Общая онтология

Эссе раздела


Отношение - элементарная связующая субстанция картины мира


 

Существенный смысл Ареопагитова «тварного»


 

Общая теория анализа объектов


 

Общая теория онтологических констуитивов


 

На основании сущностей, случайностей и универсалий. В защиту констуитивной онтологии


 

Философская теория базисной структуры «тип - экземпляр»


 

Математика или общая теория структур?


 

Причинность


 

Архитектура и архитектоника причинно-следственной связи


 

Типология отношения «условие - обретение»


 

Неизбежность сингулярного начала реверсирующей редукцию дедукции


 

Функция и пропорция


 

Установление природы случайного посредством анализа конкретных «ситуаций проницаемости»


 

Формализация как репрезентация действительного на предельно рафинированном «уровне формального»


 

Бытиё - не погонщик


 

Закон и уподобляемый ему норматив


 

Три плана идентичности


 

Эскалация запроса идентичности


 

Мир как асимметрия и расстановка


 

Возможность и необходимость


 

Понятийный хаос и иллюзия метафизического скачка


 

Философия использования


 

Философская теория момента выделения особенного


 

Проблема субстратной тотальности


 

Проблема субстратной тотальности

Шухов А.

Любопытным примером взглядов философского направления, основывающего понимание мира на представлении о фундаментальном значении категории или предмета «сознания» и следует понимать квалификацию «сознание тотально». Но если не касаться существа тезиса, непосредственно и определяющего подобные представления, тогда что же следует понимать той самой спецификой «субстратной тотальности», что и составляет основу такой квалификации? Следует ли понимать возможной нечто теорию, а, равно, и концепцию такого рода специфики «тотальности», что тем или иным образом и определяла бы возможность приложения данной характеристики к тем или иным предметам приложения?

Поскольку нам незнаком никакой предполагаемый аналог подобной постановки вопроса, то настоящее рассуждение и откроет тогда некий эмпирический экскурс. Положим, предмет нашего рассмотрения составит некоторый хорошо знакомый человечеству артефакт, в отношении которого мы и предложим нашу оценку возможности выделения характеризующего его признака тотальности. Скажем, мы рассматриваем хорошо известное нашему современнику изделие по имени автомобиль, и отвечаем на вопрос - позволяет ли автомобиль приложение к нему признака «тотальный»?

Если, для начала, абстрагироваться от предмета возможных технических дефектов или неполной комплектации, то - что именно следует понимать посылкой, исключающей отождествление автомобиля в качестве наделенного спецификой субстратной тотальности притом, что он явно представляет собой нечто «непременно именно таковое»? Например, ответ на данный вопрос способом углубления в некоторые частности, непременно и отличающие конструкцию автомобиля и будет позволять оценку, что в случае нахождения автомобиля в работе, а именно, - в движении, одновременно в действие приходят далеко не все составляющие конструкцию автомобиля узлы или элементы. В частности, коробка передач допускает включение только одной из полного комплекта передач, но - никак не двух одновременно, и в ситуации запуска автомобиля двигатель проворачивает стартер при отключенном генераторе, а при разгоне исключается использование тормозов. То есть, что и обнаруживает пример подобной эмпирики, автомобиль допускает представление «тотальным» именно в качестве комплекта необходимых для его реализации узлов, но - не допускает такого представления в смысле возможности одновременного действия всех представленных в его конструкции агрегатов.

Если автомобиль представляет собой искусственное, собственно человеческое изобретение, то сама по себе подобная искусственность не обращается препятствием проявлению особенностей «не тотального» характера сложения и для тех же форм неживой природы. Скажем, такой химический элемент, как гелий при величине абсолютной температуры в 4 градуса обнаруживает свойство сверхтекучести отличающей его жидкой фазы, но увеличение температуры и перевод гелия в газообразное состояние уже устраняет возможность экспериментального определения наличия свойства сверхтекучести. Следовательно, и гелий в известном отношении «не тотален», лишь при определенных условиях и проявляя некоторые характерные свойства, и не проявляя этих свойств в некоторых иных условиях. Но тогда возможно ли предположение некоторого иного подхода к пониманию характеристики «субстратной тотальности»?

В данном случае мы и позволим себе тот порядок рассуждения, что уже будет предполагать отмену той принятой ранее посылки, согласно которой мы отказались от обсуждения предмета технической исправности или полноты комплектации. Вспомним тогда о возможности для автомобиля и такой его характеристики, как исправность - именно в смысле наличия свойства исправности автомобиль именно и обнаруживает свойство субстратной тотальности - либо работоспособность отличает все образующие его агрегаты, либо - часть этих агрегатов неисправна. Так же, в частности, и характеристика чистоты - либо некоторый предмет ни в одном месте не покрывает слой грязи, либо - на нем где-либо в некоторых местах присутствует загрязнение. Но, в данном случае, не вполне понятно, чему здесь следует адресовать подобное свойство субстратной тотальности, предмет чего и требует разъяснения.

Тогда именно и следует прибегнуть к опыту традиционной онтологии, разделяющей конкретные виды содержания мира на форматные страты состояний, случаев и универсалий. Использование подобного деления и обнаруживает, поскольку наши эмпирические примеры явно указывают на возможность отождествления характеристики «тотальности» именно универсалиям (исправность), но не состояниям (предмет, вещество), что тотальность и следует понимать характеристикой достаточности признака, но - не характеристикой существенности объекта. Но, в таком случае, какого же именно толка специфику и способен характеризовать признак тотальности определенной субстратной формы, и какие именно разновидности универсалий он, наконец, и позволяет отличать?

Начать рассуждение о непосредственно специфике признака «тотальности» можно со следующего предполагающего парадокс примера - возможно ли выделение тотальности нетождественности? Или - возможно ли выделение отношения тотального несходства? Здесь нам следует вернуться к теории отношения и такому определяемому ей любопытному положению, как невозможность исключения отношения вообще. Какое бы неподобие не отличало определенные реалии, тем не менее, подобные реалии не утрачивают возможности установления отношения. В таком случае, хотя бы в подобной присущей им открытости, именно и обращенной на ничем не отменяемую возможность установления отношения, такие реалии и обнаруживают качество подобия. Из этого и будет следовать очевидная невозможность состояния «полного несходства». Но если условие полного несходства и определять как невозможное, то и нетождественность следует понимать отличающейся и определенной «спецификой нетождественности». Однако если «нетождественность» непременно отличает определенная специфика, тогда какое же именно она и предполагает типологическое упорядочение?

Здесь нам явно потребуется задание условия, чем-то напоминающего «линию сравнения». Благодаря подобной возможности и нетождественность допустит понимание характеризующей различные - структурные, субстратные, сторонне налагаемые, и, вполне возможно, некоторые другие характеристики особенного бытования. Кроме того, нетождественность будет допускать определение и в качестве заданной как бы «для некоторой конкретной проекции» или - определение относительно такого начала, как некоторый спектр позиций сравнения. Отсюда нетождественность и будет позволять отождествление локальной нетождественностью условия или позиции, или, напротив, нетождественностью некоторого «организационного» начала в виде «букета» позиций. То есть здесь и следует определять как возможность некоего одного варианта, собственно и позволяющего выделение определенного проявления, допускающего его отождествление в качестве нетождественности особенности, и другого варианта - проявления, допускающего отождествление в качестве нетождественности обустройства. В первом случае непосредственно природа различия сопоставляемых реалий и будет допускать выражение именно посредством несовпадения отдельных особенностей, по условиям другого варианта - природой подобного различия и послужит факт обладания сопоставляемыми реалиями теперь нечто иным устройством. Тогда и нетождественность следует понимать обнаруживающей различия и самоё нетождественности в том отношении, в каком именно отношении определенная нетождественность значима уже в части устройства сравниваемых реалий.

Отсюда и условную «тотальную нетождественность» следует определять в качестве именно такой комбинации условий нетождественности, чье наложение и устраняет какую бы то ни было возможность выделения хотя бы одного такого элемента устройства, которое бы совпадало у сравниваемых реалий. Однако и непосредственно условие принадлежности миру также будет позволять определение в качестве вполне очевидного «элемента устройства» реальности, а потому и в отношении всегда лишь относительно нетождественных реальностей определенно и будет исключена какая-либо возможность «тотальной» нетождественности.

Однако позволяет ли тогда не более чем инверсия изложенного здесь рассуждения о предмете тотальной нетождественности или только его последовательности и возможность установления характеристик теперь возможности или невозможности тотальной тождественности? И если это возможно, то что именно и можно было бы понимать субъектом или стороной отношения тотальной тождественности? Формулировка ответа на данный вопрос уже допускает возможность отсылки к нашему эссе «Философская проблема момента выделения особенного», где в качестве одной из посылок предпринятого так рассуждения именно и послужило условие «не особенного». Специфику очевидного отсутствия у некоторой данности характеристики «особенное» и следует отождествлять любому, наделенному такой характеристикой, как связывающее все его проявления отношение рефлексивности - всякое число есть то же самое число, какие бы численно перечисляемые реалии не составляли бы собой предметов, на которых такое число и определялось бы в качестве числа.

Попытка же признания тождественным нечто не подчиняющегося отношению рефлексивности в силу неких именно физических причин, например, «двух стандартных гаек тождественными» несостоятельна уже по причине непременно и проявляющегося в подобном случае различия в некотором замещении, то есть, на типологическом уровне, по причине собственно возможности выделения специфики, собственно и определяемой выше как «нетождественность особенности».

Тогда проделанное здесь рассуждение и следует понимать достаточным для определения, собственно и представляющего свойство «тотальности» именно специфическим свойством исключительно тех форм реального, что и располагают «способностью восприятия условия тотальности», причем, что очевидно, не в качестве придаваемого условия, но в качестве непосредственно условия становления. Тогда и непосредственно «тотальность» явно и не следует видеть каким-либо «универсальным свойством субстрата», но, напротив, именно и прилагать к ней квалификацию свойства непременно определенных «особенных форм» субстрата, наделенных возможностью непосредственно «обретения в качестве тотальных». И такими формами и следует понимать идеализмы или эйдосы, которые «непременно и обретаются в виде тотального субстрата», распространяясь такими, какими они и обретены, на все собственно и способное к обращению собственно субъектом восприятия подобного распространения. Отсюда и проблему «субстратной тотальности» непременно и следует видеть проблемой именно типологии того специфического субстрата, у которого непосредственно присущая ему онтология и предполагает собственно специфику тотальности, но никоим образом не понимать данную проблему именно проблемой всего только «ситуативного наложения» специфики на некоторый возможный носитель такой специфики.

Но какие же именно субстраты и следует понимать наделенными способностью восприятия качества тотальности как непосредственно одного из оснований «обретения» таких субстратов? Своей задачей мы и понимаем необходимость пояснения данной типологической проблемы. И здесь мы видим не эмпирическую, но теоретическую возможность ответа на поставленный вопрос.

Итак, качество тотальности следует понимать отличающим такие именно формы как бы «капсул» конкреции (или - «типологического формата» конкреции), что категорическим образом и не предполагают фиксации для них какой-либо специфики нетождественности между различными обретениями (воплощениями) такой конкреции. Хотя здесь и следует понимать вероятным некоторое различие вариантов определения характеристики тотальности - как относительно мира, так и относительно лишь некоторого образующего мир «региона», но именно в пределах подобной «области определения» характеристике тотальности и следует предполагать соответствие обозначенной здесь специфике собственно «характеристики» тотальности. В таком случае из числа претендентов на обладание спецификой тотальности мы немедленно получаем возможность исключения некоторого именно «онтологически обширного» (или - фундаментального) класса.

В подобном отношении уже теоретическая модель исключает присвоение характеристики тотальности всему допускающему отождествление в качестве комбинации характеристик, образуемой характеристиками пространства и времени - поскольку обязательной особенностью всего бытующего в определяемой пространством и временем «системе координат» и следует понимать именно нетождественность прикрепления. И непременными источниками нетождественности подобных типологических форм и следует понимать либо условие невозможности одновременного замещения пространства на протяжении данного отрезка времени, либо - бытования в одно и то же время объекта, реализованного из того же самого заполняющего пространство субстрата. Возможными для таких конкреций можно понимать лишь те нарушающие одно из условий координации (условий пространства и времени) специфики теперь уже непременно условной «тотальности», когда один и тот же субстратный модуль объявляется «одним и тем же» (полностью тождественным) в условиях игнорирования темпоральной координации, и - единомоментно тождественным в условиях игнорирования пространственной координации.

Настоящий вывод и предполагает тогда то свое очевидное следствие, что специфика субстратной тотальности явно невозможна для физических объектов (или, если следовать предложенной Барри Смитом онтологической концепции - невозможна для «состояний» - «states»). Если понимать тогда «случай» не предполагающим наполнения никаким особым «субстратом случая», то - специфику или характеристику тотальности можно будет понимать характеристикой универсалий или - еще и спецификой таких не материализованных объектов, чем и следует понимать не простираемые в пространстве и во времени объекты, сложенные исключительно универсалиями. (Конечно, этот наш вывод как бы дублирует само название «универсалия», но важно то, что основу его построения составляет совершенно иной комплекс исходных категорий.)

Здесь, конечно, напрашивается и тот любопытный вывод, что образующие общее целое характеристики пространства и времени - это именно характеристики закрепления, и именно поэтому они и не позволяют реализации тотальности в их обладателях, но - данный предмет не составляет здесь нашей задачи. И, одновременно, и время и пространство в условном «не позиционном смысле» - это те же самые универсалии.

Но отсюда и следует, что если мы вводим характеристику «тотальности» определенного субстрата, то одно это и обращается тогда введением и характеристики позиционно не закрепленных либо универсалии, либо - комбинации универсалий. Именно данный вывод и следует признать позволяющим оценку, что, так или иначе, но мы уже получили решение проблемы «субстратной тотальности».

Но интерес в смысле подобного решения явно представляет собой и разъяснение предмета характерного нам понимания характеристики эффективности (востребованности) предложенного нами решения. Другими словами, следует ли наше решение рассматривать в качестве помощи кому-либо, мыслящему в категориях «субстратной тотальности»? Здесь возможны различные варианты, но если некто, склонный мыслить в категориях субстратной тотальности будет исходить из установки «объективизма» или, быть может, «категорического реализма», не допуская и возможности какого-либо «метафизического присутствия», то в смысле решаемой им задачи предлагаемое нами решение и следует понимать значимым. Но если он будет склонен мыслить метафизическое нечто именно «прямодействующим», и вместо рациональной материалистической онтологии уже обращаться к построению «расширенной», допускающей метафизическое присутствие или, может быть, одну лишь «дополнительность» онтологии, то для него данное рассуждение и следует понимать бессмысленным.

12.2014 - 01.2016 г.

Литература

1. Смит, Б., «На основании сущностей, случайностей и универсалий. В защиту констуитивной онтологии», 1997
2. Шухов, А., «Отношение - элементарная связующая субстанция картины мира», 2005
3. Шухов, А., «Пространство (и расстояние)», 2004
4. Шухов, А., «Философская проблема момента выделения особенного», 2014

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru