Эссе раздела


Онтология движения и структура его физической модели


 

Когнитивная структура физической задачи


 

Самодостаточность физического казуса и несамодостаточность норматива


 

Пустота и дефицит


 

Послойный анализ и проблема ограничивающей его «нерасслаиваемой позиции»


 

Деизолирующее вмешательство - инициатор события «кинетического выброса»


 

Метрологический факт и общая теория комплементарности


 

Способность физической сохранности


 

«Синергетизм» как деупорядочение предзаданного формализма


 

Философское объяснение работы D-триггера (в схеме делителя частоты)


 

Онтология процедуры сенсорного съема


 

Физические принципы общей теории относительности


 

«Курс физики», Отдел первый, ВВЕДЕНИЕ


 

«Курс физики», Том первый, избранное: Констуитивы механики и измерения


 

«Курс физики», Том второй, избранное: Резонанс и учение о лучистой энергии


 

«Курс физики», Том третий, избранное: Теплота и начала термодинамики


 

Ядерные процессы в поле релятивистского фемтосекундного лазерного излучения


 

Новые основания качественной физики


 

Физический и феноменологический миры


 

«Синергетизм» как деупорядочение предзаданного формализма

Шухов А.

Содержание

Действительность определенных форм и специфик, непременно предполагающих выделение в практически каждом случае воспроизводства картины физического мира и порождает онтологическую проблему отождествления модели (а через нее и существа) некоторых физического явления или особенности как, в частности, указывающих не на действительность феномена, но на нечто действующую в пределах феномена условную «сплоченную общность». Более того, любопытным развитием подобного в некотором отношении «странного» порядка ассоциации и следует понимать ту специфику анализа таких явлений, что и предполагает их рассмотрение фактически вне рассмотрения проблематики фундаментальной структуры исходного или «рамочного» феномена. Непременной спецификой подобного рода «сплоченных общностей» скорее и следует видеть в некотором отношении возможность «эффективной редукции» первичной «фундаментальной структуры» феномена, чем непосредственно специфику самой такой структуры. Именно так и кирпичная стена предполагает оценку в качестве структуры связей кирпича и слоев кладки, нежели чем оценку в качестве множества или комбинации отдельных кирпичей и слоя кладки. Кроме того, непременными частными вариантами подобной проблемы и следует понимать ту специфику объектов, что позволяет отождествление в качестве нечто метасуммарных свойств - свойств явно следующих из суммирования свойств элементов физической конкреции, но при этом не сводимых к собственно условию подобной суммы.

Подтверждением изложенных выше оценок и следует определить ту идею, что и определяет недостаточным любое объяснение физической специфики, собственно и отождествляющее физические формы лишь в качестве суммарных сочетаний множества составляющего подобные формы содержания, при одновременном пренебрежении целым рядом проявлений, что никак не предполагают приведения к условию подобного рода «объема». Самое любопытное, что отвергаемое нами объяснение преимущественным образом даже не позволяет объяснения природы явлений, казалось бы, порождаемых именно тем же самым «простым суммированием» форм содержания. В таком случае онтологически оправданным решением и следует понимать порядок выделения некоторой особой природы специфических составляющих, чью действительность непременно и следует определять порождаемой сверх суммарных возможностей, обнаруживаемых в элементах, объединяемых в некоторое синтетическое единство. В нашем последующем анализе подобного рода «сверхсуммарные» возможности и найдут определение как синергетические свойства, наблюдаемые в структуре сложных по составу физических конкреций.

Пока что, в «предварительном порядке» мы характеризуем исследование собственных характеристик многообразных «надсинтетических» условий своего рода обретением представления о такой специфике интеграции сущностей уровня элементов в общность, что и обуславливает образование в некотором отношении «монотонного» (слитного) состояния, или же, в другом варианте, - образование нечто общего источника некоей «группы ветвлений». Реально практически всегда сопровождающие всякую сложную физическую конкрецию метасуммарные специфики и следует понимать порождениями также практически непременно характерной элементам или частям таких конкреций способности вторичной эмиссии в консолидированную среду уже части собственного содержания. Возможность подобной эмиссии и формирует в подобных синтетических сущностях особого рода свойства метаконстуитивного расслоения. Более того, синергетизм непременно допускает признание не просто физическим явлением, но и позволяет отождествление как один из форматов идеального «порядка комбинации». Тогда все упомянутые здесь особенности и следует понимать основаниями для обособления и нечто особенного синергетического способа формирования физических отличий, что удивительно, располагающего и таким онтологическим близнецом как синергетические составляющие «баланса условий» некоторых физических ситуаций. Отличающая определенную часть ситуаций способность к воплощению условий подобного рода баланса, в частности, и предполагает проявление в тех же ситуативно особенных «кратковременном, но проливном дожде» или, напротив, в «слабых, но продолжительных осадках». Тем не менее, некоторым существенным условием «синергетизма процесса» и следует понимать не характеристику «баланса» условий ситуации, но свойственную ситуации способность восприятия таких условий концентрации (сгущения), что и обеспечивают совершение определенного трансформизма. Так, не ведая о возможности подобной теоретической схемы, В.И. Ленин в своей конструкции «революционная ситуация» практически и применил данную модель, обуславливая вызревание условий революции одновременным взаимодополняющим схождением нескольких разнородных условий. Мы же в подобном отношении именно в смысле некоторой возможности схождения и попытаемся определить, в какой именно мере значимым условием «синергетизма ситуации» и следует определять отношение, возникающее между массэнергетической и структурной составляющими условий подобной ситуации.

Подобным же образом очевидное любопытство обнаруживает и обстоятельство, что представленное нами объяснение всего лишь задачи предстоящего анализа и то позволяет выделение такого неординарного характеристического начала как задание двух особенных форматов специфического влияния, обуславливающего собой состояние нарушения порядка системы условий предзаданного формализма структурной зависимости. Существом первого подобного формата и следует видеть некое влияние, собственно и оказываемое условием непременной относительности локализации некоторого содержания пределами структурного элемента что, не приводя к утрате (или, приводя лишь к незначительным изменениям) совокупной целостности структуры, позволяет выделение и метаструктурных дополнений ее базисной конфигурации. Во втором рассматриваемом нами формате некоторый ресурсный потенциал, собственно и реализуемый посредством существования некоторого (так мы позволим себе определить) «простого» накопительного механизма, и получает возможность введения в действие лишь исключительно в обстоятельствах конфигуративного подкрепления некоторыми обстоятельственно налагаемыми факторами. Реальность подобной многозначности и означает возможность такого разветвления самого порядка трансформации, когда один характер течения событий позволяет говорить не более чем о наличии некоторого объема физического потенциала, когда другой порядок и позволяет указание на достижение благодаря введению в действие такого потенциала определенной до того отсутствовавшей формации. Скорее всего, подобного рода «преобразование порядка» и следует определять в качестве начала совершенно иного порядка собственно воспроизводства случая. Именно на этом мы и полагаем возможным завершить вводную часть нашего анализа и, следуя принципам предложенной Б. Смитом «констуитивной онтологии», определить представление о двух типах синергетизма: синергетизме состояния, предполагающем реализацию внутри «материнской» структуры неких метаструктурных образований, и синергетизме случая, собственно и сообщающем взаимодействию объем возможностей, порождающих некий «ожидаемый» результат.

Огл. Формализм «досинергетического уровня»

Но прежде чем приступить к собственно рассмотрению предмета синергетизма, условности, как мы теперь понимаем, обнаруживающей нечто специфику метасвязанности характеристик физической действительности, нам непременно следует определить теоретическую концепцию той модели, что совершенно исключает для ее построения любую предполагаемую возможность задания метасвязанности. Иными словами, настоящий анализ нам и следует начать с определения предмета нечто «ультимативно простой» конституции физической специфики. Собственно природой подобного констуитивного обустройства и следует понимать способность заключать собой или каким-то образом «поддерживать» представленную уже на уровне формирования отношений нейтральную или полунейтральную форму активности, направленной на образование некоторыми элементами специфической «комбинационной» среды или структуры. Подобную форму отношений и следует определять как такую возможность образования производной, что непременно лишена какой-либо свободы перехода в состояние целостности, отчего в любых условиях и продолжающей быть лишь «агрегатной» формацией, пример чего и составляет собой случай связывания сыпучего тела пределами резервуара. Другим возможным примером здесь следует понимать образование вольтова столба, получения из большого числа элементов не более чем тех же просто «больших по величине» уровней электрического потенциала. В отношении подобного рода ультимативно «суммарного» структурирования и природа формируемой условности непременно и предполагает лишь приведение к специфике «узкой» характеристичности, исключающей любую возможность реализации посредством воспроизводства некоторого образования какого-либо пусть и «вторичного», но в действительности принципиально иного физического порядка. Принимая во внимание подобные предварительные оценки, мы и обратимся здесь к попытке обретения понимания, что же именно и следует определять образованием, чья физика окончательно упорядочена собственно условием построения подобного образования?

И первое, что следует отметить, это принятие на себя собственно «регламентом» процесса формирования подобного образования функции задания взаимодействию элементов такого предела развития, когда и воспроизводится лишь взаимодействие, предполагающее «целостный порядок» вовлечения в него действующих элементов, вне ответвления течения взаимодействия на выход на некоторые свойственные подобным элементам «нижние» уровни структуры. Вторым существенным условием построения такого образования и следует понимать порядок пространственного распределения векторов взаимодействия, что и предполагает состояние своего рода «равновесия»: если такой элемент и задает некоторое направление своему взаимодействию с другим элементом, то он же открывает и аналогичное взаимодействие с такого же плана элементом в обратном направлении. Третье, непосредственно возможность проявления в рамках подобной схемы внешнего упорядочения, действующего на какую-то часть элементов подобной схемы, и будет означать подчинение этого упорядочения правилу, в силу которого такое воздействие непременно и предполагает распространение на все элементы данной группы, причем в порядке равноудаленности такого воздействия от любой из особенностей данных элементов. Хорошей иллюстрацией последнего условия и следует понимать различие между плавучестью тела в агрессивной жидкости и отличающей это же тело плавучестью в химически нейтральной жидкой фазе определенного вещества. Если же, положим, отличающий ход некоторого взаимодействия «полунейтральный» порядок его воспроизводства и будет порождать в среде образовавших данную агрегацию элементов некоторые вызванные им распределения, то тогда в смысле устойчивости непосредственно агрегации подобные распределения и следует определять образующими некоторый метауровень, на котором подобное распределение вновь деактивируется до нейтрального состояния. Превосходным примером подобной вторичной нейтрализации и следует понимать то же «хаотическое расположение магнитных доменов» в ненамагниченном парамагнетике.

Далее, всякое состояние, определенно исключающее любую возможность проявления «синергетизма случая», также обнаружит и свои специфические особенности. В том числе, одной из подобных особенностей и следует понимать блокирование возможности «свободного хода»: корабль садится на мель, будучи окружен многократно превышающей его собственную массу массой воды, однако условие недостаточной глубины погружения не позволяет перехода в состояние равновесия плавучести. И тогда, исходя из нашего согласия с состоятельностью подобного рода аргументации, мы и определим специфическим признаком асинергетического случая или случая, противоположного синергетическому случаю условие, означающее ограничение по возможности «свободного хода» (или «свободного течения»). Именно недостаток «свободного хода» и препятствует вовлечению в развитие подобного процесса некоторого позволяющего его диверсификацию объема подкрепления. В таком случае понимание природы подобного рода ограничений и позволит выделение некоторого обобщенного условия «простой несвязанности» реализации случая, лишающего некий конкретный случай возможности набора объема подкрепления, что и исключает для данной ситуации воспроизводства случая и его обращение нечто «развитием в определенном направлении», а, равно, и его обращение направленным течением развития. Тогда и нечто условный порядок полного асинергетизма случая и следует определять порядком, непременно предполагающим воплощение в виде абсолютного хаоса, положения, полностью исключающего всякую агрегацию. Далее можно предположить, что для систем или порядков, чьи тенденции развития и позволяют их нарушение другими преодолевающими данные тенденции тенденциями, тоже будет отсутствовать способность определенного завершения трансформации. Еще одним ограничением синергетизма случая следует понимать и неспособность некоей тенденции вызвать необходимую для ее продолжения концентрацию ресурсов, несмотря на их формальное наличие. Классический пример – переход огня при определенном расположении горючего вещества в тление.

Если же обратиться к попытке приведения предложенных здесь оценок к общему знаменателю, то спецификой досинергетического формализма и следует понимать господство различного рода изолирующих факторов, в том числе и факторов, отражающих неспособность физического системного условия возобладать над влиянием внешних обстоятельств, порождающих некое «состояние рассеяния». В таком случае и собственно синергетизм следует определять как целенаправленное или побочное, предметное или косвенное выделение возможностей образования некоторой организации или тенденции, благодаря чему, при одном положении вещей, начальная организация дополняется сопутствующей, при другомтечение тенденции выделяет «проявленный» (феноменально очевидный) признак такого течения.

Огл. Два типа характеристик: присущие «неотъемлемые» и привходящие

Наше предшествующее рассуждение и следует признать основанием, позволяющим углубление в собственно проблематику «природы» состояния синергетизма. Главное, что некоторую организацию или некоторый состав взаимодействия познание непременно предпочитает определять как нечто «обязательное» содержание взаимодействия, когда другие организацию или состав - всего лишь как «возможное» содержание. Это и означает задание ограничения, признающего качество «обязательной принадлежности» лишь за частью выделяемых в некоторых условиях характеристик или признаков данной физической условности или данности. Подобное разнесение специфик по некоторым классам, выделяемым согласно неким отличающим их особенностям, весьма характерно определенному ряду устойчивых и общепринятых и интерпретаций и, как бы, еще и «эмпирических» свидетельств. В частности, специфика условно «обязательного» содержания и предполагает проявление в характерном для измерительной практики выделении значения в пределах погрешности или обнаруживается в представлении о приоритетности характеристики твердости перед характеристикой плотности и т.п. Обнаруживающий в некотором отношении «произвольность» порядок выделения принципиально важных специфик и позволяет обращение к размышлению о возможности отождествления подобного разделения уже некоторыми «объективными» критериями. В частности, здесь непременно необходимо понимание предмета, позволяет ли некоторое построение модели еще и выделение специфики, выражающей собой объективный предел налагаемого на моделирующую комбинацию ограничения в виде нормы общего предела «наибольшей подробности» представления моделируемого комплекса особенностей? Скорее всего, собственно возможность задания подобного ограничения и следует понимать указывающей на невостребованность некоторого набора признаков или «потенциально возможных факторов» со стороны некоторой установки, собственно и определяющей собой предмет рассмотрения. Например, моделирование весовой гири только в формате «твердое тело» и будет означать признание таким познавательным решением несущественности влияния на характеристику массы ряда конкретных особенностей физики твердого тела. Тогда и принимая во внимание собственно «идеологию» подобного упрощения, мы и позволим себе распространение понятия «синергетизм» на группу специфик, значимость которых именно и определяет некая подлежащая «вторичной» фиксации диверсификация первичных условий, изначально обнаруживаемых познанием посредством построения некоторой «бедной» картины.

Именно представленное здесь понимание и позволяет предположение, согласно которому когнитивная практика не исключает и такой установки, что и определяет некоторую группу отличий на положении когнитивно показательных отличий притом, что некоторые другие особенности уже допускают определение в качестве когнитивно вторичных характеристик. Именно в смысле свойственной человеческому познанию когнитивной практики сущность либо объект и востребуют обязательные по условиям моделирования конституирующие характеристики притом, что они же допускают и сопровождение как бы «необязательными» особенностями, лишь вторично раскрывающими такие непременно «первичные» характеристики. Причем подобное ограничение и следует определять как распространяющееся не только на «прямые» перцептивные проекции, но и как отличающее и рефлексивно порождаемую базисную структуру отношений модели. В частности, такое ограничение также будет позволять распространение и на оценки, определяемые в порядке выше уже рассмотренного отождествления элементам структуры объектов характеристики их конечной (абсолютной) целостности. Отсюда и собственно (наивный) порядок интерпретации структуры объекта и следует понимать формой построения отношения целостно взаимодействующих между собой элементов, и именно поэтому некоторые специфики таких структур, например электронная проводимость металлов, и предполагают отождествление именно с «синергетизмом», но не с отношениями собственно уровня базисной конфигурации. В силу этого настоящему анализу и следует придерживаться той схемы условной «досинергетической» изначальности, где, с одной стороны, объекты наделены спецификой вовлечения в некоторую «практику предъявления» особенностей, и, с другой, их конфигурация также допускает и редукцию определенных специфик до уровня образований, понимаемых в смысле данной конфигурации как образующие всего только возможности. Тогда и в качестве «объекта досинергетического уровня» и следует определить некоторый объем отношений, допускающих представление исключительно в качестве нечто «образующих» отношений, чей непосредственный или проективный уровень возможности собственно и обращается оператором выделения способности представительства, задаваемой некоторой «системой предъявления». Все же иное лежащее вне пределов подобного «класса содержания» характерная человечеству манера ведения познания и определяет как потенциально позволяющее образование синергетизма. Тогда синергетизм непременно и будет предполагать формирование «вне» системы «образующих» отношений, и потому он и составит собой не более чем «возможность отклика» на востребование, непременно и понимаемое только «потенциальным».

Хотя наше рассуждение непосредственно и рассматривает «явления познания», но посредством выбора подобного предмета рассмотрения оно же предполагает и онтологическую постановку вопроса в части, что непременно «посредством рассуждения» и воспринимает онтологические основания синтеза неких «двух» начал представления: системы предъявления и комбинационного порядка построения структурирующей модели. Условие обязательного задания подобной специфики и означает принятие единственно допустимого порядка включения в любые модели условности, определяемой под именем «объекта», а именно, качество «объекта» и соразмерно порядку задания подобного рода «конкрециям в формате объекта» своего рода «минимального» или намеренно заниженного «материала или состава построения». Однако и спецификой любой возможной характеристики и следует определять конечную, а не проективную значимость, и потому и выделение объекта не следует понимать означающим построение собственно объекта во всей полноте определяющего данный объект «объема связей», например, его интеграции в некие отношения причинно-следственных связей. Собственно настоящее положение и следует признать вынуждающим наше обращение к рассмотрению предмета, позволяющего его отождествление как нечто действительность «метаминимальной производной формы».

Огл. «Абсолютный минимум» и «метаминимальная производная» форма

Собственно предшествующее рассуждение и следует определить позволяющим вывод, что всякое выстраиваемое познанием описание показывает не собственно «действительность» объекта, но определяющий множество свойств объекта в некотором отношении «комплекс оснований» объекта, что и предполагает исключение из подобной картины всякой как бы «производной» условности, не относимой к группе особенностей, «необходимых» для синтеза объекта. Более того, объект или отношение будут в понимании нашего познания обретать реальность даже и в случае полного устранения подобных «производных» условностей из представления о характерном ему содержании. Однако если в качестве исходной позиции представления об объекте принять уже исходно (возможно, искусственно) лишенную классификационного укоренения феноменальную явность, то подобное представление непременно и предопределит необходимость отождествления «кандидата в объекты» именно «коллекцией» экземпляров, принадлежащих различным классам. Положим, мы рассматриваем феномен, одновременно допускающий представление посредством наделения спецификой «твердое тело», «металлический предмет» и «металлический слиток». В данном случае, если статус «первичного представительства» мы присваиваем феноменальному представлению, то имеет место следующее: образуемая нами модель объекта фактически и предполагает реализацию в форме и «системы предъявления», и посредством выделения не обязательно представляемой к предъявлению «специфики структурных связей». «Система предъявления» произвольным образом выделяет некую действительность мира, определяемую как оппозитная в отношении нашей возможности чувственной интерпретации, наделяя ее квалифицирующей характеристикой комбинации некоторых «явностей», когда собственно оператор познания, удовлетворяя потребность оперирования именно определенными формами представлений и образует далее первичную позицию «задания условий структурирования». Именно в подобной связи и следует предполагать правомерность следующего вопроса: возможно ли выделение таких крайне редуцированных структур, для которых всякий феномен (предположим, для простоты, мы ограничимся физическими феноменами) и позволяет определение как содержащий лишь абсолютный минимум структурной организации? Скорее всего, здесь и возможно использование выводов, полученных в ряде наших предшествующих размышлений (2, 3), откуда и следует, что такое возможно только в случае построения классификации, интегрирующей условия вещественности в чистую структурирующую схематику (равнозначную математическому моделированию). Тогда, поскольку в нашем определении условие вещественности и следует видеть равнозначным способности «сопротивляемости», иначе способности вступления в конкуренцию за ресурс пространства, то и минимум структурной представленности тогда и правомерно понимать простейшей возможностью образования пространственной формы, позволяющей на протяжении конечного промежутка времени поддержание своей пространственной самотождественности. Отсюда и все позволяющее наделение спецификой только адресующегося к способности закрепления в пространственной конфигурации (в частности, все служащее для последующего придания субъекту такого закрепления «заряженности», «нагрева», «фрактальности», «метастабильности» и т.п.) и следует в смысле возможности приведения некоторой реалии к абсолютному основанию понимать уже нечто метаминимальной производной. Отсюда и любое специфическое средство образования изощренной вещественной конфигурации и будет в части собственно онтологической постановки вопроса непременно и предполагать отождествление в качестве предполагающего наличие в его составе и некоторого синергетизма. Но поскольку условный «опыт познания» наделяет спецификой «синергетизма» далеко не каждую из числа характерных особенностей той или иной вещественной формы, то факт подобного избирательного отношения и позволяет постановку вопроса, - что же и вынуждает познание признавать «синергетизмом» лишь некоторую часть из числа понимаемых «изощренными» специфик?

Положим, примером характерного познанию отождествления некоторой специфики как «синергетической» и следует понимать выделение в таком качестве свойства электрической проводимости металлов. Проводимость тем и отличается от свойства присущей (основной группе) металлам упругости, что она и предполагает отождествление в повседневном опыте как нечто «вторичная» форма, наличествующая лишь в условиях соответствующего казуса; напротив, уже свойство упругости тех же металлов обыденное познание непременно определяет как своего рода «генетический признак». Тогда, принимая во внимание подобное разделение, мы и позволим себе формулировку гипотезы, определяющей условие «степени соотнесения» образуемых познанием ассоциаций, где характерной некоторой степени соотнесения установкой и следует понимать отождествление некоторого свойства объекта непременно как присущей ему «естественно» данной способности. Такого рода идентификацию и следует определять исходящей из укорененных в познавательной традиции представлений о востребовании некоторых возможностей для закрепления именно данной формой вещественности ресурса пространства под свое размещение. То есть, фактически, мы формулируем здесь гипотезу особого предмета некоей свойственной нашему познанию непременной соотнесенности с относимым на фундаментальный уровень выделением еще и некоторой «телеологии», фактически и обращающейся тем началом, благодаря чему та или иная реальность и «приходит» или обнаруживает себя в мире (на деле – именно выделяясь в пространстве). Металл для нас именно и обращается носителем телеологии «твердое и упругое» тело, и именно посредством выделения подобных особенностей мы и персонифицируем возможность некоторого специфического металлу способа «завладения пространством». Отсюда и металл, именно в его способности функционального становления и определяемый нами в качестве наделенного способностью «владения» ресурсом пространства, естественно и наделяется нашим опытом признаком «неотделимой» от него упругости. Возможно, в будущем, когда человечество несколько более широко интегрирует «физическое сознание» в вырабатываемый им комплекс представлений, то подобное «просветление» изменит и собственно общее понимание природы металла, что и устранит некое выделение синергетизма, проективно определяемое из представлений о природе металла в качестве нечто «развивающего представления» о характерном для металла «синергетизме». Но пока полученные настоящим анализом результаты и позволяют переход к построению определения налагаемого на некоторую вещественную формацию признака «метаминимальности». Если следовать условной «логике» настоящего рассуждения, то свойство метаминимальности и следует определять обозначающим ту специфику вещественной формации, в отношении чего наше познание не предполагает ее фиксации в статусе атрибута, необходимого данной формации для исполнения функции в известном смысле определенного заполнителя пространства. Ситуативное наделение человеком вырабатываемого им фундаментального познавательного маркера спецификами неких особенных функций, собственно и олицетворяющих собой некоторые как бы «сущностные» условия и обращается выделением реально далеко не минимизированного, но, для данной актуальной проекции практики интерпретации в целом, именно «минимального» представительства некоего сущностного начала. В таком случае всё, не понимаемое подобной актуализацией в качестве характерного такой сущности «минимального» уровня представительства и наделяется спецификой «метаминимальной производной». И уже последняя, проецируясь на уровень феноменально значимых проявлений, и трактуется познанием как «синергетизм», специфически возникающий в образовании, изначально выражающем собой условность подобного рода «минимального представительства» некоей сущностной формы. Отсюда «синергетизм» и следует определять как некую специфическую проекцию нашего взгляда на мир как на «собирательность» многообразия формаций, допускающих закрепление на различных носителях телеологии.

Огл. Парадоксальные формы «минимальной конфигурации» случая

Теперь нашему анализу в его напрашивающемся теперь обращении к рассмотрению предмета «минимальной конфигурации» случая и следует начать такое рассмотрение исследованием возможности приложения «закона Архимеда». Более того, данное рассмотрение и следует представить не просто образцом некоторого «объективного» положения, но и определить в качестве примера положения, обеспечивающего для некоторого грубого зрения некий «феноменологически очевидный» результат. Итак, нормативная установка по имени «закон Архимеда» и вознаграждает человеческое познание некоторой возможностью истолкований реалий, что отнюдь не означает отсутствия у данной нормы и некоторой сферы применимости, задаваемой совершенно определенным сочетанием посылок ее реализации. В таком случае, если исходить из некоторого научно состоятельного источника, то «закон Архимеда» будет предполагать выражение посредством такой формулировки:

«… на всякое тело, погруженное в жидкость (или газ), действует со стороны этой жидкости «подъемная сила», направленная вверх, равная весу вытесненной телом жидкости (или газа) и приложенная к центру тяжести вытесненного объема». (4, с.85)

Мы же предполагаем ниже представление примера события, пусть не противоречащего, но как бы «не предполагающего разъяснения» посредством подобной формулировки, собственно и подтверждающего невозможность для некоторых условий случая реализации формально «очевидной» способности плавучести. Мы рассмотрим в данном случае условие, практически несущественное в смысле теоретических установок физики, но именно и интересное онтологии как исследованию характеристик «ограниченности» физики. Тогда мы и рассмотрим некоторую выражающую в глазах носителя, положим, наивного опыта, феноменальную очевидность явления «подъемной силы». Итак, физика как таковая находит следующие важные условия «плавания тел»:

… 1) водоизмещение тела, равное весу воды, вытесненной телом в состоянии равновесия; 2) плоскость возможной грузовой ватерлинии – всякая плоскость, отсекающая от тела объем V, вес воды в котором равен водоизмещению тела; 3) поверхность грузовых ватерлиний – огибающая плоскостей возможных грузовых ватерлиний; 4) центр водоизмещения – центр тяжести объема, отсекаемого от тела плоскостью возможной грузовой ватерлинии; 5) поверхность центров водоизмещений C - геометрическое место центров водоизмещений. (5, с.13)

Наше любопытство привлечет здесь некоторая оставленная физикой вне сферы ее предметного опыта искусственно выстроенная ситуация неспособности принципиально обладающего плавучестью тела, попадающего в кажущуюся ситуацию обеспечения плавучести, реализовать такую возможность просто в силу недостатка массы вытесняемой жидкости. Тогда мы и позволим себе прибегнуть к постановке следующего мысленного «эксперимента». Положим, мы располагаем телом кубической формы, изготовленным из материала плотностью по отношению к вытесняемой жидкости равной 0,9, размер которого соответствует кубу со стороной 1 в единицах, соответствующих единице измеряемой плотности. Мы далее таким образом обставляем ситуацию помещения данного тела в жидкость, чтобы оно благодаря конфигурации сосуда и наличию вполне определенного количества жидкости оказалось бы доверху покрытым жидкостью, но не смогло бы всплыть. Итак, вес данного образца – 0,9. Наш эксперимент следует поставить таким образом, чтобы данный образец оказался бы залит доверху жидкостью объемом 0,8. Для этого нам следует рассчитать толщину слоя жидкости, целиком закрывающего это тело, чье образование и обеспечивает особая геометрия сосуда, специально изготовленного для поставленного нами «эксперимента». Положим, нами изготовлен сосуд прямоугольной формы и предполагается, что наш кубический образец будет закрыт жидкостью с 5-ти сторон (всех сторон кроме донной), где, как и предполагается, слой жидкости закрывающей образец будет одинаков по отношению к любой плоскости куба. Данные условия и приводят нас к кубическому уравнению: 5l + 8l2 + 4l3 - 0,8 = 0. Тогда современные средства решения кубических уравнений помогают с получением решения, из которого и следует, что толщина равно распределенного слоя жидкости l будет равна 0,13082. И тогда, если поместить наше тело в прямоугольный сосуд квадратного сечения точно по центру при внутренней длине стенки сосуда равной 1,26164 и высоте стенки превышающей 1,13082, то погруженное тело так и не сможет всплыть, продолжая находиться в состоянии покрытого жидкостью. Подобное явление мы и позволим себе истолковать как подтверждение существования возможного «синергетического порога», собственно и обращающего реальностью непосредственно возможность всплытия тела. Если же в подобном опыте мы все же будем следовать цели поднятия поверхности испытуемого тела над поверхностью жидкости, то нам неизбежно потребуется и доведение массы жидкости в сосуде до значения, превышающего массу заливаемого тела, и, учитывая гистерезис и некоторые другие физические реалии, и с обязательным некоторым процентом превышения.

Использование заложенного в данном рассуждении посыла и позволяет истолкование любого возможного набора связанных случаев, показывающих хотя бы двустабильность некоего «феноменального проявления» определенной реакции как непременно и отражающего специфику «синергетизма случая». Если исходить из подобного представления, то «синергетизмом случая» и следует понимать расщепление, наступающее в ряду однородных случаев, когда всякий реализующий некий эффект случай отличается от «не реализующего» случая тем, что здесь некий подкрепляющий ресурс именно и определяется как превышающий некоторый «пороговый размер». Возможно, конечное значение подобного размера и следует из собственно физических характеристик и взаимодействующего объекта, и носителя ресурса, но мы предоставим право размышления над настоящей проблемой и над некоторыми аналогичными ей проблемами уже непосредственно физике. Онтологически же значимым и следует понимать лишь собственно условие «синергетичности» случая, то есть, фактически, задания случаю и такой возможности совершения, когда объем подкрепляющего ресурса просто недостаточен для порождения некоторого определенного результата. В то же время такие состояния не будут блокировать действие непосредственно «механизма порождения», - так тот же наш куб, хотя он и не всплывает из-под слоя покрывающей жидкости, но если подводить к данной установке вибрацию, то уже куда легче позволяет смещение с места, нежели просто бы находился в незатопленном состоянии.

Но и непосредственно физику следует определять непременно предпочитающей эпистемический способ понимания специфики, что, собственно, и обозначена нами в качестве «синергетизма случая», когда физика явно не торопится с принятием мер для выведения самоё себя из-под воздействия случайного (во всяком случае, «внесистемного») осознания действительности «естественной» присущности такого рода специфики. Конечно, очевидными примерами практики выделения нечто «достаточно близкого» синергетизму и следует понимать превосходно осмысленные физикой пороговые схемы ситуаций плавления и кипения, когда показанное нами явление «недостаточности ресурса массы несущей жидкости» не интересует физическое познание, возможно, лишь в силу известной искусственности. В любом случае, различие в понимании наукой «физика» проблематики «синергетических порогов» непременно и допускает объяснение такой любопытной причиной, как зависимость подобной интерпретации от как такового функционала «системы предъявления». Или, иначе, для определенных ситуаций подобный порог определенно и исключает отделение от собственно порядка воспроизводства наблюдаемых процессов, потому и находя отражение в познании, когда в некоторых других обстоятельствах, собственно и предполагающих те же зависимости или «сценарии» познание странным образом манкирует своей непременной обязанностью выделения подобной специфики.

Огл. Коллекция синергетизмов - как физических, так и не физических

Хотя непременное наполнение нашего анализа и составляли собой примеры, принадлежащие области физической действительности, мы позволим себе настаивать на онтологически универсальном смысле синергетизма и продолжим анализ представлением уже не физических примеров синергетизма, в данном случае почерпнутых в социальной действительности. Классическим, на наш взгляд, нефизическим примером синергетизма и следует понимать хорошо знакомое общественной практике явление экономии на масштабах производства. Последнюю и следует определять образцом классического синергетизма случая, возможность достижения уровня наиболее эффективного использования, например, производственных приспособлений в силу максимизации уровня их эксплуатации. Также и собственно философию в некотором отношении следует видеть именно формой синергетизма; философское изучение специфики познания обретает оправданность именно в случае достижения познавательной активностью соответствующих размаха и влияния. Но если понимать философию именно таким образом, она будет представлять собой образец именно синергетизма состояния, выделения в общем корпусе познания особой области познавательного исследования собственно процессов познания. Другого рода примером синергетизма, типологии которого мы, возможно, и не касались, служит такая реальность, как общественное сознание (6). Данная условная форма сознания и позволяет признание своего рода «развитием» социальной коммуникации, при котором принимаемые индивидом решения базируются не на собственном опыте или на тех же внутренне порождаемых критериях адекватности, но именно и основываются на нечто «коммуникативно закрепленных представлениях». Общественное сознание тогда и следует определять такого рода синергетическим «продолжением» процесса коммуникации, в котором средства и инструменты коммуникации позволяют интеграцию в собственно построения когнитивных структур, и образуя тогда в некотором отношении форму «метазнания». Подобное «метазнание», хотя его в большей мере и следует видеть именно коммуникационным трансмиттером, тем не менее, выступает и в качестве некоторого специфически достаточного суррогата знания.

Собственно же физическая действительность располагает возможностью предложения даже таких образцов синергетизмов, что в некоторой мере обращаются и нарушением предложенной нами классификации. В частности, на наш взгляд, такой классический пример синергетизма как наковальню скорее следует отнести к образцам синергетизма случая, т.е. достижения объектом определенной возможности реакции, концентрации энергии именно на эффекте местной деформации, но не на ее затрате на совершение движения во внешней среде. Несмотря на это, собственно истоком синергетических качеств наковальни и следует понимать качество ее массивности. Скорее, к синергетизму состояния можно отнести и свойства механического и электрического резонанса, однако феноменальное проявление подобных способностей реализуется именно посредством синергетизма случая. Подобную неопределенность и следует понимать поводом для обращения к предмету комплексной в смысле нашей классификации формы синергетизма, однако, как нам представляется, подобный предмет все же заслуживает отдельного анализа. С другой стороны, очевидными примерами синергетизма случая и следует понимать формирование обыкновенной струи, когда именно подобная комбинация процесса переноса массы и его скорости и порождает эффект непрерывности истечения. Также характерным примером синергетизма случая следует признать величину массы топлива, достаточной для вывода на орбиту космического аппарата. Как можно понять, человеческую практику окружают проявления, допускающие их понимание в качестве синергетизма, и лишь в некоторых случаях создаваемое человеком знание, в силу практической необходимости, и рассматривает их в рамках такой типологии, хотя и не обязательно выделяемой посредством подобного понятия. Но и наиболее значимой формой физического синергетизма непременно и следует определять в некотором отношении «наиболее фундаментальное» физическое условие - субстратно реализованную статику.

Огл. Существенность синергетизма как онтологического формата

С одной стороны результатом настоящего анализа и следует понимать тот полученный здесь объем аргументации, что и позволяет признание условия (признака) «синергетизма» именно онтологической характеристикой, с другой стороны - реальностью следует понимать и пренебрежение подобной проблематикой и философией, и предметным познанием. Тем не менее, в настоящем анализе мы явно развили понимание «синергетизма», чье задание, на наш взгляд, определенно и позволяет признание неизбежным в случае перехода к использованию формалистически точных структурных методов интерпретации. Если познание все в большей мере будет обращаться к замещению феноменологически выделяемой эмпирики моделями логически рационализируемых структур, то оно уже во все возрастающей степени будет ощущать потребность в инструментарии задания конфигурации структурных схем, все еще содержащих эмпирическую произвольность и не представляющих реалии с надлежащей степенью достаточности. Более того, если собственно структурное представление еще и обнаружит качество ограниченного в средствах представления, то здесь и любое развитие такой практики структурирования и будет предполагать дополнение некоторыми возможностями «метаструктурного» расширения. Трудно сказать, насколько формат «синергетизма» именно и будет способствовать исчерпанию подобного рода метаструктурной перспективы, но если эта перспектива и окажется шире, нежели тот охват, что и обеспечивает формат «синергетизма», то подобный формат все равно будет позволять признание хотя бы одной из числа такого рода возможностей. То есть своего рода «бонусом» синергетизма для познания и следует определить устранение представления о нечто «абсолютном» порядке выделения действительности структурного представления, чья неполнота тогда и будет ожидать компенсации задаваемой самим таким порядком неполноты содержания, достигаемой посредством ассоциации с подобной структурой и ее синергетических расширений или «дополнений». Осуществляемый благодаря этому перевод структурности на локальное позиционирование именно и освободит систематизацию от необходимости избыточной детализации, сводя ее, возможно, и не к предельному, но рациональному уровню минимизации с тем расчетом, что некоторые частные неупорядоченности непременно и позволят рассмотрение именно в статусе синергетизма. В большей степени переход на локальное позиционирование и следует связывать с возможностями, следующими из формата «синергетизма состояний», когда употребление синергетизма случая позволит выделение тех или иных пределов, вне которых прекращается действие условий определенных «нормальных» ситуаций. Кроме того, на наш взгляд, сама собой норма «синергетизм» в некоторой мере поясняет и существо принципа абстрагирующего подхода к структурированию, чье основание нередко и составляет масштабная редукция предметной специфики сущностей. Ничто иное, кроме как средства «глубокой редукции» и вознаграждают познание идеями «чистых линий», но и применение подобных редуцирующих форма непременно и обращается отсечением определенных характеристик сущностей как «чуждых» или «вторичных».

Тогда мы и позволим себе предложение оценки, что в случае сохранения онтологией приверженности конструированию концептов, чьим основанием непременно и определяются эмпирические (или феноменологические) источники и собственно и определяющая такую онтологию парадигма вряд ли породит потребность в разделении на структурно основные и структурно вспомогательные форматы. Если, напротив, в онтологии возобладает направление, для которого феноменальное наполнение сущности утратит принципиальное значение, а возобладает метод выделения основных форматов, собственно и обращающихся инструментом и материалом сущностного синтеза, то тогда не избежать и перехода к практике создания схем, строящихся по принципу многоуровневой вложенности. И тогда и синергетизм найдет применение как один из типов или классов подобного рода «вложений».

Огл. Заключение

Одним из характерных автору философских представлений и следует понимать убеждение в недостаточности форматной реализации моделей и представлений естественных наук и математики. В то же время сама по себе опытная ориентация данных направлений науки (включая сюда и опыт произведения вычислений) в онтологическом смысле удерживает подобные области познания фактически в положении скорее эмпирической парадигмы или парадигмы, только лишь несколько «продвигающейся» в направлении «обобществления источников дедукции между всеми дедуктивно выводимыми положениями». Если в данных областях познания, в конце концов, и возобладает тенденция к преддедуктивной редукции употребляемых ими источников, то они, в чем мы убеждены, непременно и обнаружат интерес и в отношении возможности выделения некоторых специфических форматов структурной зависимости. Одним из подобных форматов и следует понимать «синергетизм», определяющий собой некоторые условия «небазисных» порядков, если и судить о подобных порядках именно с позиций выделения некоторых принципиально значимых начал построения модели.

05.2008 - 08.2016 г.

Литература

1. Б. Смит, "На основании сущностей, случайностей и универсалий. В защиту констуитивной онтологии", Philosophical letters, 27, 1997
2. Шухов, А., "Математика или общая теория структур?", 2008
3. Шухов, А., "Онтологическое усвоение данных физического познания", 2003
4. Физический энциклопедический словарь, т. I, 1960
5. Физический энциклопедический словарь, т. IV, 1965
6. А. Шухов, "Феноменальная картина предмета "общественное сознание", 2004
7. А. Шухов, "Пространство (и расстояние)", 2006
8. Шухов А., "Самодостаточность физического казуса и несамодостаточность норматива", 2007
9. Шухов А., "Когнитивная структура физической задачи", 2006
10. Шухов А., "Рутаджизм - следующая стадия материализма", 2011

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru