Эссе раздела


Онтология движения и структура его физической модели


 

Когнитивная структура физической задачи


 

Самодостаточность физического казуса и несамодостаточность норматива


 

Пустота и дефицит


 

Послойный анализ и проблема ограничивающей его «нерасслаиваемой позиции»


 

Деизолирующее вмешательство - инициатор события «кинетического выброса»


 

Метрологический факт и общая теория комплементарности


 

Способность физической сохранности


 

«Синергетизм» как деупорядочение предзаданного формализма


 

Философское объяснение работы D-триггера (в схеме делителя частоты)


 

Онтология процедуры сенсорного съема


 

Физические принципы общей теории относительности


 

«Курс физики», Отдел первый, ВВЕДЕНИЕ


 

«Курс физики», Том первый, избранное: Констуитивы механики и измерения


 

«Курс физики», Том второй, избранное: Резонанс и учение о лучистой энергии


 

«Курс физики», Том третий, избранное: Теплота и начала термодинамики


 

Ядерные процессы в поле релятивистского фемтосекундного лазерного излучения


 

Новые основания качественной физики


 

Физический и феноменологический миры


 

Деизолирующее вмешательство - инициатор события «кинетического выброса»

Шухов А.

Содержание

В отношении способности представлять собой потенциальный источник возможного кинетического выброса некоторые находящиеся в состоянии покоя физические системы непременно допускают признание системами, в определенном отношении отождествляемыми в качестве хранителей физического источника ресурса движения. Дабы не просто преследовать цель построения отвлеченного рассуждения о предмете подобных «хранителей», но и придать данному анализу большую определенность, следует указать и основной пример подобной формации: в частности, размещение в окружении среды с низким давлением газа объекта, удерживающего в своей полости некий объем сжатого газа. Собственно экземплярами подобного типологического класса и следует понимать баллон с газом или месторождение газа. А далее и собственно возможность такой типологии и следует определять позволяющей наложение характерной познавательной схемы, непосредственно и фиксирующей порядок координации физических условий, когда по отношению некоторой природы физического процесса и уровня гранулированности и возможна констатация того состояния «покоя», что не исключает возможности провоцируемого, но не навязываемого (передаваемого) порождения движения.

Огл. Постановка проблемы

Собственно отсутствие внятной концепции, определяющей природу физических хранителей ресурса движения и порождает потребность в построении обобщенной картины той особенной коллизии, когда провоцирующее вторжение, ничтожное в сравнении с потенциалом некоторой системы и производит эффект такого деупорядочения связей этой системы, когда высвобождающейся активности оказывается достаточно для придания элементам системы импульса движения. Причем не исключено, что квалификация источника или «причины» такой провокации, в том числе, допускает отождествление и нечто внутреннему для подобной системы слабому, медленному или иному не доминантному процессу. В смысле избранного нами примера легко показать, как коррозия корпуса содержащего едкий газ баллона в определенный момент, при достаточном уменьшении толщины стенки уже обуславливает выброс газа вне пределов баллона.

Однако и собственно исследование природы казуса внезапного возникновения некоторой динамики мы понимаем отнюдь не принципиальной, но лишь вторичной и побочной задачей задуманного нами анализа. Потому и только что выполненное рассуждение мы и определим раскрывающим не более чем картину частной ситуации нарушения состояния покоя некоторой системы, ранее характеризовавшейся признаком «стабильности» существования. Напротив, принципиальной задачей настоящего анализа мы и понимаем построение такой модели состояния покоя физической системы, где составляющая некую особенность подобного состояния перспектива фактически внутренне обуславливаемого деагрегирования самой подобной системы и равнозначна причине обращения этой системы ситуацией движения объектов, ранее составлявших собой условно «покоящиеся» части данной системы. То есть своей основной задачей мы и понимаем описание структуры такого состояния покоя, сковывающего некое множество условностей, данностей или форм, где собственно разрушение связей подобного состояния и обуславливает «замену» статического формата отношений формировавших данное состояние объектов кинетическим (или динамическим) форматом. Именно поэтому мы и предпримем, посредством использования аппарата философской онтологии, не копирующего и не заменяющего аппарат физического моделирования, анализ структуры модели подобного рода состояния «потенциально неспокойного» покоя. Мы также предпримем и попытку исследования специфического предмета, что именно и отличает случай нарушения подобного состояния «покоя» от более простой схемы моделирования физических событий, представляющей такие события комбинацией или последовательностью случаев «вступления и выбывания».

Именно с онтологической точки зрения мы и склонны определять существенным обретение понимания такой специфики, как онтологическая принадлежность запаса энергии электрического конденсатора или взрывчатого вещества, физических форм, чувствительных к обстоятельству изменения условий их пребывания, когда такое изменение и инициирует в них проявление некоторых последствий в виде воссоздания некоторой кинетики. Фактически же существенной спецификой подобной способности и следует понимать такой фактор, как комплекс пороговых условий, когда выход за заданные им пределы и позволяет инициацию такой трансформации, или, напротив, таких условий блокирующей изоляции, что уже препятствуют образованию ситуации «запуска», обеспечивающей появление отсутствовавшей ранее «динамики». Момент запуска продуцирующего кинетику физического процесса мы потому и намерены характеризовать как наступающий в силу деизоляции сторон взаимодействия, что нередко случается в силу действия причин, в известном отношении «сугубо внутренних» для определенного «состояния покоя».

Огл. Типология изолирующих состояний

Тогда если и возможно представление, определяющее нечто изолирующее состояние, приостанавливающее введение в действие причин возникновения некоторой кинетической активности, то отсюда же возможно и построение классификации различного рода материальных и ситуативных типов подобных состояний. Скорее всего, здесь возможно определение не только «материальных» и «ситуативных» разновидностей таких состояний, но и определение той своеобразной изолирующей способности, что и порождается как разнесением в пространстве, так и распределением во времени. Казус разделения физических условностей средствами разнесения в пространстве и времени также образует и собственную группу заслуживающих отдельного анализа проблем.

Но поскольку пример с материально реализованной изоляцией источника кинетической активности уже был представлен в самом начале нашего анализа, а ситуативный тип блокирующей изоляции мыслится нами как нечто всего лишь «закономерно подобающее» такой возможности, то, в таком случае, нам и следует обратиться к представлению примера именно случая «ситуативной» изоляции. Очевидно, что в качестве нужного нам примера явно допустимо использование схемы действия широко известного механизма рычажных весов. Скорее всего, данный пример далеко не одинок, и подобный смысл легко допускает выделение в опыте по созданию невесомости в пикирующем самолете или из представления о способности вращающегося волчка к сохранению вертикального положения.

Попробуем в таком случае продолжить знакомство с ситуативным типом блокирования кинетической активности. На наш взгляд, подобный тип блокирования фактически позволяет осознание в качестве некоторого не особо сложного порядка формирования отношений, чье содержание довольно обстоятельно отражают средства концептуализации, известные из такого наиболее формального по характеру используемых моделей и базисного раздела физики как механика. При этом еще и значимой в подобном отношении следует понимать ту характерную особенность комплекса представлений современной науки «физика», что и обнаруживают известную онтологическую неточность и даже допускают некоторую степень подмены проблематики. Физика, если руководствоваться «Физическим энциклопедическим словарем» (ФЭС) издания начала 1960-х гг., обращает внимание не на собственно комбинационное условие равновесия (на реальную комбинацию «равновесного состояния»), но фокусируется на проблеме влияния на нарушение равновесия заблокированного объема активности. Данный подход и находит свое выражение в принципе, носящем в физике название «Теорема Лежен-Дирихле» (ФЭС, статья, «Лежен-Дирихле теорема»). Согласно подобному принципу, «если … потенциальная энергия имеет минимум, то равновесие является устойчивым». (ФЭС, т. II, с. 592) Однако мы позволим себе возразить против авторитета науки, отделив свойственную состоянию равновесия как определенному признаку особенность по имени «устойчивость» и собственно комбинационную норму «состояние равновесия». Равновесие, даже будь оно неустойчиво, все равно обнаруживает способность именно присутствия свойств состояния равновесия. Тем более неудовлетворительно в нашем смысле определение «равновесия механической системы» как «состояния, при котором все точки механической системы находятся в покое по отношению к рассматриваемой системе отсчета». (ФЭС, т. IV, с. 262) Нам, далее, представляется странным, что «механическое напряжение» определяется только как «мера внутренних сил, возникающих в деформируемом теле под влиянием внешних воздействий». (ФЭС, т. III, с. 358) На наш взгляд, механическое напряжение, ведет оно к деформации или не ведет, возникает и в случае, когда два источника возможной кинетической активности блокируют действие друг друга, что и происходит в случае любой обращающейся достижением равновесия манипуляции с рычажными весами. Или же, иным образом, от физики и следует ожидать предложение принципа невозможности исключения деформационного механизма из любой возможной модели твердотельного взаимодействия, что ставит под сомнение ее вполне функциональный, в смысле достаточности для определенного моделирования, идеализм «абсолютно твёрдое тело».

Тогда нам и следует предпринять попытку определения, чем же именно и следует понимать казус равновесия такой механической системы как рычажные весы в случае ее представления в качестве комбинации, рассматривающей взаимодействие, чьими участвующими сторонами, все же, следует понимать именно нечто «абсолютно твердые» элементы. Здесь мы и видим необходимость лишь в том дополнении, что вряд ли возможно обнаружение каких-либо препятствий для реализации рычажных весов в виде конструкции элементов этих весов, включая сам рычаг, выполненной из нежестких материалов, но так, чтобы деформация подобных элементов не нарушала собственно условие равновесия. (Собственно так и происходит в системах, где конечная жесткость достигается за счёт взаимно компенсируемой нежесткости конструктивных деталей; таковы, например, как свидетельствует «Курс физики» О.Д. Хвольсона, подвесы маятников в сверхточных конструкциях механических часов; подробное описание данной технологии приводится в т. I, с. 314 издания 1897 года.) И первым любопытным моментом здесь и следует признать обстоятельство, что физика приходит в данном случае к парадоксальной модели, совмещая абсолютно твердое тело, понимаемое в статусе объекта геометрической статики, и модель «возможных (виртуальных) перемещений». (ФЭС, т. I, с. 298, статья «Виртуальных перемещений принцип») Если нас не устраивает данное решение физики, то - что следует предложить в качестве возможной альтернативы? Как мы понимаем, невозможно указание каких-либо причин для отказа от представления, определяющего возможность нечто абсолютизированной «геометрической» статичности всякого элемента рычажных весов. Именно использование данного положения в качестве нашей отправной позиции и позволяет оценку, что введение некоторой вносящей ряд ограничений в конкретную ситуацию компоненты равнозначно введению изолирующего условия. Провал в потенциальную яму каждой из размещенных на весах уравновешенных гирь определенно исключен в силу собственно лишения гири любой перспективы преодоления условия изоляции (или прохождения порога), созданного для нее условной «прочностью» системы удержания, базирующейся на давлении на весы противоположной гири. То есть в смысле предметной модели мы и позволим себе типологическую унификацию, с одной стороны, удерживающей способности весов, заданной для одной из гирь другой уравновешивающей гирей, и характеристики прочности стенки баллона, исполняющей фактически ту же самую функцию. Важно, что и один, и другой источник сопротивления непременно и допускают определение в качестве притягательно построенного элемента, чья способность реакции задана в случае стенки баллона межмолекулярными силами притяжения, а в случае уравновешивающей гирисилами гравитационного притяжения. В таком случае собственно прорывающийся «выброс кинетики» и следует характеризовать как поступок преодоления некоторых притягательно построенных связей.

Несколько опережая порядок следования настоящего анализа, то есть - не рассматривая такие предметы как электрический потенциал (напряжение) и химический способ хранения энергии (к примеру, составом однородного взрывчатого вещества), мы все же предпримем попытку обретения представления о допустимой для физической действительности схеме прерывности событий (прерывности, характерной для случайности или каузальности). Некоторое распространение кинетически эффективной активности, как можно предположить, и позволяет продолжение вплоть до выхода на стадию образования или столкновения с системой, изолирующей такую активность; далее, чтобы активность продолжала распространение, в отношении изолирующей системы возникает необходимость в совершении действий, нарушающих изолирующую функцию такой системы. В подобном отношении состояние изоляции активности от допускающей ее дальнейшее распространение сферы и следует определить под именем напряжения. Тогда если обратиться к переосмыслению представления о последовательности распространения активности теперь уже на задаваемых такой схемой условиях, то - что именно и следует определять обстоятельством задания такого формата воспроизводства явления, чем и следует понимать нахождение носителя активности в изоляции? Скорее всего, собственно условия данной схемы и позволяют допущение, согласно которому активность, размещенную посредством задания некоторому носителю некоторой специфики, и следует определять как своего рода «макроорганизацию». Хотя в настоящее время структура такого носителя активности, чем и следует определять физические поля, явно не до конца исследована, тем не менее, следует допустить, что и физическим полям также характерна специфика некоторой «макроорганизации». А далее непосредственно данное понимание и позволяет оценку, согласно которой носитель, способный к отдаче активности, испытывая на себе действие некоторого средства изоляции, утрачивает кинетическую координацию макроуровня одновременно не утрачивая кинетически активного состояние микроуровня (или, скажем, «уровня поля»), представленного движением всевозможных частиц, элементов силовых полей или внутриструктурными колебаниями. Причем не существенно, что, например, в случае нахождения газа в баллоне такое движение хаотично, а в случае силового поля – направленно.

Огл. Состояние деизоляции и его парадоксы

Далее, чтобы продолжить анализ уже «в конкретной плоскости», нам следует предпринять попытку подробного исследования специфического случая ситуативной деизоляции, приводящего к появлению состояния невесомости внутри пикирующего самолета. Итак, свой анализ мы и построим исходя из допущения, что свойство «весомости» именно и позволяет определение проявляющимся в случае наступления казуса ситуативной изоляции. Однако какое же объяснение подобная проблема предполагает в собственно науке «физика»? Физическое объяснение специфики весомости именно и предполагает образование условно независимого от какого бы то ни было взвешивания инвариантного понятия «масса», означающего там нечто наличие особого инвариантного свойства тела, в частности представляющего собой «меру одновременно гравитационных свойств материи и ее инерционных свойств» (ФЭС, т. 3, с. 135). Однако и непосредственно проблема взвешивания (ФЭС, т. 1, статьи «Взвешивание» и «Весы») уже обращается осознанием в известном отношении «суровой реальности» такой операции, осуществимой лишь на условиях достижения искомой точности равновесия, устранения влияния «аэростатических сил», успокоения колебания чашек, уменьшения влияния температурных градиентов и т.п. При этом любопытно, ни к какому спекулятивному осмыслению ситуации, собственно и развертывающей такой сложный порядок «действий взвешивания», физика явно отказывается прибегать (возможно, за избыточностью для нее подобного анализа). В таком случае и первое, что следует отметить в подобном отношении, это выделить характерный факт, что операция взвешивания практически предполагает употребление объектов взвешивания, представляющих собой материальные предметы, находящиеся в твердом агрегатном состоянии. Объекты в другом агрегатном состоянии, жидкости или газы допускают взвешивания исключительно в случае заключения в оболочки. Взвешивание, таким образом, и следует понимать физическим событием достижения статического баланса в системе, составленной элементами, как минимум, замкнутыми во внешний статический контур (оболочку). Понимание статической природы участвующих в операции взвешивания элементов и позволяет построение модели проявления объектом свойства весомости и, далее, посредством его устранения, так же на условиях, заданных в той же самой модели, и формирование ситуации «невесомости» как бы посредством устранения рассматриваемой в этой модели «основной ситуации». В таком случае и следует определить, что весомость тогда и будет означать всякую возможность вступление некоего тела по отношению к другому телу в состояние такой ситуативной изоляции, когда это другое тело посредством наложения статически формализованных условий блокирует кинетическую активность первого, порожденную действием, например, гравитационного поля. Входящее в данное определение понятие «статически формализованных условий» и означает, что в смысле некоторого момента времени мы именно и исходим из понимания данной ситуации как выходящей в ее развитии к обретению условий «статического баланса». В подобном отношении, например, (актуальный) вес струи жидкости и следует определять как тождественный весу условного «статического столба» данной жидкости. Именно настоящее решение и позволяет понимание «невесомости» ситуацией именно «двоякого свойства» – либо ситуацией отсутствия гравитационного поля и вообще не порождения кинетической активности, либо – ситуацией отсутствия какого-либо средства изоляции (на физическом языке этому предложенному нами «средству» соответствует принципиально значимое понятие «реакции опоры»).

Однако эксперимент по воспроизведению невесомости в пикирующем самолете не настолько прост, чтобы его успех допускал элементарное объяснение лишь удалением обеспечивающего изоляцию средства. Ведь возможна постановка и следующего вопроса: реализуется ли состояние невесомости в случае свободного падения, например, в момент прыжка с парашютом? Здесь, поскольку падение происходит в атмосфере, оно предполагает реализацию возможностей, лишь близких, но не полностью идентичных состоянию искусственной невесомости. Виной тому, естественно, воздух, физический источник сопротивления хотя и не обращающийся «статически полноценным» средством изоляции, но снижающий кинетическую активность парашютиста внесением определенного сопротивления. Условия же полного устранения всех средств изоляции именно и наступают в корпусе самолета, поскольку стенки корпуса, в свою очередь, изолируют кинетическую активность воздуха, давящего на падающее тело. То есть если бы Земля не обладала бы атмосферой, и участок её интенсивного гравитационного поля распространялся бы на безвоздушное пространство, то ограничение выделением неполного ряда признаков позволяло бы ассоциировать с таким находящимся в падении телом состояние его «невесомости». Возможно, что если бы в ситуации такого падения оказался Мюнхгаузен с его знаменитым ядром, он бы оттолкнулся от ядра, чтобы придать себе (весьма небольшое) ускорение в направлении, противоположном падению. Собственно согласие с подобной аргументацией и позволяет вывод, что если Вселенная находится в состоянии «бесконечного падения» в некоем ненаселенном материей пространстве с гравитационным полем, то узнать о существовании такого поля просто невозможно. Физическая регистрация, как и собственно взаимодействие, благодаря которому и реализуется такая возможность как регистрация, мы повторяем сделанный нами в одной из наших работ вывод, возможна лишь в случае способности населяющей пространство материи оказывать сопротивление какому-либо иному материальному вторжению. В другом случае, в том числе и в таком, где положение материального объекта по отношению некоторой активности говорит о слиянии вектора собственной активности объекта с вектором подобной сопряженной активности, данный объект уже не обращается никаким средством выделения подобной сопряженной активности. Любопытной иллюстрацией и следует понимать пример нашего нахождения в безбрежном море на маршруте некоторого морского течения без возможности получения данных о своем положении посредством третьих объектов, например расположения звезд. В такой ситуации еще и при условии механической однородности (физ. - ламинарности) обширной струи подобного течения мы с полным основанием будем думать, что находимся в месте расположения стоячей воды.

Теперь мы позволим себе некоторое отклонение от избранной нами темы, к чему нас и вынуждают некоторые аспекты нашего анализа и обращение к пояснению специфики такого предмета, как еще недостаточная для локализации кинетической активности величина физического сопротивления. Пример подобного рода сопротивления обнаруживает «сопротивление воздуха», препятствующее парашютисту ощущать себя полностью в состоянии невесомости, но, тем не менее, все же не блокирующее активность, формируемую его взаимодействием с гравитационным полем. Подобные ситуации мы и обозначим как ситуации, стремящиеся к динамическому равновесию, и далее и представим наше понимание природы подобных ситуаций, а также и наше объяснение собственно необходимости в выделении подобной специфики. К собственно выделению условности «ситуаций, стремящихся к динамическому равновесию» мы и прибегаем именно потому, что в отношении события перемещения некоторого тела в некоторой среде пределом возможной скорости такого перемещения объекта и следует понимать положение, когда все подводимое к движущемуся телу ускорение расходуется на поддержание некоторой величины такой скорости. Причем здесь явно необходимо и то дополнение, что собственно подобным перемещением и следует понимать не только перемещение в вязкой среде, но и, в такой же мере, и движение в массе твердофазного субстрата, как, в частности, в случае снятия стружки резцом токарного станка. То есть вся подводимая посредством придаваемого ускорения энергия употребляется здесь на совершение нарушающего материальное единство данной среды возмущения и тем самым исключает дальнейшее нарастание скорости данного процесса. Очевидной иллюстрацией подобного условия и следует понимать различные кинетические ограничения, например, максимальные скорости полета самолета, когда аэродинамические параметры летательного аппарата уже не позволяют конкретному двигателю разгон планера более некоторого предельного значения скорости. В онтологическом же смысле динамическое равновесие сложно признать сдерживанием кинетической активности в принципе, но оно явно представляет собой нечто определяющее предел способности некоторой кинетической активности наращивать темп своего распространения в подобной среде. Тогда динамическое равновесие и следует относить исключительно к ситуациям непрерывного энергетического подкрепления той или иной формы кинетической активности и понимать указывающим на специфику конфигурации процесса взаимодействия, но отнюдь не на специфику полностью «замороженного» ресурса кинетической активности (а, следовательно, интересующего нас в настоящем случае лишь ожидаемого взаимодействия). То есть непосредственно предметом настоящего рассмотрения тогда и следует определить проблематику «энергетического аккумулятора», а собственно ситуацию динамического равновесия тогда и следует определить относящейся к выделению предела скорости процесса нарушения некоторой среды, определяемого при некоей конкретной конфигурации постоянно действующего средства разрушения и его энергетического подкрепления. Видимо, нам явно следует ограничиться лишь формулировкой подобной гипотезы, что модель динамического равновесия каким-то особым образом явно позволяет применение и при анализе условий, определяющих предельность значения скорости света. Во всяком случае, теперь мы располагаем критерием различения нашей ситуации, казуса «энергетического аккумулятора», и другой ситуации, а именно возможности предельной реакции некоторой среды на выстроенное в определенной конфигурации и постоянно энергетически подкрепляемое действие вторжения в подобную среду. Как мы надеемся, именно данное представление и следует признать источником возможной значимой помощи в осознании условий возможности операции взвешивания, допустимой лишь при создании казуса, когда взвешиваемому телу определенно придается положение нечто именно гравитационного «энергетического аккумулятора».

Огл. Фигура умолчания физической теории: динамическое равновесие

Наша попытка построения модели, раскрывающей отношения, определяющие ситуацию «динамического равновесия», предпринятая посредством не более чем спекулятивных построений, основанных не более чем на фундаментальных онтологических принципах, непременно предполагает и ответ на вопрос, включает ли в себя и собственно корпус физического познания какую-либо аналогичную схему? В таком случае, если заглянуть в основной используемый нами источник Физический энциклопедический словарь, то такой фундаментальный свод физических представлений, главным образом, рассматривает предмет «динамического равновесия» в трех словарных статьях - «Аэродинамические весы», «Равновесие химическое» и в наиболее значимой, но, можно подумать, неуместно озаглавленной статье «Лобовое сопротивление». В частности, показанная в одной из названных статей картина ситуации «химического равновесия» явно указывает на некоторое расширение собственно класса видов динамического равновесия, и в интересующем нас смысле просто позволяет ограничиться представлением некоторых извлекаемых из нее оценок. «Химическое равновесие», согласно ФЭС, – это «состояние системы, в которой прямые и обратные химические реакции идут с одинаковой скоростью, вследствие чего состав системы остается постоянным, пока сохраняются условия ее существования» (ФЭС, т.4, с. 263). Более существенное, именно и относящееся к нашему рассуждению аэродинамическое взвешивание используемый нами источник описывает уже в следующих выражениях:

АЭРОДИНАМИЧЕСКИЕ ВЕСЫ – прибор для измерения сил и моментов, действующих на модель при испытаниях ее в аэродинамической трубе. Действие потока на модель может быть сведено к трем составляющим аэродинамической силы и трем составляющим аэродинамического момента. В зависимости от количества одновременно измеряемых компонент Аэродинамические весы называют однокомпонентными, двухкомпонентными и т.д. … (ФЭС, т.1, с. 130)

Однако более существенным смыслом мы все же позволим себе наделить третью из перечисленных выше физических концепций, где интересующая нас ситуация и определяется в качестве ситуации подвода и отвода усилия, о чем и повествует словарная статья «Лобовое сопротивление»:

В идеальной и несжимаемой жидкости, заполняющей безграничное пространство Лобовое сопротивление тела конечных размеров равно нулю (Д'Аламбера – Эйлера парадокс). При движении того же тела в реальной среде появляется сила Лобового сопротивления, являющаяся результатом необратимого перехода части кинетической энергии в тепло. В аэродинамике принято коэффициент Лобового сопротивления представлять в виде суммы сопротивлений: формы, трения, индуктивного, волнового и донного. Относительная величина слагаемых этой суммы зависит от формы движущегося тела, характера его поверхности, скорости и высоты полета. Например, для самолета, летящего с малой дозвуковой скоростью, Лобовое сопротивление будет суммой сопротивлений: формы, трения и индуктивного. Число Re - основной безразмерный критерий подобия, функцией которого является коэффициент Лобового сопротивления. (ФЭС, т.3, с. 6)

Нам тогда дано лишь догадываться, что в случае абсолютно неупругого и несжимаемого твёрдого тела и тот же резец токарного станка способен проходить (реально - скалывать) обрабатываемую заготовку без какого-либо сопротивления. Во всяком случае, нам важно, что найденные нами физические модели рассматривают, как следует судить, не конечное событие, но именно постоянно совершаемый физический процесс. Собственно это различие и следует понимать принципиальным отличием исследуемого нами класса случаев однократного формирования комплекса условий «изоляция» и «деизоляция» от случаев непрерывного течения взаимодействия носителя активности и воспринимающей подобное действие среды.

Огл. Физический «потенциал» и онтологическое «хранение заряда»

Определившись теперь с существом необходимого нам понимания принципиально важных условий и специфик, мы и вознаграждаем себя возможностью исследования физических феноменов, что и рождены функцией блокирующей изоляции, чем и следует понимать электрические потенциалы. Для этого нам вновь потребуется предпринять обращение к нашему основному источнику ФЭС, собственно и позволяющему заимствование точки зрения, что непосредственно физика не определяет понятия «находящийся на хранении заряд» или какого-либо возможный аналог такой характеристики. Вместо этого физика предпочитает использование характеристик (не только в отношении электрических эффектов, но и электрических в том числе), определяемых как работа по помещению или удалению заряда из некоторого поля. И одновременно физика не формирует никакой статической или условно статической модели, что и позволяла бы признание описанием определенного электрического ресурса в качестве нечто изолированного от той среды, где подобный заряд и получал бы возможность порождения новой кинетики. Скорее всего, применяемые в физическом моделировании понятия «потенциал» и «напряженность» и следует понимать некоторыми обратными проекциями событий, что и позволяли бы инициацию в случае вступления в действие условий, собственно и определяемых посредством таких нормативов. В частности, как следует из статьи «Потенциал», -

Так в электростатическом поле Потенциал равен энергии, необходимой для удаления единичного заряда из данной точки в бесконечность (с обратным знаком). (ФЭС, т.4, с. 177)

Таким образом, физическое познание определенно не обращается к рассмотрению никаких «ситуаций хранения»; используемый нами источник и следует определять непременным подтверждением оценки, что «ситуацию хранения» электрического заряда физическая теория фактически не выделяет в качестве какой-либо особой специфики. По крайней мере, получение подобного вывода и позволяют следующие основания: отсутствие более или менее определенных следов анализа такого казуса в нашем источнике и там же и содержащийся комментарий из статьи «Электрическая емкость»:

Потенциал проводника, повышающийся при увеличении его заряда, обычно ограничен: слишком большие разности потенциалов вызывают разряд. (ФЭС, т.5, с. 445)

Электрический конденсатор, как поясняет статья «Конденсатор электрический», представляет собой не более чем формальную (или - техническую) комбинацию определенных составляющих, но не предполагает его признание некоторым физическим феноменом:

КОНДЕНСАТОР ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ – система из двух (или более) проводников (обкладок), разделенных диэлектриком, толщина которого мала по сравнению с линейными размерами обкладки, и обладающих взаимной электрической емкостью. (ФЭС, т.2, с. 439)

Далее, «Электрическую емкость», чему также посвящена отдельная словарная статья, и следует определять всего лишь мерой «способности удерживать электрический заряд», что, как это и следует понимать естественным для математически структурированной науки, не предполагает отождествления посредством задания некоторого обобщенного представления. Возможно, что причины подобных «особенностей» и следует видеть в специфике электромагнитного поля не располагать массой покоя, то есть не располагать нечто, позволяющим статическую фиксацию и удержание. Но в нашу эпоху магистральных трубопроводов и в отношении механической среды возможно выделение ситуаций, в которых некоторые ограничители специфически выделяются не в отношении статического, но именно в отношении динамического наполнения. Здесь мы также позволим себе обращение к некоторому представлению, предопределяемому характерным нам «наивным пониманием», на основании чего и позволим себе определение в качестве существующей и особой среды хранения или, тем более, перетекания заряда. Тем не менее, ситуация хранения заряда в виде прямой ионизации вещества с гомогенным составом молекул вряд ли позволяет понимание статической, поскольку такого рода заряды явно подвержены эффекту стекания. Однако в рамках ограниченного промежутка времени и подобная картина позволяет представление именно в качестве условно признаваемой «статической». Тогда в отношении таких условий и следует предполагать возможность признания действительности тех же правил деизоляции, что полностью идентичны таким же правилам, действующим и в отношении механических систем. Отличие же здесь следует видеть исключительно в том, что, например, механический процесс способен означать прорыв в среду с меньшей концентрацией или втягивание в большую область гравитационного притяжения, когда электрический заряд - означает притяжение к заряду противоположного знака. Во всяком случае, в описании электрических явлений сложно предположить возможность выделения, если и использовать в качестве основания условность таких базисных констуитивов, как «вид материи», «пространство», «время», принципиально иной способ моделирования таких явлений в сравнении с теми же механическими явлениями.

Огл. Кинетический ресурс условно стабильного вещества

От не располагающей в физике формальным решением проблемы электрического заряда теперь нам следует перейти к предмету хранения активности массой условно стабильного или, другими словами, потенциально нестабильного вещества. Физическое познание непременно предполагает предметное исследование такой проблемы, по крайней мере, используемый нами источник ФЭС включает в себя две словарные статьи, прямо относящиеся к подобной тематике - «Взрывчатые вещества» и «Детонация». Именно данные материалы и позволяют понимание, что в случае хранения запаса активности посредством химического вещества основаниями деизолирующей ситуации и следует понимать факторы температуры и давления. Данные факторы, собственно и определяются как «средства высвобождения» кинетики, скованной материалом веществ, собственно и выделяющихся спецификой слабо связанного и, одновременно, энергетически «избыточного» состояния их компонентов. Собственно же событие выброса активности, инициированное нарушением стабильности подобных веществ, чье протекание или возникновение и характеризуется понятием «детонация», и определяется как связанное с «тем, что продукты реакции, расширяясь, вызывают турбулентное движение свежей смеси перед фронтом горения, которое, в свою очередь, воздействуя на этот фронт, прогрессивно увеличивает его поверхность» (ФЭС, т.1, с. 546). Иными словами, детонацию и следует понимать обусловленной образованием вместо практически не имеющей толщины поверхности горения некоторого находящегося в сжатом состоянии «слоя горения», что и обращает этот слой обладателем существенной энергии, собственно и обуславливающей создаваемый взрывом эффект. Таким образом, и делокализация, наблюдаемая при протекании процесса, известного под именем «взрыва», все так же позволяет приведение к известной и по картине механической модели ситуации повышенной концентрации вещества в сравнении с внешней средой, если, конечно, не рассматривать модель детонации с позиций импульсных характеристик процессов. Более того, явно следует предполагать и возможность своего рода «низкоскоростного» взрыва, развивающегося в среде повышенного давления, где исключено воспроизводство собственно эффекта взрыва. Чтобы понять предмет подобной зависимости и следует обратиться к рассмотрению специфического явления, известного под именем «Гидравлического удара». Способность порождения подобного рода явлений и отличает, на чем почему-то не предпочитает останавливаться используемый нами источник, водопроводные запорные устройства противотокового типа, чья схема и предполагает перемещение запорного поршня со скоростью, встречной скорости тока воды. Тогда, если скорость противотока оказывается достаточно значительной, то для неидеальных жидкостей сложение скоростей тока и запирания обуславливает локальное повышение давления. В результате и складывается ситуация посылки импульса в сторону резервуара, получения отражения, что в результате и порождает некоторый автоколебательный процесс. Если же закрытие тока воды запорным устройством уже предполагает медленный способ реализации, то здесь не образуется условий, необходимых для резкого локального повышения давления. Важно и то, что в несжимаемой среде возможно лишь вытеснение, но не уплотнение самой подобной среды; повышение давления здесь невозможно связывать с изменением концентрации вещества. Следовательно, если в газовой среде первоначально будут распространяться фактически продукты реакции, то в случае взрыва в жидкости мы получаем образование волн давления, проводимых непосредственно средой. Но и для случая газов распространение продуктов реакции более ограничено, чем распространение ударной волны уже посредством окружающего воздуха. В результате мы и получаем возможность приложения и в отношении явлений взрыва и удара все той же механической модели, но, в данном случае, лишь отягощенной действием различных факторов вещественно-технической природы, в частности специфики распространения активности, определенно зависящей от характера среды. Так, возможность хранения энергии посредством химического принципа связывания и следует понимать восходящим к различиям физико-механической (физико-пространственной) структуры вещества, что и позволяет образование веществ с недоиспользованной энергией взаимодействия в дополнение к способности сложной структуры вещества еще и предполагать размещение потенциальных реагентов во взаимно разнесенных областях многоатомных молекул. Рост температуры и давления и приводит к разрыву связей таких молекул, только этим и инициируя взаимодействие образующихся свободных радикалов и ионов. Непосредственно же специфику подобных реакций, позволяющих образование эффекта детонации, и следует определять причиной образования характерных форм распространения кинетической активности, равно и различных эффектов динамической реорганизации сред распространения такой активности. В таком случае и изолирующую способность, характерную химическому способу хранения энергии и следует понимать порождением возможности образования температурного или тензометрического изолирующего барьера. И одновременно способ химического хранения кинетики все же следует понимать своего рода «косвенным» способом подобного хранения, поскольку высвобождение удерживаемой активности возможно здесь не благодаря непосредственно процессу снятия температурного блокирования, но именно благодаря возбуждению при его снятии субпроцесса химической реакции.

Огл. Изолирующий функционал пространства и времени

Нашу попытку понимания природы той специфической способности изолирующего блокирования, что и восходит к возможности разделения посредством ресурса пространства, мы и осуществим посредством анализа следующего примера. Положим, посредством направления струи из шланга мы сбиваем лежащий на асфальте камешек. И, положим, мы преуспеваем в исполнении нашего плана, когда струя воды бьет по камешку с расстояния не более метра. Повторение подобного опыта, но в случае, когда струя бьет по камешку с расстояния двух метров, не приносит желаемого эффекта. Камешек, если и реагирует на действие напора, то практически остается на месте. Положим, что на расстояниях более одного метра и менее двух нам доступна возможность некоторого смещения камешка с исходной позиции, но здесь мы лишены возможности придания камешку скорости, достаточной для получения необходимого ускорения и самостоятельного вылета с асфальтовой площадки. Потому и положение, при котором струя не более чем шевелит, но не смещает камешек с места, мы и определим в качестве ситуации, где именно ресурс пространства изолирует объект воздействия от оказываемого на него действия. Сразу оговоримся, что вначале мы определим собственную оценку и лишь позже обратимся к нашему традиционному источнику, чтобы узнать о понимании подобного предмета уже физической наукой. Поэтому мы и позволим себе ограничиться лишь нашим собственным пониманием. Согласно нашему предположению, пространство и следует понимать наделенным свойством изоляции объекта от такого рода направленного и сосредоточенного действия, что непременно и располагает способностью лишения изначальной формы эмиссии активности за счет рассеяния во всех прочих направлениях. Помимо приведенного в нашем примере феномена рассеяния струи жидкости, то же самое происходит с рассеянием в незаполненное пространство излучения света, потока нейтронов и т.п. То есть пространство и позволяет понимание условным средством изоляции от воздействия некоторой активности в случае, если оно располагает способностью предоставления ресурса для рассеяния такой активности вне основного (или телеологически заданного) направления приложения. Отсюда и преодоление изолирующей способности пространства и следует понимать практикой использования всевозможных приемов предотвращения паразитного рассеяния, будь то создание трубопроводов или придание когерентности излучениям. Если же говорить о том, как понимает проблему «рассеяния» физика, то из статьи нашего традиционного источника «Рассеяния теория» следует, что физика явно предпочитает выделение специфики плотности потока частиц на разных расстояниях от «рассеивающего центра», то есть выделения некоторых численных показателей интересующих ее потоков частиц. Физику, таким образом, интересует прагматический, но не онтологический результат, и положение своей основной задачи она именно и отводит определению того, какое физическое влияние потенциально способен оказывать определенный поток частиц. И одновременно физика явно не предполагает наделения каким-либо существенным смыслом и рассмотрения проблематики, указывающей на способность пространства, сопряженную со спецификой некоторого рода эмиссий, представлять собой определенный ресурс размещения испускаемого содержания, за счет подобной возможности и обращаясь средством изолирующего блокирования. Подобного рода блокирование можно признать в большинстве случаев неполным в смысле отсутствия абсолютной изоляции от эмитируемого содержания, но полным в смысле исключения собственно способности воздействия со стороны данной активности. Отсюда изолирующую способность пространства и следует понимать сводящейся к видоизменению структуры некоторой специфики реализации действия.

Нашему анализу изолирующей способности времени также следует исходить из возможности приложения модели, фактически аналогичной модели, определяющей изолирующую способность пространства. И в точности таким же образом и здесь нам следует избрать способ рассмотрения некоторого примера. Однако еще лучшим способом построения нашего анализа изолирующей способности времени мы позволим себе признать опережающее представление теоретического определения – изолирующая способность времени основана на возможности угасания некоего периодически получающего поддержку процесса в случае, когда неполучение очередной порции подкрепления обуславливает остановку процесса, наделенного спецификой «естественного» угасания. Лучший пример из области природы – пересыхание реки в отсутствие осадков, из бытовой практики – остановка механических часов при несвоевременном заводе. Фактически изолирующую способность времени тогда и следует понимать процедурной, и вряд ли она в подобном отношении хоть сколько-нибудь интересна физике, поскольку физический смысл отличает, прежде всего, такой параметр как конечное время процесса, а не его способность испытывать влияние независимого от него другого процесса. Скорее примеры такого анализа и следует искать в исследованиях таких направлений, как география, климатология или астрономия, от чего мы в данном случае воздержимся. Корпус же физического познания включает в себя и некоторую частную проблему синхронизации в резонансных процессах, связанную со способностью сходных резонаторов воспринимать колебания друг друга (например, опыт подвески на горизонтально натянутой нити маятников с одинаковыми и различными по длине подвесами). Однако здесь проблема изолирующей способности времени не затрагивается, поскольку предметом исследования и обращаются физические характеристики переноса колебательного процесса. Собственно говоря, изолирующая способность времени потому настолько и неинтересна физике, что ее отличительной особенностью и следует понимать некоторую непременную очевидность.

Огл. Отличие случая «прорыва» от случая «вступления и выбывания»

Традиционно воссоздаваемая в физическом познании схема физического события - это схема «совершения изменения» или схема, для которой кратким аналогом ее структуры и следует определить некие комбинации двух следующих процедурных форм – вступления и выбывания. Наделенный определенной кинетикой объект ассоциируется некоторой системой или подавляет кинетику другого объекта, в результате чего, в силу наложения на данное взаимодействие пространственно-временной, локализующей, вещественной и колебательно-резонансной специфик и образуется нечто, непременно и позволяющее отождествление в качестве результата взаимодействия. Напротив, схема «прорыва» тем и отличается от подобной схемы, что она либо прагматически, либо вынужденно, прибегая в последнем случае к идеализации, игнорирует кинетику того малоприметного процесса, что и позволяет признание «провоцирующим» процессом. В смысле разрыва стенки баллона собственно и создающий подобную возможность процесс ржавления стенки уже утрачивает какой-либо существенный смысл. Подобным же образом признаком «существенного» смысла невозможно и наделение кинетики подведенного к подобному баллону разрушительного процесса, чье воздействие и возбуждает в корпусе баллона разрушительные резонансные явления. Отсюда и собственно «прорывные» явления в смысле восприятия некоторой кинетики будут предполагать понимание не наследующими, а спонтанными, несмотря на всю очевидную условность подобного понимания в проекции непосредственно причины таких явлений. Отсюда и возможен вывод, что, несмотря на объективный характер причин физических явлений, исключающих другую возможность вызова, кроме подвода кинетики, в собственно смысле отличающих такие явления кинетики эта подводимая кинетика будет позволять отождествление как в качестве «значимой», так и «не значимой». Конечно, на фоне подобных рассуждений явно «несколько странно» смотрится явление «естественной» радиоактивности, однако, возможно, в анализе подобного феномена не следует еще ставить точку. Но в целом «несущественность» подводимой кинетики и следует определять отвечающей различным формам «утраты» значимости: либо эту существенность устраняет несоизмеримость величин порождающей и порожденной кинетики, либо – ее устраняет условие фактически не предполагающих пересечения векторов, что хорошо иллюстрирует случай подножки, либо, в случае приведения весов в равновесие, ее устраняет наложение «иной» телеологии. Именно в случае приведения весов в равновесие, если попытаться осмыслить существо самого «различия способов» задания состояния равновесия и следует предполагать изоляцию кинетики «через время»: состояние равновесия фиксируется лишь в случае полного затухания кинетики перемещения груза, наступающего при взаимодействии со связанной с рычагом поверхности уравновешивания. Тогда и онтологическому моделированию, обобщающему отмеченные здесь ситуативные различия, следует извлечь некий важный урок: при включении определенных процессов в некоторые «общие» схемы событий и следует понимать, в какой мере причина порождения процесса одновременно же представляет собой источник поддерживающих процесс ресурсов, и в какой подобный процесс фактически не добавляет ресурса активности.

Огл. Заключение

Предпринятая здесь попытка онтологического исследования определенных форм физической специфики и вознаграждает нас пониманием, означающим важность квалификации некоторых явлений именно в качестве обстоятельств изоляции активности, вплоть до обеспечиваемого в момент взвешивания положения статического равновесия. Более того, наш анализ прояснил и некоторое существенное качество собственно средств изоляции представлять собой не просто материальные образования, но именно образования, фиксируемые в качестве некоей ситуативной конфигурации, где активность и попадает в условия изоляции, создаваемые посредством встречного воздействия другой активности. Более того, очевидными аналогами материальной и ситуативной форм изоляции определенно следует видеть и пространство, и время, что в качестве подобного рода средств и обеспечивают как бы не полное прекращение, но некое значимое снижение потенциала воздействия, и, в случае времени, обуславливают и исчерпание ресурса, изначально приданного собственно подобной форме активности. В итоге перед нами и выстраивается картина некоторого прообраза некоей типологической формы физической действительности, состоящей либо в возможности блокирования, либо, напротив, в деизоляции некоторой активности или комбинации сразу нескольких возможностей воспроизводства активности. Более того, наш анализ преуспел и в установлении специфики в широком понимании «физического эксперимента», собственно и допускающего постановку в случае восприятия некоторыми тестируемыми элементами некоторого оказываемого на них воздействия именно в варианте оказания противодействия. Напротив, если некоторая физическая формация всецело в пределах собственной специфичности определяет характеристики подчиняющихся ей объектов, то, тем самым, этим она и не позволяет их выделения из ее содержания средствами физического эксперимента. Отсюда и физический мир в целом и следует понимать позволяющим описание в виде нечто карты распределения активности, позволяющей фиксацию изолированных, распространяющихся, диссипировавших проявлений подобной активности с указанием на специфику конкретных средств, определяющих условия изоляции, деизоляции, рассеяния или разнесения во времени.

Незначимость для собственно физического познания обобщенной постановки вопроса динамического равновесия именно и следует объяснять тем обстоятельством, что способность к нормализованной эмиссии активности (мы оставляем в стороне, в частности, феномен относительного постоянства солнечной активности) характерна исключительно машинам, что фактически не отличает формы естественной природы. Специфика же машины в качестве определенного рода системы отношений явно еще не осознана физикой, и нам, несмотря на наличие некоторых гипотез, не стоит прибегать здесь к слишком поспешному анализу.

09.2007 - 08.2016 г.

Литература

1. Физический энциклопедический словарь, тт. 1-5, М., "Советская энциклопедия", 1960-66
2. Хвольсон, О.Д., "Курс физики", СПб, 1897
3. Смит, Барри, "На основании сущностей, случайностей и универсалий. В защиту констуитивной онтологии", 1997
4. Шухов А., "Онтологическое усвоение данных физического познания", 2003
5. Шухов А., "Когнитивная структура физической задачи", 2006
6. Шухов А., "Самодостаточность физического казуса и несамодостаточность норматива", 2007
7. Шухов А., "Рутаджизм - следующая стадия материализма", 2011

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru