковые пригодные к длительному хранению сушеные грибы уже позволят отождествление и как нечто обретающая «категорически иное» качество природная основа, что определенно не предполагает такой специфики еще в присущей ей натуральной форме живых грибов. Отсюда, если и строить суждение на основании подобного рода меры, то и незначительное повреждение в виде отверстия в раковине с подобных позиций позволит отождествление тогда всего лишь как нечто несущественное дополнение или не более чем «дефект», чему не дано обнаружить признаков теперь и нечто достаточного основания для наделения статусом «артефакт». Но, в подобном отношении, и некий набор раковин с отверстием, теперь уже всех вместе нанизанных на жилку и позволит признание нечто конкрецией, что представляет собой и то неизвестное природе или просто искусственно воссозданное качество, что допускает отождествление и посредством наделения статусом «артефакта».

Другими словами, случаем образования артефакта посредством просто преобразования дара природы - а подобную манипуляцию мы и позволим себе определить как нечто «простейший метод» образования артефакта, - уже дано послужить и действию придания исходным материалам такого нового качества, что следует характеризовать и как начало придаваемой таким материалам некоей ранее не характерной эффективной функциональности. В частности, для нитки с набором раковин такой функциональностью и возможно признание функции навески на тело, для сушеных грибов - пригодность для хранения в закрытых сухих помещениях. Но собственно объект исследования в этом анализе все же дано составить и нечто не более чем условию предела, ограничивающему событие воспроизводства артефакта «снизу», или - и как таковой специфике той простой операции над дарами природы, что не просто преобразует эти «дары», но и наделяет их характером «артефакта». Однако и сама собой реальность подобного не более чем «ограничения снизу» равно не в состоянии сказываться и на нечто совершенно ином условии, что для воспроизводства артефакта не дано иметь место и нечто ограничению «сверху»; или, другими словами - и любой сложный продукт целенаправленного изменения исходной основы - это и любым образом артефакт.

Тогда если вернуться к нашей основной задаче в части собственно ее постановки, то всякое производство потому и позволит отождествление как таковым «производством», что в любом случае ему дано знать оценку и непременно как нечто форме деятельности по воспроизводству артефактов. Но, положим, тогда если для поддержки некоей индустриальной системы в работоспособном состоянии в ее агрегатах и предполагается не более чем сжигание горючего, то этому и не дано означать ведения здесь деятельности производства. Напротив, если продуцирующей системе дано воспроизводить и вещественно не квалифицируемые предметы, такие как мощность или напряжение, или - оказывать услуги (и Солнце для человечества - предприятие по оказанию «услуг теплоснабжения»), то подобному физическому качеству продукта вряд ли в существенном смысле дано сказываться и на том, что результат активности такой системы - воспроизводство артефакта.

Огл. Производство под углом зрения возможного определения

Теперь, после задания такой важной посылки настоящего анализа, как определение «контура» характеристики «артефакт», правомерно уделить внимание проблеме реальности формации «производство» теперь и как взятой под углом зрения важности такого условия, как порядок воспроизводства, или - и нечто условие неслучайности воспроизводства, столь существенное для как такового ведения производства. С одной стороны, что прямой иллюстрацией, что и - очевидной аллюзией в отношении подобной постановки вопроса и правомерно признание того же события открытия пенициллина, когда причиной появления первого бактерицидного препарата довелось предстать и наступлению случайных обстоятельств. В отличие от подобного рода обстоятельств образования или непреднамеренного обнаружения некоего нового средства, на наш взгляд, собственно ведению производства - ему и дано послужить нечто следованием телеологической установке, чему как бы категорически неприемлема и любая возможность «внесистемной» инициации. Иными словами, ведение производства - оно равно и форма целенаправленной деятельности, равно осуществляемой и в силу целенаправленной инициации, и, в дополнение, и исходящей из такого основания, как характерно сознаваемое видение цели. Проще говоря, производству, сколько бы оно ни страдало примитивностью отличающей его организации, и какая простота не отличала бы продуцируемый продукт, непременно дано располагать спецификой и нечто деятельности, ведущейся в силу следования ранее принятой установке.

Но и существо практики ведения производства как нечто следования установке все же заслуживает представления и не только посредством сугубо описательной, но и посредством в известном смысле «теоретической» формы. Здесь если довериться присущему нам пониманию, то и другой характерной спецификой производства, вслед за спецификой прямого предназначения для фабрикации артефакта, и возможно признание тогда же и нечто мотивации ведущих его лиц теперь непременно и на вовлечение в нечто присущее социальному пространству межперсональное или межколлективное хозяйственное взаимодействие. Иными словами, если собственно с «технологической» точки зрения полным подобием производству тогда и возможно признание практики самообеспечения, то исходя из специфики социальной организации производство и самообеспечение - они же и непременно разные вещи. Самообеспечение как некая составляющая социального пространства потому и не есть производство, что его дано отличать и нечто совсем иному характеру востребования.

Другими словами, никуда не исчезающей практике производительного или заготовительного самообеспечения собственно потому и не дано предполагать признания в качестве «производства», что она же равно приемлет и ту характерную нетребовательность, что не в состоянии определить и какой-либо производной специфики придания продукту качества универсальной (всеобщей или практически всеобщей) пригодности для употребления. Хотя в современном маркетинге продовольственных товаров понятие «домашний» и означает характеристику специфической изысканности продукта, но, тем не менее, «домашняя» заготовка и домашнее продуцирование явно позволят признание и как нечто прямо не предполагающее выработки продукта, наделенного качеством достаточности для успешного продвижения на открытом рынке. Домашней заготовке, даже притом, что по технологии ей и дано повторять технологию реального производства, все же не дано принимать формы «производства» исключительно по причине, что воспроизводимые там артефакты вовсе не обязательно есть нечто «готовая продукция», чему дано обнаружить и нечто качества ценности тогда и в роли предмета рыночного обмена. Хотя практике домашней заготовки и не дано исключать становления как полноценного производства, но с общих позиций, в этом ей все же дано препятствовать и некоей узости критериев товарного качества производимых артефактов, определяемых при обращении к занятию подобной деятельностью.

Тогда уже обозначенные выше посылки и позволят формулировку теперь уже и нечто следующего определения «производства», чему дано расширить и то начальное определение, что характеризовало производство как любым образом нечто практику воспроизводства артефактов. Отсюда как таковым производством и возможно признание любого образования артефакта в любой его физической консистенции, в результате которого некий выработанный предмет или ресурс и обретает специфику соответствия уровню запроса и некоего стороннего лица, обнаружившего желание получения этого предмета в собственность. А в развитие подобного понимания и обстоятельства прямого отсутствия возможного стороннего лица, выражающего желание приобретения подобного предмета, в той или иной мере не лишенного и характерного «холодка» в отношении производителя такой продукции также не позволят признания в значении «производства» и той или иной практики воспроизводства артефактов. Или - существо предложенного нами определения и образует условие, что производство - это и нечто релятивная специфика, лишь потому и допускающая становление, что его ведение учитывает и исходящую из предустановки внешнюю реакцию на природу или характер фабриката, что означает - производство есть выработка продукта не с чисто «физиологическим», но - и с социальным позиционированием. Замкнутости на возможность социального позиционирования тогда и дано определить собой теперь и ту непременную специфику производства, что обусловит и характерное выделение всякого занятия ведением производства от той же домашней заготовки, уже куда более индифферентной к различного рода привходящим стороннего востребования.

Как таковому предложенному нами развернутому определению собственно и дано послужить прямой причиной тогда же и пояснения здесь как таковой природы той формы обустройства хозяйственной сферы, что носит имя «натуральное хозяйство». Подобная форма обустройства хозяйственной сферы равно не лишена и той специфики, когда действующим там хозяйственным агентам или - «субъектам ведения хозяйства», равно не дано обнаружить и отчуждение от принадлежности разным ячейкам данного «микросоциума». Отсюда и формально как бы «не рыночное» производство в условиях замкнутого натурального хозяйства равно позволит отождествление и как не нарушающее справедливости предложенного определения.

Огл. Комбинация в составе «трех источников и трех начал» производства

Естественно, что важнейшим предметом настоящего анализа возможно признание все же не нечто предмета социального «укоренения» производства, чему, собственно, и дано было вознаградить нас определением производства, но тогда уже той присущей производству специфики, чему дано послужить и тем его непременным началом, что и известно под именем организация производства. Тогда как таковой принципиальной задачей предпринятого нами анализа и дано предстать обретению представления о предмете, что на деле «движет» производством, и - чему именно дано нормализовать производство тогда и как нечто форму социальной деятельности, что, в итоге, и придает производству его качество «состоятельности» как производства. Исходя из этого, нашу задачу и дано составить попытке раскрытия явления по имени «производство» тогда уже как обнаруживающего и нечто «внутреннюю логику», в любом случае означающую и нечто непременное основание любой имеющей место практики «ведения» или «занятия» производством.

Если подобная постановка задачи и позволит придание ей измененной формы, то - как таковой этой задачей и возможно признание той же попытки определения, в качестве чего именно и правомерно признание того же занятия ведением производства уже как характерно состоятельного тогда же и как нечто практика ведения. Иными словами, нечто деятельности по воспроизводству артефактов лишь тогда и дано обрести характер явления по имени «деятельность ведения производства», когда ей дано обрести и ряд признаков хотя бы и некоей рациональной формы деятельности по исполнению данного предназначения. То есть производству, в согласии с предложенным пониманием, лишь в том случае и дано обрести «характер производства», когда и собственно специфика осмысленности некоего акта воспроизводства артефакта уже в состоянии перерасти границы и нечто лишь «просто озарения» идеей создания некоего фабриката. Отсюда и нечто интенциональным началом деятельности ведения производства и правомерно признание никак не «озарения», но, тогда же и непременно «убеждения» в действительности рационального смысла акта воспроизводства некоего артефакта с целью предложения создаваемого продукта тому потребителю, кому удалось и как-то обозначить себя в открытом обозрению социальном окружении.

Как таковой действительности особенной ментальной структуры, само собой предполагающей квалификацию в значении «убеждения» и дано означать, что в ее основании дано лежать и нечто же структуре связей, что непременно придает такой ее производной и равно же состоятельность в значении «убеждения». Или - как таковому наличию «убеждения» здесь и дано исходить и из нечто устойчивости некоего «видения», полученного посредством некоего синтеза, чему дано сообщать и такой объем аргументации, что на взгляд носителя убеждения и придает убедительность такому присущему ему представлению. Другими словами, идею «рационального смысла» акта коммерчески значимого продуцирования артефакта и дано подкреплять нечто очевидному ряду свидетельств актуального или потенциального востребования артефакта, создаваемого для передачи некто иному тогда уже посредством техники миграции по социальному пространству. А далее такому ряду свидетельств нечто характерно «ожидаемой» актуальности артефакта дано предполагать разложение и на нечто слагающие его позиции, чему, каждой в отдельности, дано располагать и нечто предопределяющими ее основаниями. То есть мы предполагаем здесь не просто ограничиться тривиальной констатацией собственно условия осознания как вполне вероятной и нечто формы «актуальности интереса» к некоему фабрикату, но, помимо того, исследуем и нечто начала, предполагающие признание и как лежащие «в истоке» этой актуальности.

Тогда следует начать тем, что не исключена и та оценка присущего кому-либо убеждения в «рациональности» владеющего им осознания неких предпринимаемых им актов, в том числе - и актов воспроизводства, когда само собой «среду становления» такого убеждения и дано составить трем различным и не пересекающимся сферам укоренения. Тогда самой состоятельности подобного убеждения и дано исходить из подбора аргументов, либо порождаемых практикой интенционального самоподкрепления оператора поступка в его вооруженности видением возможности действия и способности его совершения, либо - идеей реализуемости акта воспроизводства или - еще и осознанием предмета инструментальности теперь как оценки наличия исходных материалов, инфраструктуры, и средств ведения деятельности. Или, поскольку подобные начала осознания и не предполагают иной возможности воздействия, кроме как возможности совместного воздействия, то производству и не состояться «как производству» если ему не дано знать направляющей и поддерживающей поступок интенциональности, далее - определяющей ведение производства реализуемости, а также - и нечто инструментальности, - вооруженности производителя уже нечто комплексом необходимых средств.

В развитие подобного понимания и специфику такого источника убеждения в рациональном смысле некоего совершению акта воспроизводства, как нечто «интенциональное самоподкрепление», и дано составить нечто осмыслению подобного акта равно и как нечто недвусмысленно «целенаправленного» поступка. То есть, в подобном смысле, производству и дано состояться в собственно значении «производства» лишь в случае, когда предпринимающие такие действия лица будут располагать и нечто достаточной формой предвидения ожидаемой продуктивности, включая сюда и ту неопределенную продуктивность, известную под именем «дополнительных условий» заказчика. Или, отсюда, деятельности ведения производства и дано представлять собой форму осознания, хотя и вряд ли абсолютно полного, здесь же и нечто достаточного объема особенностей как подготовки, включая планирование, так и собственно изготовления, так, естественно, и вывода продукта на рынок. Тогда и нечто характерному отсутствию представления о реальности такой схемы «задач производства» уже так дано отражаться на собственно ведении производства, какие бы изощренные артефакты не обращались бы производимым продуктом, что это занятие не позволит признания как деятельность ведения производства, но, пожалуй, и примет вид лишь нечто «упражнения» в практике продуцирования. Или - на таком фоне и некто «целеустремленному» производителю еще дано обнаружить тогда же и характер такого социального агента, для кого собственно ведение производства - это не просто реализация в артефакте некоего функционала, но равно и мысль, любым образом означающая и предвосхищение нечто стороннего осознания наличия в создаваемом артефакте ожидаемого функционала. В подобном отношении и как таковому комплексу подобного «интенционального начала» и следует формироваться никак не на положении «последствий» производства, но непременно предполагать и обретение на стадии лишь замысла или - лишь намерения в части обращения к занятию ведения производства.

Положение второго указанного нами существенного источника или «начала» производства дано занять и нечто условию «реализуемости». То, что в условной выстроенной нами «системе координат» и дано означать такому условию, - это и нечто способность, чем характерно и дано располагать лицу, возлагающему на себя все тяготы ведения производства, тогда и к нечто поддержанию такой формы деятельности здесь же и мерами рациональной организации. Или - это непременно и столь характерная такому лицу способность к осмысленному восприятию положения, создающегося в процессе занятия производством, и, на подобной основе, разрешения имеющихся проблем посредством адресного вмешательства. Другим образом, тогда это и собственно способность воспроизводства той необходимой последовательности поступков, что единственно и обеспечивает доведение процесса изготовления артефакта до результативного завершения. То есть, это или вооруженность некими готовыми решениями, или - и способность поиска тех экстренных мер, чему непременно дано сопровождать и всякую деятельность занятия производством. В таком случае подобная составляющая «реализуемости» и позволит отождествление как собственно нечто способность специфической мобильности, умения оперативной организации отдельных операций по изготовлению артефакта в порядке необходимой последовательности и при соблюдении необходимой согласованности подобного рода действий.

Положение третьего понимаемого нами столь существенным начала как таковой возможности занятия ведением производства - это и нечто условие «инструментальности». Производство равно вряд ли возможно и вне наличия употребляемых на выделку материалов, наличия субстрата, идущего на вспомогательный расход, наподобие воды или энергии, наличия помещения для производства и транспорта, другими словами, всего, представляющего собой элементы инфраструктуры, а, равно, и многообразные разновидности инструментальных средств. Если для ведения производства равно потребно и привлечение наемного персонала, то и последний позволит признание как равно же и некий непременный «инструмент» того же ведения производства. Иными словами, «инструментальность» - это и есть нечто такого рода комплексный определитель самой способности к занятию производством, что и представляет собой совокупность объектов либо предметов, так или иначе, но приобретающих качества того же «инструмента» как такового продуцирования. Отсюда условию «инструментальности» и дано представлять собой тогда и нечто условие достатка и должного соответствия средств, необходимых для воплощения замысла в части выработки некоего артефакта, позиционируемого как отвечающей и нечто «ожидаемой актуальности» востребования. Тогда, в обобщенном представлении, предмет «инструментальности» и позволит приведение не более чем к виду коллекции средств, что как коллекция характерным образом полна тогда и для воссоздания с ее помощью и некоего определенного артефакта. Возможно, подобной коллекции дано предполагать и ту же специфику неких внутренних связей, однако в первую очередь существенно, что ее специфику дано определять и как таковому условию «полноты» данной коллекции.

Огл. Начало «интенциональности»

Как прямо и вытекает из предложенного выше определения, само собой специфику той одной из числа обязательных посылок самой возможности занятия ведением производства как нечто условие «интенционального самоподкрепления» и дано образовать осмыслению самой подобной возможности и как нечто целенаправленной формы деятельности. Иными словами, занятие ведением производства, это и в любом случае форма деятельности, в основе чего непременно и дано лежать осознанию таких привходящих, как условия востребованности, технологичности и посильности для данного исполнителя тогда и нечто совершения поступка единичного или серийного изготовления некоего артефакта. Или - условное лицо, занятое ведением производства, в том числе - и коллектив, дано отличать и тому обустройству внутреннего мира, что предполагает и такую возможность «вторичного синтеза» опыта предшествующей деятельности воспроизводства артефактов, исходя из чего и возможно проективное осознание нечто акта воспроизводства артефакта тогда и как нечто комплекса непременно важных аспектов.

Конечно, условие «полноты» такого комплекса все же в известной мере условно, но, тем не менее, адресатом такого, как бы то ни было, но и непременно «аналитического» определения дано послужить тогда же и функционалу «мобилизации» интеллекта теперь и на решение задачи подбора, систематизации и апробации подобного рода аспектов. Индивиду, если им и овладевает желание обращения к практике занятия ведением производства и следует обнаружить способность осознания существенных здесь обстоятельств тогда уже как допускающих и характерное им «сложение», как равно, и способность придания своему поведению тех же качеств «восприемлющего» воздействие подобных обстоятельств. При этом, с его стороны, и подвергаемые подобному анализу обстоятельства будут ожидать оценки и как нуждающиеся в преодолении и, напротив, и равно как допускающие признание теми же «способствующими» процессу производства, а равно и предполагающими полезное употребление. Собственно в подобном отношении от человека и подобает ожидать способности порождения идеи тех же производственного или коммерческого успеха, вынашивания идеи того, что выполнение неких манипуляций либо позволит упрощение как такового порядка воспроизводства, либо - позволит придание продукту и того нового качества, чему дано означать и наделение продукта дополнительной ценностью. И здесь же от всякого лица, обращающегося к занятию ведением производства, следует ожидать и овладения представлением о предмете правильной организации сбыта, как равно и обустройства формы предложения. Отсюда и нечто «доминирующей интенцией» лица, погруженного в практику занятия производством, и дано послужить нечто видению как таковой данной практики тогда и как нечто структурированного порядка исполнения операций или, что важно, здесь же и возможности оперативного выхода с вероятным предложением в те же обещающие успех моменты.

А далее развитие предложенной нами оценки и позволит то обобщение, что любое ведущее производство лицо (некто «предприниматель») и дано отличать тому видению как таковой подобной формы деятельности, чему дано предполагать признание и как нечто построению предметных рядов элементов данной деятельности, ее условий, условий интересности продукта и факторов конъюнктуры. Языком философии подобный объем представлений и позволит отождествление как нечто задача построения особой «субонтологии», где функция начала систематизации и позволит возложение никак не на физическую (прямо онтологическую) специфику некоей предметной действительности, но и непременно на нечто вторичную специфику отдельного цикла «воспроизводства и востребования» артефакта.

Далее, современную стадию общественного развития дано отличать присутствию и таких явлений, как характерное усугубление в тех же маркетинговых ожиданиях подобной субонтологии едва ли не вплоть до придания ей и парадоксальной формы. Или - современному «гипертрофированному» маркетингу и дано обнаружить постановку задачи придания качества востребования неким инструменту или предмету уже не по основаниям прямой необходимости, но здесь же и по тем любопытным основаниям, как «не идентичность предмета неким ранее воспроизводимым предметам». Тогда уже пусть и не в свете меры такой столь «далеко заходящей» гиперболизации, но - всего лишь в силу действия условия того же обращения предметов еще непременно и в обороте востребования, производителю и следует держаться не объективной физикалистской, но - и той же особой «функциональной» онтологии.

Тогда если и подвести промежуточный итог, то какие возможности и дано мобилизовать не столь замысловатому сознанию, чтобы и предпринять попытку построения комплекса представлений, что в практике философского осмысления и позволит отождествление посредством понятия о нечто «конкретной онтологии», причем не лишенного и характерной направленности? Скорее всего, истоком подобного понимания тогда и правомерно признание принципа последовательного чередования неких разделов, собственно и обозначающих собой определенные событийные ряды, что уже «в значении разделов» и позволят представление не посредством образования событийных пространств, но и непременно посредством задания нечто классификационных структур. Если последовать предложенной схеме, то и как таковое сознание индивида, занятого ведением производства это и есть картина нечто последовательности стадий, где каждая из стадий и позволит отождествление либо как некое «свободное» привходящее, либо - и как нечто зависимое «включение» тогда же и задаваемого неким источником упорядочения. С другой стороны, в предметном ключе та же картина позволит представление и как нечто видение комбинации идей, тем или иным образом предполагающих формализацию теперь и такого рода предметов устремления интереса, как те же поиск ресурсов, обустройство процесса производства и выход с продуктом на рынок. Тогда согласно принципам построения подобных композиций, стадию поиска ресурсов и следует характеризовать как момент озарения идеями подбора возможных источников ресурсов, оценками пригодности для использования различных ресурсов, планами выбора некоей тактики или поиска условий извлечения ресурсов. Равно картине ведения производства дано предстать и средой обретения идей места и средств ведения деятельности, приемов работы и характеристик оборудования, особого искусства обращения с конкретными ресурсами и таящихся в этих ресурсах скрытых потенций и других аспектов процесса изготовления. А равно и стадии «выхода с продуктом» дано принять вид и комплекса идей, относящихся к таким вещам, как интерес к продукту, периоды всплеска и угасания спроса, специфика возможных контрагентов, идей не собственно предметной, но - тогда и «маркетинговой» специфики продукта, концепций коммуникации сопровождающей событие предложения и т.п.

Помимо того, то сознание, в отсутствие чего невозможно и собственно занятие ведением производства, это и сознание таких условий, как те же связи всевозможных форм или стадий уже как таковой практики ведения производства. Ведение производства тогда же и само собой невозможно вне мобилизации ради этого и такой значимой здесь функции, как равно и нечто рефлексивное в своей основе распространение или передача представлений и идей от завершающей стадии производственного цикла к начальной стадии. И одновременно и в обратном направлении, положим, нечто идеям или представлениям об ограниченной кондиции ресурса и дано обратиться еще и неким ограничением как таковой идеи воспроизводства артефакта, когда представлению о возможных изъянах продукта дано определять и как таковой характер маркетинга.

В таком случае теперь и нечто существом рассматриваемого нами «интенционального самоподкрепления» занятия ведением производства и правомерно признание той же практики формирования сознанием лица, занятого ведением производственной деятельности тогда и нечто комплекса представлений об условии проницаемости всех вовлеченных в процесс производства порядков и условий в части присущих им возможностей взаимовлияния. Отсюда собственно «производство» тогда уже и как нечто «институцию» и дано определять нечто интеллектуальному потенциалу центра принятия решений, пусть качество данного функционала будет отождествлять и не более чем сознанию определенного индивида. Существом же подобного потенциала прямо возможно признание тогда и нечто способности построения изначально локальных, а при их помощи - и сквозных ассоциаций между условиями и спецификой различных стадий собственно процесса ведения производства. Или, иначе, собственно интенциональным «фундаментом» способности к занятию ведением производства и возможно признание способности лица, занятого производством к осознанию нечто совокупной картины, достаточной и для представления в целом комплекса условий ведения производства, или - той картины, чему дано представлять и нечто совокупную характеристику полноты объема средств и условий развертывания производства. Если следовать нашей оценке, то характерное сознанию индивида, занятого ведением производства понимание самой такой деятельности и как подлежащей некоей детализации и есть наиболее важное прямое начало как такового качества продукта.

То понимание условия «интенционального самоподкрепления» практики занятия производством, чему и дано следовать из данного анализа, позволит обобщение и посредством следующей метафоры: ведению производства, подобно и добротному художественному образу, равно дано способствовать и наличию такой специфики, как характер целостности замысла.

Огл. Начало «реализуемости»

Согласно предложенному выше определению «реализуемость» - это и есть нечто условность или комплекс условий, что и определяют нечто присущую некоему индивиду способность к осмысленному восприятию положения, отмечающего практику занятия ведением производства, чему одновременно дано предполагать и способность разрешения возникающих проблем посредством употребления средств точного и адресного вмешательства. Отсюда и наш анализ, хотя и следуя в этом больше интуитивному осознанию, и начнет свое развитие с предложения оценки, что в разрезе несколько шире толкуемой детализации реализуемость и позволит отождествление как нечто способность к выстраиванию последовательности поступков, что единственно и позволит доведение процесса изготовления до результативного завершения. Исходя из этого и как таковое занятие ведением производства - это и нечто такого рода «источник проблем», когда как таковую природу этого «источника» и следует определять равно и как меру, используемую для оценки тогда и нечто комплекса возможностей, позволяющих индивиду поиск вариантов разрешения возникающих проблем. Кроме того, неким следующим существенным компонентом условия реализуемости равно возможно признание и практической непредсказуемости на начальной стадии всех вероятных затруднений, или воздействие внезапно наступающих сторонних обстоятельств в комбинации с качеством в любом случае ограниченного распознания занятым ведением производства лицом тех же отдельных обстоятельств, важных для ведения производства. Иными словами, компоненту реализуемости равно дано знать и такой порядок построения, когда собственно его становлению уже дано означать и нечто способность преодоления ментальных, физикалистских, стихийно-сторонних и, помимо того, экономических ограничений наподобие изначально непредвидимого некоего последующего возрастания масштаба издержек.

Тогда предметное исследование компонента реализуемости и следует открыть исследованием условия, что собственно производству как нечто «субъекту реализуемости» и дано обнаружить такие виды существенной специфики, как те же производственная программа, масштаб производства, партионность выпуска продукции, продолжительность и структура технологического цикла, степень специализации, специфика вооруженности, и, скажем так, условие сложности фабриката. Помимо того, тот же ряд дано дополнить и такой специфике, как условие производственного самообеспечения, когда сельскую кузницу уже дано отличать возможности изготовления всей потребной для нее оснастки, и - дополнить и специфике сегментации рынка, когда некое производство - оно лишь производство полуфабриката, чем и служит производство замороженных продуктов для тех же ресторанов. Далее, производству равно дано предполагать и ориентацию на круг потребителей с определенным уровнем требовательности, и - отвечать уровню организации как в той или иной степени предполагающей и восприимчивость к неким требованиям рационализации. Кроме того, следующим немаловажным моментом, но - все же более показательным для современных производств, уже возможно признание и нечто функционала внутреннего контроля процесса ведения производства. Однако и помимо как таковых структурных аспектов порядка организации продуцирования, существенной роли дано отличать и практику формирования маркетинговой стратегии, характерно оперирующей не только готовой продукцией, но вторгающейся и в собственно порядок развертывания цикла воспроизводства. В таком случае тогда и нечто же взятый в совокупности комплекс условий ведения производства и позволит оценку как прямо предполагающий доведение и до состояния гармоничной слаженности действия, единственно и позволяющей поддержание необходимого порядка ведения производства.

И здесь в противоположность тому толкованию, что предлагает марксизм, любым образом, но понимающий производство явлением «простого порядка», мы и определим ведение производства как нечто субъект - здесь уже, - что приходящих извне, что и внутренне присущих проблем, чему равно дано предполагать отражение и на как таковом порядке ведения производства. Исходя из этого и собственно условие «реализуемости», если и признать позволительной некую грубую оценку, и позволит отождествление как равно и «взятая в комплексе» нечто способность разрешения проблем, непременно же составляющих собой и некий комплекс проблем. Но здесь если нам все же доступно представление о предмете присущих занятию ведения производства внешних проблем, то - нам равно же сложнее судить и о природе тогда и отличающих ведение производства внутренних проблем, что и обязывает нас к попытке обретения данного представления. Тогда такой вспомогательный анализ и следует открыть принятием допущения, что производству дано предполагать специфику и нечто же вида деятельности, и тогда как деятельности не избегать и такой специфики, как вовсе не идеальная стабильность собственно наличия такой возможности. В частности, здесь равно возможен и такой любопытный пример как та же проблема «равноценности по выпуску второй и третьей смены первой»; в подобном отношении при наличии большей вооруженности производства автоматами и специальными станками такая проблема уже проявляется менее остро, чем при ориентации на ручной труд. Или, что представляло собой существенную проблему для советских предприятий, равно дано иметь место и затрудняющему ведение производства особому фактору «самоснабжения рабочего», что позволил устранение лишь благодаря аккуратному планированию и организации производства. Помимо того, некими отягощающими ведение производства «внутренними» проблемами равно возможно признание и той же неудачной логистики и неверного выбора методов управления персоналом и обслуживания оборудования, или, скажем, даже излишнего потакания прихотям потребителя и т.п. влияний, вносящих новые очаги турбулентности в как таковой процесс производства.

Тогда если и исходить из правомерности изложенных здесь аргументов, то некое их обобщение и позволит построение теперь и нечто условной «формулы» такого лежащего в основе возможности ведения производства начала, как исследуемое нами комплексное условие «реализуемости». Согласие с предложенной аргументацией и позволит предложение той оценки условия «реализуемости», что и определит его как нечто общность усилий и действий, прямо устраняющих турбулентность, порождаемую ходом производственного процесса, что прямо обеспечивает то же разрешение и блокирование любых коллизий и само собой производства, и, равно, и неких привносимых в него коллизий. Тогда как таковыми мерами «блокирования и разрешения» и возможно признание ряда мер нормализации природы, возможно и скрывающейся за подобными коллизиями, в том числе, положим, улучшения качества сырья или совершенствование технической документации, а равно и освоение более изощренных форм реагирования на такие воздействия, если им и дано принадлежать числу принципиально неустранимых. В том числе, здесь равно возможно и представление примера, что если на данной территории невозможен набор квалифицированных рабочих, то тогда и собственно технологии дано предполагать приспособление к условию низкой квалификации персонала.

Но равно и иным существенным итогом предпринятого нами анализа видов и форм производственных коллизий правомерно признание и нечто представления хотя бы и неполного перечня тех внутренних или сторонних факторов, что и отличает способность вмешательства в последовательный порядок исполнения производственного процесса. Одной возможной группой подобных факторов и правомерно признание условия недостаточности подготовки производства, когда еще не нормализовано качество сырья, не в должной мере отработана техническая документация и небрежно продумана логистика, достаточным образом не выявлены эксплуатационные качества оборудования и производственные навыки персонала или не отработаны и некие процедуры, наподобие устранения брака. Но - равно не помешает понять, что подобные факторы также дано отличать и той существенной специфике, как собственно возможность осознания лишь после запуска как такового процесса производства. Далее, некоей второй группой интересующих нас факторов уже дано обратиться и нечто факторам нестабильности внешнего фона, недостатка стороннего обеспечения, отвлечения на исполнение дополнительных обязанностей, стихийным бедствиям, влияниям, проистекающим от изменений в нормативной базе, изменений в характере спроса и т.п. Важной составляющей данной группы условий ведения производства равно правомерно признание и специфического эффекта «освоения» персонала в среде ведения производства, что сопровождается не одним лишь ростом мастерства, но и формированием деструктивной для ведения производства манеры поведения, например, кражи продукции или использования оборудования для выполнения сторонних работ. Кроме того, другой существенной группой условий, нарушающих равномерность производственного процесса, равно возможно признание и тех же условий нестабильности как таковой определяющей производственный процесс телеологии или способности тех же структур управления изменять или вообще пребывать в состоянии непрерывного поиска новых предпочтений и ориентиров. В таком случае и четвертую группу условий дестабилизации и следует определить как условия, связанные с изменениями в специфике масштаба производства, это, как правило, «болезни роста», но и, помимо того, и явления связанные с выживанием данного производства в случае, положим, перехода к выпуску той же характерно «нишевой» продукции.

А теперь благодаря обобщению всех обозначенных нами составляющих теперь и в целом условие «реализуемости» производства позволит отождествление тогда же и как нечто способность отслеживания и последующего устранения конфликтов, нарушающих ведение производственной деятельности и определяющих их источников. Иначе «реализуемость» и следует характеризовать как нечто способность осознания сферы занятия производством в качестве специфической событийной среды, что непременно и предполагает порождение явлений, деструктивных для ведения производства, чему определенно следует противопоставить и меры своевременного предотвращения. Таким образом, условие «реализуемости» и следует определять как условие, указывающее на значение деятельности по снятию возможных конфликтов, непременно сопровождающих всякое занятие ведением производства, которые непременно дано порождать либо и неким сторонним причинам, либо - и не предполагающим окончательного подавления и нечто же внутренним источникам затруднений.

Огл. Начало «инструментальности»

Равным образом и условие «инструментальности» производства, чему несколько выше дано обрести должное определение, это и условие действительности ряда предметов или объектов, что и обнаруживают качества инструментов и средств, так или иначе, но находящих применение при ведении производства. Более того, подобному перечню вряд ли дано ограничиться лишь «технической» группой подобного рода средств, но равно дано охватывать и комплекс средств, что, не предполагая исполнения как виды технических средств, тем не менее, существенны и для всякой возможности занятия ведением производства. Или - собственно производству и дано ожидать отождествления как нечто форма ведения индивидуальной или коллективной активности, для чего условием ее ведения и возможно признание такой специфики, как вооруженность некто ведущего производство и нечто средствами исполнения действия, а не только, скажем, как отмечал Л. Мамфорд, «собственными зубами и ногтями». Скорее всего, и нечто возможным основанием для обобщения своего рода «среды» подобного рода средств и правомерно признание наличия тех или иных форм проявления активности, чему равно дано обнаружить специфику и нечто же «форм ведения» производственной деятельности.

Более того, всякий анализ условия «инструментальности» производства не в состоянии обойти стороной и предмета той составляющей практики ведения производства, как нечто тип организации деятельности, в любом случае предполагающей и неизбежное зонирование. Или, другими словами, как правило, производство дано отличать и порядку, когда, положим, неким формам проявления активности дано иметь место лишь на начальной стадии, другим - лишь в среднем течении, а третьим - то и лишь непременно на завершающей стадии. Помимо того, производство не застраховано и от нарушений определяющей его последовательности, когда некие дополнения в подготовку производства непременно потребуют внесения и на завершающей стадии, и когда те же «последние штрихи» необходимо готовить еще и на стадии еще не начавшегося процесса производства. Хотя равно не помешает отметить, что процесс производства все же отличает и тяготение к нечто «фигуре построения» процесса, но, тем не менее, как нечто «общее правило» здесь правомерно признание условия, что производству и дано принимать вид череды различных, нередко замкнутых в определенные циклы последовательных порядков разнообразного совмещения видов активности. Отсюда условию «инструментальности» производства и не дано обратиться тогда и нечто условием «лишь одного», но, напротив, дано послужить и нечто комплексом отдельной специфики тогда и ряда отдельных, особенных по порядку ведения видов активности, что в существенной степени обременены и условием их положения в как таковой череде стадий ведения производства. В частности, тогда уже попыткой ухода от такой зависимости и возможно признание тех же намерений придания универсальности всякого рода производственному инструментарию, положим, и предусматриваемой конструкцией неких станков возможности допускать что ручную, что - и автоматическую загрузку.

В таком случае обобщение изложенных здесь посылок и позволит оценку, что рассмотрение условия инструментальности производства и следует предварить нечто классификацией многообразия отдельных форм проявления активности, собственно и составляющих собой некую форму производственной деятельности. Отсюда в развитие подобной оценки, во многом обобщающей результаты анализа И.И. Семенченко, представленные в его известной монографии [см. 1], мы и определим как нечто отличающую ведение производства его основную форму активности такую форму, как нечто обработка сырьевых материалов или заготовок, уже прошедших предшествующую обработку. Тогда, если исходить из нечто «логики» ведения производства в сочетании с посылкой, чему дано определять и как таковой фабрикат как нечто обнаруживающее и характерное структурирование, то и вторым по важности видом производственной активности возможно признание и деятельности механического комбинирования или сборки. Однако само выделение подобных форм проявления активности - уже не обязательно указание на то, что иногда подобным формам не избежать и разделения по условию передачи отдельных этапов самостоятельным производствам, как, в частности, текстильное предприятие и позволит признание условно «сборочным» производством, а электростанция - то и исполнителем функции «обработки». Тем не менее, с позиций некоего обобщающего усреднения обработке и сборке и дано ожидать признания как такого рода «двум китам», чему, собственно, и дано отождествлять основное содержание той деятельности, что для носителей естественного языка знает возможность выражения и посредством приложения имени «производство».

Далее, к обработке и сборке дано примыкать и такой значимой для ведения производства форме производственной активности как настройка, адресуемой и непосредственно фабрикату, а равно - и используемому оборудованию («наладка»), и, кроме того, разновидностью настройки правомерно признание и несущей сходную телеологию деятельности контроля - от входного контроля ингредиентов и до выходного контроля продукции. Некими следующими формами как такового ведения производственных операций уже возможно признание и тех же упаковки и консервации (включая сюда и расконсервацию), а также и документирования в его способности фиксации - что характеристик фабриката, что и как такового производственного процесса и средств его ведения. Но равно здесь правомерно и то дополнение, что некоей формой документирования возможно признание и нечто «бездокументарного» документирования, той проработки кузнецом замысла поковки, портным идеи покроя, что и совершается ими до начала работы.

В таком случае мы и позволим себе согласие с оценкой, уже указывающей на обретение должной полноты изложенным нами перечнем операций, собственно и адресованных изменению качеств фабриката (или - качеству средства производства, что в таком отношении не столь существенно), и продолжим анализ теперь и составлением перечня вспомогательных операций. В таком случае первой такого рода условно «операцией» и правомерно признание инфраструктурного сервиса, включающего в себя нечто комплекс не исключительно действий, но - тогда же и функций, начиная от предоставления помещения, и продолжая обеспечением энергией и другими подводимыми ресурсами, и заканчивая удалением отходов и поддержанием в порядке помещений и сооружений. Далее подобному ряду дано ожидать продолжения и в дополнении такой существенной формой, как тот же транспортный сервис, собственно комплекс услуг по транспортировке всех тех объектов и фабрикатов, что не составляют собой элементов инфраструктуры. И, наконец, еще одним непременным элементом данного ряда равно возможно признание и логистического сервиса, причисляя сюда и складское хозяйство, складирование, и, опять же, не инфраструктурных объектов, но - проходящих по цепочке производственных операций нечто «субъектов фабрикации». Притом, что тот же ряд равно позволит продолжение и посредством включения в него и других форм активности, мы все же позволим себе опустить подобный предмет уже в силу того, что подобным формам активности прямо не дано формировать для себя и особых среды или пространства инструментальной вооруженности.

Но и всем уже указанным нами формам «инструментального начала» практики ведения производства все же дано представлять собой и нечто лишь «физические» формы такого рода инструментальной «базы». Но и помимо всякого рода форм инструментальной «базы», так или иначе, но восходящих к физической специфике, дано иметь место и такой разновидности подобной «базы», как условие качества персонала, чье осмысление мы позволим себе оставить тогда уже и для завершающей стадии настоящего раздела.

Тогда само собой наличие составленной нами коллекции форм производственной активности и позволит нам обращение к детальному анализу каждой из подобных форм. Поскольку всем этим формам и дано обнаружить то качество, как восхождение к некоей физической специфике, то нам равно следует предпринять и попытку образования неких групп физических средств воздействия на действительность, собственно и позволяющих совершение такого рода действий.

В таком случае начать такой анализ и следует рассмотрением проблемы, явно более простой в ее качестве возможного предмета исследования, а именно, - предмета столь важной в любой практике ведения производства формы деятельности, что и допускает отождествление под именем «обработки». Тогда если оказанию воздействия на некий физический субстрат и дано означать выполнение операции «обработки», то в итоге такого воздействия как таковому субстрату дано испытать участь и объекта неких придаваемых ему изменений тех же массогабаритных, консистентных, вещественно и энергетически содержательных специфик или - специфик геометрической формы или конкретной топологии. А отсюда предназначение некоего предмета к возложению на него функции инструмента обработки и дано обнаружить любому средству вторжения в те формы, что прямо предполагают отождествление и как нечто «целостно заданная» консистенция вещественного субстрата, а равно - и средствам инициации в субстрате вызывающих его модификацию внутренних превращений наподобие реакторов, автоклавов или печей. Отсюда и в качестве возможных форм наполнения теперь уже нечто типологической градации «средства вторжения», в частности, и возможно указание средств механического вторжения (молотков, ножей, сверл, резцов и штампов), средств коллизионного вторжения, наподобие автогена, и, конечно же, и средств субстанционально-энергического вторжения, как те же реактивы и порции не коллизионно подводимой энергии. Однако благодаря подбору данной коллекции нам равно же открывается и возможность образования общности тогда и не более чем средств, расположенных как бы на «переднем крае» тех форм воспроизводства активности, что и позволят отнесение к типологической градации «обработки». Тогда не помешает отметить и то обстоятельство, что числу средств обработки равно дано принадлежать не только средствам «переднего края», но и средствам «второго эшелона», в том числе - системам, придающим активность все тем же средствам «переднего края», а именно - станкам, моторам, компрессорам, приводам и т.п. Другими словами, спецификой такой формы «инструментального начала» как функция «обработки» неизбежно признание и разделения как таковых средств ее исполнения на два непременных подкласса - подкласса в наши дни и куда более редких простых, и - теперь же и подкласса куда более привычных составных инструментов обработки. Для последних тогда и само собой способностью действия и возможно признание нечто формы активности, собственно и воспроизводимой благодаря наличию комбинации, образуемой как наличием средств «переднего края» так и средств приведения в действие тех же «средств действия». Но равно же важно, что «фигура» или процедура приведения в действие средств переднего края - не обязательно лишь простая форма подвода активности, откуда обработке равно дано представлять собой и сложное синхронное воздействие трех видов инструмента - средств переднего края, средств приведения в действие (станков), и - средств задания траектории, известных как «устройства подачи». Причем нередко подобного рода «подаче» дано быть адресованной даже не инструменту, но и как таковому подлежащему обработке субстрату. Тогда если и позволить себе предложение некоей обобщающей квалификации, то в качестве типологической группы «инструментария обработки» и возможно признание нечто комплекса следующих структур - структур организации коллизии, структур организации зоны, где и дано протекать коллизия, и, в ряде случаев - и структур организации миграции по ряду зон, служащих местами реализации таких коллизий.

Выполненное нами исследование, пусть и в свете характерно «пафосной» оценки - это и предложение нечто «теории обработки»; но равно ему дано предполагать и то дополнение, что формами обработки равно возможно признание и операций окрашивания, нанесения защитных материалов, пропитки и выращивания либо наращивания (не только живого субстрата, но и тех же кристаллов). Но важно, что как таковые подобные операции дано отличать и такой специфике, как условия нахождения наносимого субстрата (краски или покрытия) и как бы «впереди» как такового средства действия. Эта картина, из чего явно дано следовать и некоему изменению контура предлагаемой схемы, все же не изменит и собственно существа схемы - функцию средства действия здесь и дано исполнять подающим субстрат кистям, валикам, шпателям, распылителям или камерам электрофоретического осаждения, хотя оказание действия - тогда и функция субстрата, лишь подаваемого данными средствами.

Здесь возможно и подведение черты под нашим анализом функционала обработки и переход к исследованию предмета операции сборки, - второй по значимости и масштабу производственной операции. Тогда если и прибегнуть к подсказке нашей интуиции, то собственно и определяющее понятие «сборка» состояние механического закрепления не во всяком случае следует понимать буквально, не всякое соединение здесь дано отличать и той же механической форме закрепления, как равно склейка и сварка позволят признание и некими разновидностями сборки. Или - если допустить построение и нечто универсальной формулы, то специфику «сборки» и дано обнаружить любой операции закрепления частей друг к другу, независимо от способа закрепления, чем бы ему не дано оказаться - механическим закреплением, склейкой, сваркой, пайкой, намагничиванием и т.п. А далее нам равно следует позволить себе представление операции сборки и посредством схемы нечто условно «принципа действия ткацкого станка», чему, согласно нашему пониманию, и дано оказаться формой манипуляции, что наиболее последовательно позволит воплощение и нечто «алгоритма» сборки. Исходя из данной оценки, тогда и нечто «инструментарием сборки» мы и позволим себе признание тех же различного рода систем выстраивания траекторий, включая организацию их пересечения или такую организацию движения, где в результате достигаемой в подобном процессе спутанности и последовательности и возможно формирование механического закрепления. А именно, подобными инструментами, опять же, своего рода средствами «переднего края», равно знающими и неизбежные в подобном случае средства второй линии и возможно признание тех же рычагов, челноков, зажимов, отверток, ключей и т.п. Кроме того, как нечто средства второго эшелона здесь дано найти применение и тем же моторам и приводам. Более того, здесь равно правомерна и та оценка, согласно которой и руки человека - они же и нечто возможный инструмент сборки, более того, и инструмент, что предполагает повторение и в той же робототехнике. А равно теперь и в смысле порядка выполнения операции сборки и те системы, чему дано совершать и само собой действия сварки, склеивания или напайки равно позволят признание и как нечто внеклассификационные системы подачи субстрата, употребляемого на реализацию соединения. Тогда, исходя из как такового наполнения коллекции «инструментов сборки» подобного рода формами собственно инструментарием сборки и возможно признание систем, для которых результат их активности это и есть обретение такого состояния спутанности, в чем ввергаемые в такое состояние элементы субстрата и позволят оценку как сохраняющие механическую обособленность. Но и одновременно доступный нам объем опыта все же не позволяет предложение решения, уже достаточного и в качестве нечто подобающего основания для классификации тех или иных сборочных устройств, практик или систем.

Далее, если исходить из предложенной выше классификации, то следующей важной формой инструментального начала для практики ведения производства и правомерно признание операции настройки. Однако настройку все же правильно отчасти и обделить ресурсом особого «настроечного» инструментария, на что и дано указывать тому обстоятельству, что средствами или «инструментарием» настройки равно возможно признание и собственно инструментария обработки или сборки, что равно позволит использование и для той же настройки. Или - по нашей оценке, настройке и не дано располагать нечто сугубо «собственным» инструментарием, но - среди таких средств не исключено наличие и тех устройств, наподобие приборов, чье применение и ограничено лишь операциями настройки. Кроме того, на наш взгляд, в широком смысле типологической градации «настройка» дано охватывать и такого рода тогда уже как бы некие ее «узкие» формы, как та же разметка или операции выходного («технического») контроля.

Далее, в порядке очередности неким следующим объектом предпринятого нами анализа и возможно признание как таковой операции контроля. Современное производство фактически невозможно при позволении и сколько-нибудь свободы изготовления изделия на условиях задания меры «на глазок», откуда его непременным компонентом и дано оказаться тому же необъятному арсеналу всевозможных метрологических инструментов, калибров, тестеров, индикаторов и целого комплекса измерительных приборов, измеряющих не только статические, но и динамические характеристики. А далее и как таковая метрология равно невозможна и без отдельной системы не просто приборов, но и физических эталонов и практик поверки производственных приборов уже более точными лабораторными приборами. Потому и как таковая задача описания не более чем сугубо производственных средств контроля не будет предполагать необходимости в раскрытии всей полноты связей подобного комплекса в целом, но явно позволит ограничение и только лишь указанием средств, что и находят применения как средства контроля характеристик изготовляемой продукции. А далее как наиболее подобающей здесь и возможно признание той типологии, что дано разделять подобные средства тогда уже и по нечто конструктивно-технологическому принципу. Итак, простейший вид инструментария контроля и дано образовать тем же прилагаемым эталонным формам наподобие линеек, весовых гирь, калибров и т.п. Неким развитием подобных форм тогда уже правомерно признание и нечто квазиприлагаемых форм наподобие штангенциркулей, теодолитов и микрометров, термометров, чему, так или иначе, дано предусматривать и не просто приложение эталона, но и организацию нечто же «субъявления» или «вспомогательного» явления. Более того, и неким «ответвлением» подобного рода простых форм равно же возможно признание и различного рода условно «твердотельных» индикаторов наподобие лакмусовых бумажек или индикаторов напряжения. А далее продолжение ряда подразделов данной типологии и дано составить нечто более сложным средствам, чем и возможно признание систем с преобразованием «вход - индикация» наподобие стрелочных и даже электронных приборов. И, наконец, принадлежность числу наиболее сложных систем контроля и дано обнаружить тем или иным регистраторам динамических показателей, непременно располагающим и таким функционалом, как какие-либо формы накопительно-компаративных систем. Как бы то ни было, но все той же типологии равно дано охватывать и нечто особую позицию своего рода «средства довооружения» различающей способности как таковой человеческой перцепции наподобие увеличителей и микроскопов. При этом мы отдаем себе отчет в существовании и ряда иных средств и инструментов контроля, предполагающих и свои специфические принципы работы, но равно же позволим себе и то допущение, что подобные системы равно предполагают приведение к собственно и указанным нами основным типам.

Вслед за как таковыми средствами исполнения непосредственно производственных операций нам равно не помешает и рассмотрение группы предметов, чему дано исполнять роль тогда и нечто инструментария вспомогательных операций. Обслуживающая производство инфраструктура явно невозможна без наличия зданий и сооружений, коммуникаций и котельных, резервуаров и хранилищ подаваемых по коммуникациям ресурсов и т.п. Элементами инфраструктуры естественным образом дано послужить и всякого рода системам сбора и удаления отходов. Транспортному хозяйству всякого предприятия, как правило, дано предполагать и наличие нескольких видов транспорта, начиная ручными тележками, включая в такой перечень электрокары и лифты, и заканчивая конвейерами и мостовыми кранами. Относительно складского хозяйства скорее сложно утверждать, что ему в той же традиционной форме дано располагать и каким-либо специфическим инструментарием, помимо тары, стеллажей и поддонов, хотя в наше время следует упомянуть и ориентированные на техническое чтение маркеры и системы их считывания и регистрации. Наконец, современность привела к созданию и такого важного инструмента ведения производства, как автоматизированные системы управления, чьей основной функцией все же правомерно признание и той же логистической интеграции.

Тогда уже по окончании анализа собственно предмета нечто все же «сугубо физических» инструментальных средств ведения производства нам следует обратить внимание и на такой существенный для его ведения социальный инструмент, как собственно навыки и способности персонала в части ведения производственной деятельности. Здесь следует не упускать из виду, что в традиционном еще не настолько сложном производстве выполнение одного вида операций все же предполагало приложение как таковой грубой физической силы, когда некоторых иных - то реализации и качеств особенной кропотливости. Так, в условно «грубом», а, если быть точным, - то и в практическом смысле виды производственной деятельности и предполагали разделение «по гендерному признаку». Как ни странно, но как таковое наличие неких составляющих собственно физического развития, тех же ловкости, выносливости, адаптации или кропотливости сохранило значение и для современного производства. Но с развитием техники продуцирования и усложнения характеристик фабриката все большее значение дано принимать и фактору производственной или технической культуры, чьими источниками и возможно признание не только уровня образования, но и культуры общежития. Еще одной важной спецификой качеств персонала равно правомерно признание и того же коллективизма, той специфики, что и находит выражение в представлении о нечто «командной» совместимости и коллективной уживчивости. Естественно, что для конструкторского персонала следует говорить и о несколько иных индивидуальных качествах, однако подобная проблема равно позволит и вынесение за рамки рассматриваемого нами круга проблем. В части же собственно «проблемы персонала» существенным моментом и возможно признание нечто форм «движения производства навстречу способностям работника», когда определенные производственные операции уже намеренно предполагают их упрощение собственно ради возможности выполнения не особо квалифицированным персоналом. Важно и то, что адаптация к уровню квалификации - это и основание для выделения специфики с одной стороны - индивидуального, и с другой - здесь же и серийного производства; серийная форма производства и позволит признание как более ориентированная на персонал «средних» способностей, когда индивидуальное производство практически невозможно и вне использования квалифицированного труда.

Огл. Заключение

Как таковой принципиальной «установкой» выполненного выше анализа и правомерно признание попытки определения спектра отличительных особенностей как таковой социальной практики «производственной деятельности», что и отличает такую форму от несколько иной социальной практики создания артефактов для потребления внутри замкнутой социальной ячейки наподобие семьи или племенного коллектива («домашних заготовок»). На наш взгляд, в конечном счете, специфику сложности занятия ведением производства и дано определять условию его социальной открытости - ориентации на вывод продукта в как таковую среду стороннего востребования. Уже сама собой подобная привходящая и позволит отождествление как источник и нечто всей последующей сложности организации производства здесь же и как нечто особого социального института.

А далее если и позволить себе предложение оценки и непосредственно полноты той типологии, что и дано исследовать в предпринятом выше анализе, то ее вряд ли следует характеризовать как не предполагающую и тех же вероятных изъянов. К числу таких форм, явно отсутствовавших в поле зрения представленного выше анализа прямо правомерно отнесение и тех же современного коммерческого производства программного продукта и даже таких традиционных видов деятельности, как эксплуатация транспортных средств и систем, например, железнодорожное дело. Но если в отношении подобных форм и возможно предположение определенных различий в сравнении с описанными здесь конфигурациями, то подобным различиям и дано относиться лишь к той же инструментальной специфике. Во всем остальном и подобные формы тех или иных практик ведения производственной деятельности также будут следовать и раскрытым настоящим анализом общим принципам проявления активности.

10.2013 - 05.2019 г.

Литература

1. Семенченко, И.И., «Основы проектирования механических и инструментальных цехов», М., 1937
2. Райт, Дж.П., «Крупные проблемы в ‘Шевроле’», 1997
3. Мюнх, Д., «Многомерная онтология предметов материальной культуры и ее применение в сложных технических системах», 1999
4. Шухов, А., «З. Сокулер и типология артефактов», 2010
5. Шухов, А., «Метрологический факт и общая теория комплементарности», 2006
6. Шухов, А., «Мультипликативность играющая роль универсологического начала экономики», 2010
7. Шухов, А., «Экономика: проблема приложения к ее практике критерия ‘развитости’», 2008

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.