Странная цивилизация

Предисловие и Введение

Цаплин В.С.

Трудно сказать, к какому жанру относится книга. Это своеобразный разрез цивилизации, но в совершенно неожиданном и не стереотипном ракурсе. О многообразии затронутых тем красноречиво говорит оглавление: последовательно обсуждаются вопросы от возникновения и сути жизни, разумности, добра и зла, морали и гуманности, свойствах мышления, истории, религии, экономики, образования, глобализации, понятии «свобода», нация и т.д. - до вариантов будущего. Поэтому ее чтение даст обильную пищу для размышлений и старшеклассникам, и специалистам разных профессий, и бизнесменам, и политикам, и философам. Неравнодушие и разнообразие читательских мнений – гарантированы. Некоторые темы уже были изложены в вышедшей книге «Версия Будущего», статьях, опубликованных автором в эмигрантской прессе (о чем я еще упомяну ниже), а в последние годы также и в российских журналах «Полдень XXI век», «Здравый смысл» и «Человек». Тем более, что книга написана откровенно резко, без соблюдения принятых норм политкорректности и предупредительной деликатности к взглядам, которые, как считает автор, при всей своей традиционности, стереотипности и внешней невинности ведут человечество к катастрофе. Эти взгляды, по мнению автора, во многом мифичны, являются следствием предрассудков и невежества, неизбежно провоцируют конфликты и непримиримые противоречия, делая все менее вероятным их мирное и безболезненное разрешение. И если это не будет осознано, утверждает автор, то все кончится либо взаимоуничтожением, либо антиутопией.

По мере ознакомления с книгой предстает картина жизни как природного и поэтому бесцельного феномена, неожиданно и необъяснимо возникшего миллиарды лет назад, не менее загадочного разума, возраст которого измеряется всего лишь миллионами лет, и образовавших ту «разумную протоплазму» (по ироническому выражению автора), которая, расползаясь по поверхности Земли, лишь где-то 20 – 30 тысяч лет назад, стихийно и в случайных формах начала создавать искусственную среду обитания – цивилизацию. Не удивительно, утверждает автор, что естественное отсутствие знаний и осмысленного плана неизбежно погружало цивилизацию в трясину все более надуманных, противоестественных, усложняющихся проблем и противоречий, которые стали угрожать существованию ее собственных создателей. Иллюстрацией может служить отношение автора к племенному делению человечества. Он говорит о случайности и условности этнического, национального и расового деления, но придание этому различию объективного значения, искусственное и преувеличенное внимание к «самобытной культуре» и «свободе волеизъявления» (по мнению автора, это малозначащие и раздутые понятия, которые лишь подчеркивают случайность и необязательность процессов, приведших к разделению), порождает иррациональные противоречия и кровавые конфликты. Согласно автору, людей нужно рассматривать только как носителей инстинктов, стереотипов и разума - приспособительного механизма физического выживания, а разделение является данью исторической случайности возникновения человечества и хаотичности миграции по поверхности Земли. В русле этой логки лежит и сформулированный автором Принцип Возрастающей Социальности как метод развития человеческого общества, причем очередной и завершающей фазой должна стать социальная глобализация. Во многом интересны и не стереотипны обобщения свойств человеческого мышления и их влияния на социальные процессы.

Автор упоминает о существующих или альтернативных взглядах на человека, историю и цивилизацию лишь для того, чтобы подвергнуть их весьма беспощадному критическому разбору, или потому, что находит в них подтверждение своим мыслям. Ведущими для него являются только принцип причинности, сознательное следование альтруизму и гуманизму, и заведомое исключение сверхъестественных или непознаваемых сил. Привлечение в качестве аргументов норм демократии, политики, юридической казуистики, схоластики, религиозных догм, …«народных традиций» и консервативного мышления, только потому что оно массовое, для объяснения или оправдания цивилизационных процессов, он считает погружением в малозначительные частности, искусственным и надуманным. Возражения, основанные на моде или вкусовщине, автор вообще отбрасывает как не стоящие внимания, оставляя не «свободу голосования», а свободу дискуссии (и даже приветствуя ее!) на основе четких постулатов и аргументов. Иногда даже создается впечатление, что автор специально провоцирует читателя, чтобы вызвать его на дискуссию. Он безапелляционно материалистичен и нетерпим, его выводы могут вызвать даже протест… Видимо, это дало повод одному из его респондентов (автор познакомил меня со своей электронной перепиской), профессору философского факультета МГУ, президенту Российского Гуманистического Общества и главному редактору журнала «Здравый смысл» В.А. Кувакину написать, что он «завидует дискуссионному таланту» автора. Это мнение выражено и в письмах читателей крупнейшей газеты русской эмиграции «Новое Русское Слово» (НРС), выходящей в Нью-Йорке. В одном из них прямо указано: «Цаплин буквально разгромил своих оппонентов в десятках диспутов». Там же, месяцем раньше, была опубликована реакция одного бруклинского раввина, в которой он, видимо, сетует на этот факт и «от имени всех верующих людей мира… требует, чтобы публичное извинение… от него потребовало американское правосудие (! Д.М.)». «Правосудие», видимо, еще размышляет, но накал страстей, которые вызывают публикации В. Цаплина – очевиден…

Намерение автора определить действительные причины состояния современной цивилизации, роль распространенных понятий, форм и предрассудков – «культуры неадекватности», по его выраженеию, и того, к чему это приводит в жизни, было темой многочисленных статей, опубликованных в эмигрантской газете «Взгляд», также издававшейся в Нью-Йорке, и нашедших свое отражение в предлагаемой книге. Приведу выдержку из одного письма как еще одной обобщающей характеристики намерения В.Цаплина: «Значение статей В.Цаплина в том, что они помогают нам увидеть собачий ошейник на собственной шее». «Дискуссионный талант» используется им для аргументации основных утверждений, которые, действительно, часто нетривиальны. По поводу одного из разделов академик отделения физики Российской Академии Наук Е.Б. Александров, писал: «Мне он показался интересным, как откровение для 99% населения земного шара… И в этом смысле далеко не тривиальным» и далее: «По большей части я готов подписаться под всем Вами сказанным», а широко известный писатель-фантаст Б.Н. Стругацкий по поводу другого раздела книги заметил, что в нем «просто превосходно показана временность демократии».

Определенную романтичность и даже кажущуюся утопичность своих размышлений, автор сочетает с жестким прагматизмом. Он убежден, что изменить человечество можно только используя те экономические приемы, государственные и общественные структуры, которые в свое время должны быть радикально реформированы или упразднены. Подход, который он предлагает для постепенного создания «гармоничной и прогрессивной цивилизации», основан на детальном и последовательном анализе, с которым может ознакомиться читатель книги. Резюмируя, можно сказать, что условием успешности изменений В. Цаплин считает постепенное превращение «стереотипического массового мышления в полноценное». Причем это не сможет произойти в результате эволюции, а лишь в результате сознательной деятельности «интеллектуальной элиты, осознанно не рвущейся к власти и исключающей силовые методы», при временном сохранении существующей системы взаимоотношений в мире. Подъем уровня массового мышления будет происходить мирным путем в результате «естественной смены поколений». Он убежден, что революционный путь преобразований при сохранении прежнего уровня массового мышления безнадежен, и поэтому не выражает удивления тем, что, кроме массовых жертв и жестокостей, революции ни к чему не приводили и ничего по существу не меняли. Общим решением, по мнению автора, может стать только социальное планирование, главным элементом которого должно стать последовательное повышение качества массового мышления, возможный механизм которого описан в книге и назван «конструктивной футурологией». На безальтернативности такого подхода автор настаивает, несмотря на тенденции, стихию свободной экономики, разгул мракобесия, общеизвестные масштабы терроризма и продолжающееся хаотическое, по определению автора, развитие цивилизации. Автор убежден, что подобное осуществимо, хоть и выглядит утопично. Невозможно не признать, что ничего фантастического и принципиально нереализуемого в предлагаемых шагах нет.

При любом отношении к взглядам автора, с его оценками, рассуждениями и выводами знакомиться интересно. Это впечатление сложилось не только непосредственно от книги, которую я прочитал в рукописи, и в упоминавшихся публикациях. Могу по собственному опыту сказать (оставаясь «стопроцентным американцем», но прожившим нескольких лет в России еще «при коммунистах»), что я неоднократно беседовал с автором, ведущим одной из программ нью-йоркского русского радио, и убеждался в том, насколько нестереотипны и интересны его суждения. Часто они вызывали возражение, потому что противоречили моим представлениям, но в доброжелательности к собеседнику, эрудированности, настойчивости и убедительности автору не откажешь. И содержание книги этому впечатлению не противоречит при всей резкости и спорности высказываемых суждений. Моя точка зрения на вопросы демократии, экономики и религии часто отлична от тех, которых придерживается автор. А подчас и прямо противоположна, но несомненно, что эта книга даст совершенно новый повод для размышлений, серьезного разговора и острых дискуссий о прошлом, настоящем и будущем цивилизации. И в этом безусловная заслуга автора.

Поэтому я настоятельно рекомендую прочесть эту книгу, а в завершении короткого предисловия приведу выдержку из письма, опубликованного в уже упоминавшемся номере НРС: «Смелые, самостоятельные суждения, здравый смысл, логика, гуманизм, любовь к людям и неутомимое желание им добра – вот что характерно для В. Цаплина. То, о чем он пишет, - гимн прогрессу, силе человеческого разума, опровергающего архаические предрассудки».

Дэвид Моро

Президент NetCom Digital Radio Inc.

(Нью-Йорк, США) (перевод с английского)

ВВЕДЕНИЕ

Мы все - сменный экипаж планеты. Планеты, на которой развилась разумная цивилизация.

Странный экипаж, странная цивилизация!

Экипаж не имеет представления о своем происхождении, а цивилизация совершенно случайна по форме. Причем очевидно, что это далеко не лучшая форма, хотя лучшая и возможна. Этому и посвящена книга.

Ее цель:

ДАТЬ последовательный и рациональный анализ возникновения и становления человеческой цивилизации в прошлом, настоящем и будущем;

СДЕЛАТЬ прозрачной случайность, преходящесть и заурядность цивилизационных понятий и реалий;

ПОКАЗАТЬ роль мифов, предрассудков и стереотипов мышления в истории цивилизации;

ПРОАНАЛИЗИРОВАТЬ факторы, влияющие на мышление людей, и приводящие к накоплению противоречий в прошлом и настоящем;

ОБНАЖИТЬ причины сегодняшних противоречий, грозящих вылиться в антиутопию или неуправляемую катастрофу взаимоуничтожения;

НАМЕТИТЬ путь выхода из современного кризиса, чтобы не только бескровно разрешить сегодняшние противоречия, но и перейти к построению гармоничной и прогрессивной Интеллектуальной Цивилизации.

Автор старался сделать изложение последовательным, отвечающим требованиям логики, принятой в естественнонаучных работах, реалистичным и, одновременно, доступным и легким для широкого круга читателей.

Для этого:

• Изложение разбито на отдельные разделы и темы.

• Каждой теме предшествует краткое содержание, делающее прочтение книги быстрым и легким.

• Темы разбиты на параграфы в соответствии с логикой изложения темы.

• Вопросы, не существенные для логики изложения, но важные для темы книги, вынесены в раздел «Размышления и статьи» в конце книги.

• Вводится «Словарь понятий» (в начале книги), включающий несколько авторских или требующих определения понятий, с указанием страниц.

• Ссылки, термины, некоторые параллели и отступления отмечены цифрами и пояснены в разделе «Примечания».

• Графики носят иллюстративный характер и не требуют специальной подготовки.

• Цитаты даны наклонным шрифтом. Выделения жирным шрифтом во всех цитатах сделаны автором.

• Логика изложения отражена в названиях частей книги: «Мифы цивилизации», «От разумности к мышлению», «Социальная глобализация», «Интеллектуальная Цивилизация» и «Размышления и статьи».

Многие оценки и выводы, сделанные в книге, выглядят резкими, но цель не шокировать читателя или возможного оппонента, а показать мифичность, стереотипичность и несовместимость ряда привычных и «фундаментальных» представлений со здравым смыслом. Они - следствие массового непонимания, что причина становления цивилизации и форм существующей организации общества в стремлении найти баланс в незамысловатом сочетании стимулов: стремления к комфортности ощущений[1], безопасности, стабильности и удовлетворения врожденных инстинктов. Эти стимулы привели к появлению первых сообществ людей, правил поведения, породили общественно-экономические формации, мораль и нравственность, законы, действующие в обществе, представления о всеобщем равенстве, гуманизме и т.д.

При общей схожести этих стимулов для каждого человека, конкретные стремления и поступки определяются условиями жизни, физическим и душевным самочувствием, инстинктами, возрастом, образованием, знанием и интерпретацией истории, эгоизмом и альтруизмом, природными потребностями, разнообразнейшими интересами, требованиями жизни в конкретном окружении, внешними и внутренними запретами, мифами[2], стереотипами, предрассудками и отношением ко всем этим явлениям. Отношение, в свою очередь, может зависеть от темперамента, быть иррациональным или покоиться на общей образованности, традициях и обычаях, быть примитивным или революционным, подсознательным или осознанным, местным или глобальным, научным или лженаучным… Не стоит забывать также об интенсивности и разной приоритетности этих характеристик, которые также чрезвычайно многообразны. Если умножить численность человечества, которое уже достигло шести с половиной миллиардов, на число индивидуальных мотивов поведения, то количество сочетаний будет выражаться невообразимо большой величиной, на многие десятки порядков превышающей численность человечества. Причем это число продолжает расти с увеличением объема знаний, усложнением технологии и отношений между людьми и сообществами.

Становится очевидным, что совмещение социального образа жизни и желания стабильности при реализация хотя бы части этих мотивов, требует каких-то форм организации, что приводило и приводит к многообразию правил взаимоотношений и общественно-экономических формаций. Крайними проявлениями этих формаций являются либо диктатура с ее произволом, многочисленными ограничениями и трагическими злоупотреблениями, либо демократия, которая вроде бы декларирует свободу личности.

Диктатура способна сообщить обществу некоторую упорядоченность и стабильность, силой подавляя стремления людей. «Упорядоченность» сопровождается сознательным оскоплением массового мышления, манипуляций сознанием, царствует произвол диктатора и поэтому, кроме стагнации и массовых жертв, диктатура ни к чему хорошему не приводит. Демократия также стабилизирует общество, провозглашая свободу многих человеческих проявлений, но, в условиях реального человечества вынуждена вводить бесконечное число законов, правил поведения и запретов. Довольно скоро число правил и запретов становится сравнимым с почти бесконечным многообразием человеческих проявлений, а в пределе даже превышает их. Кроме того, требуется все большее количество контролирующих людей и инстанций, и растущее привлечение силы, чтобы заставить следовать правилам и запретам. Одним из идеалов становится безусловное послушание, но оно, став доминирующим условием стабильности, также оскопляет разум, приводит к интеллектуальной деградации и тем самым также заводит общество в тупик. Демократия уподобляется диктатуре, что дало повод С. Лему написать: В тоталитарном государстве, где все человеческие дела стали государственным делом, только верховная власть имела право выбора жертвы. В государстве огромных личных свобод самозваные ликвидаторы зла свободны в его распознании и преследовании. …И тотальное подчинение авторитетам, и тотальное отрицание всякого подчинения сбрасывают со счетов совесть, по-разному приводя все к той же кровавой развязке[3]. Демократия становится в общий ряд случайных и временных общественно-экономических формаций и ее абсолютность является одним из мифов современной цивилизации.

Очевидно, что никакие технические изобретения и естественнонаучные открытия, никакое увеличение технологической мощи, возможностей по производству товаров и одновременное «латание социальных дыр», не изменит эту ситуацию и не остановит скатывание человечества к катастрофе всеобщего столкновения или стагнации. Противоречия и диспропорции могут только усилиться, угрожая и так шаткой стабильности общества.

Поэтому действительная гармония жизни в обществе, при существующем многообразии мотивов поведения и стимулов развития, может быть достигнута только при осознании этих мотивов и стимулов каждым человеком, что требует неординарного развития массового мышления. Развитое мышление позволит исключить заведомо мифические и иррациональные представления, критически отнестись к стереотипным представлениям и ограничит проявление эгоистически-животных инстинктов, утвердив целесообразность нравственного и альтруистического поведения, исключив из него весь мистический подтекст! Ведь именно бессмысленное следование стереотипам, неспособность проанализировать мотивы собственного поведения, делает поступки людей настолько нелепыми, нелогичными, эгоистичными и тупиковыми, что надеяться на возможность прогрессивного развития такого общества – наивно.

Люди постоянно борятся за промежуточные цели и когда их, в конце концов, добиваются, то никак не могут понять, почему общая ситуация не меняется в лучшую сторону? Ведь боролись и даже победили! Борятся за свободу, демократию, независимость, национальное самоопределение и прочую «времянку и промежуточность», превращая их в самоцель и не понимая этого. Не понимая, что как только появляется намек на их превращение в самоцель, они становятся мифом. Этими мифами и занимаются всякие вожди, политтехнологи, политики, политические аналитики, геополитики, экономисты, социологи и т.д., вместо того, чтобы добиваться именно конечной цели, решив для себя СНАЧАЛА, стоит ли это делать за счет других людей или безопаснее и дальновиднее поискать другие пути.

Пока первых, т.е. борящихся за промежуточные цели, да еще за счет соседей - явное большинство, но есть и другие. Вот и целесообразнее сделать так, чтобы большинство было представлено «другими». А все эти «вожди» и «политтехнологи» априорно исходят из того, что первых как было большинство, так всегда и БУДЕТ, но, тем не менее, «анализируют и оценивают» ситуацию, …ничего не меняя по-существу. И не могут понять, что для действительных изменений бесплодно обсуждать и менять только частности или размышлять с какой стороны начать «есть соседа», чтобы причинить ему и себе минимум беспокойства.

Современная цивилизация особенно конфликтна: число контактов между людьми и возможности распространения информации резко облегчили сравнение уровней жизни и взглядов людей в разных частях планеты. Наглядным стал факт, что удобства, услуги, техника, технология и возможности производства достигли небывалого уровня, но остались доступными лишь немногочисленной части человечества, а подавляющее большинство живет в нищете. Продолжается крайне несправедливое распределение, идет неконтролируемый и угрожающий рост численности человеческой популяции и никто не знает, что впереди. Разум огромной массы людей находится в полупервобытном и неразвитом состоянии, хотя его продолжают считать самодостаточным и, в лучшем случае, заботятся только о просвещении.

Число нецелесообразных, стереотипных и случайных представлений и просто предрассудков превалирует, и поэтому «сумеречное» состояние земной цивилизации стало чуть ли не нормой. Но люди продолжают с обреченностью приговоренного к смерти восстанавливать в привычных рамках непрерывно нарушаемое равновесие, умиротворять, загоняя внутрь все более неуправляемые акты насилия, которые одновременно и провоцирует. В итоге, на сегодняшней Земле трудно найти спокойное место: отношения между странами, нациями, конфессиями, партиями, экономическими, общественными и религиозными институтами, слоями-прослойками, группами и просто соседями носят меркантильный или иррационально враждебный характер.

Противоречие между образами «желаемого общества» и реальностью либо порождает чувство отчаяния и безысходности, либо уводит в мистику, либо приводит к экстремальным выходкам террористов и другим видам насилия в попытках «немедленно изменить ситуацию». Все это продолжает коверкать мозги, вынуждает к ответным иррациональным шагам других людей и целые страны.

На поддержание существующих, далеких от оптимальности взаимоотношений, расходуется значительная часть мирового дохода, а мифы, предрассудки и трафареты царствовали и продолжают царствовать в межчеловеческих отношениях. Эта ситуация сформировала культурный феномен, который можно назвать Культурой Неадекватности. Поэтому не удивительно обострение противоречий и неизбежное поражение в попытках что-то изменить, используя прежние представления.

Инфраструктура общественного существования едина, и представляет собой сложный и взаимосвязанный комплекс институтов, производств, влияний, интересов и т.п., где нельзя заменить одну часть общественного организма, не повлияв на работоспособность десятков других. Демонстрацией может быть опыт конверсии военной промышленности, показавшей всю сложность, болезненность и непосильную стоимость быстрого перевода предприятий по производству вооружений на выпуск мирной продукции, включая мероприятия по консервации или уничтожению оружия. Конверсия породила и ряд трудноразрешимых социальных проблем, связанных с занятостью населения, необходимостью перемещения значительных человеческих масс, переучиванием, созданием гражданской инфраструктуры и т.п. Поэтому дезорганизация общественной жизни, периоды разрухи и упадка всегда преследуют любителей быстрых революционных преобразований. Может наступить коллапс экономики, выход из которого находили либо в диктатуре, либо общество скатывалось в анархию и беспредел, влекущие многочисленные жертвы и резкое падение жизненного уровня. Легко представить апокалипсические последствия подобных экспериментов для всего человечества, если кому-то придет в голову идея быстро изменить не государственную, а общемировую инфраструктуру! Негативные последствия наступают не только вследствие временного нарушения хозяйственных связей и общей дезорганизации работы существующего механизма. У людей отсутствует внутренняя мотивация, т.е. понимание необходимости изменений остается недоступным массовому сознанию. Тогда призывы не помогают, а административное регулирование расценивается, как чудачество или неправомерное насилие, и все последующие усилия «энтузиастов» саботируются. Если же осознание насущности изменений становится массовым, то люди, при минимальной технической возможности осуществления перемен, способны достичь очень многого и в короткие сроки. Это относится как к технологическим, так и социальным вопросам.

Дело за «малым» - надо создать массовую мотивацию, не основанную на страхе или только личной выгоде. Но это невозможно до тех пор, пока отсутствует сама способность понять, т.е. пока индивидуальное мышление соответствует уровню простой разумности, некритичной стереотипичности, а не полноценному мышлению. Поэтому быстро создать массовую мотивацию на этой основе - утопия, особенно, если выполнение этой задачи связать какими-либо сроками. Идеи привносятся в массовое сознание отдельными людьми, взгляды которых, пока не становятся общепринятыми, воспринимаются как ересь или заблуждение. Но задача вообще никогда не будет решена, если не начать ее решать. И в первую очередь акцент должен быть поставлен на социальной диагностике, самых распространенных мифах, сомнение в целесообразности которых пока отсутствует. Вообще, сомнение в привычных «ценностях» всегда воспринималось, как ересь и расценивалось, как утопия, вызов мироустройству и нарушение установившегося равновесия. Приходится противостоять террору среды, ставить под удар свое благополучие и близких, выдерживать пренебрежение невежд, ненависть, насмешки и непонимание толпы. В ХVI веке гуманист Эпохи Возрождения Эразм Роттердамский опубликовал свою знаменитую «Похвалу Глупости», высмеяв невежество и лицемерие современников. Его мало кто понял, но семена сомнения в целесообразности привычного были посеяны. Может быть, это семена с самым длительным сроком прорастания, но всходы неизбежно появляются. П. Бьюкенен, уже в наше время, констатирует: Отмирание национальных государств и возникновение мирового правительства было мечтой интеллектуалов со времен Канта. Несмотря на всю свою утопичность, эта мечта оживала в каждом поколении. …Дети Просвещения стараются реализовать этот план. …Они уже успели заложить фундамент и возвести первый этаж здания мирового правительства[4]. Становится понятным, что гармоничная и благополучная жизнь возможна либо для всех, либо ни для кого и только в условиях единой цивилизации.

Тем не менее, массовое противостояние долго выдерживать чрезвычайно трудно, но необходимо преодолеть искушение ускорить процесс, призвав к «топору» для быстрого совершения радикальных преобразований. Этот метод никогда в истории не приводил к желаемому результату и ничего, кроме разрушений, массовых жертв и стагнации не порождал.

Действительно, социальная глобализация[5] становится все более неизбежной и менее утопичной, и высшими ценностями должны стать реальная образованность, профессионализм, творчество и взаимная доброжелательность, а не бездумное послушание, банковский счет и власть над людьми. Поэтому важно не опоздать, пока масштаб противоречий не сделал необходимость изменений срочной и неизбежно кровавой.

На Земле уже наступил период интернационализации производства и финансовой деятельности - экономической глобализации, которая может (и должна!) вылиться в социальную глобализацию человечества. В этой связи в книге затрагивается еще ряд вопросов (общего языка, медицины, народонаселения и политики ООН), и последовательности шагов, которые, по мнению автора, необходимы для смягчения существующей ситуации в мире и обеспечению условий для максимально безболезненного перехода к постепенному объединению человечества в единое целое.

Надеяться, сложа руки, на «естественное» развитие человечества, наблюдая не то за агонией, не то за рецидивами - недальновидно и недостойно человека, считающего себя способным к мышлению. Сознательное планирование строительства будущей Цивилизации естественно назвать Конструктивной Футурологией[6], и первыми шагами такого планирования должно быть исключение предрассудков и изменение мышления массового человека, о чем разными словами говорили многие люди:

Артур МИЛЛЕР: Возможно, тайна человека состоит именно в том, что он опутан множеством клановых и расовых предрассудков, которые в какой-то момент, бросив вызов разуму, могут обрести силу, способную разрушить мир.

Бертран РАССЕЛ: …Все великие силы в мире находятся в настоящее время на стороне иррациональности… Лекарство от этого состоит не в героической решительности, а в усилиях отдельных людей выработать более здравую и сбалансированную точку зрения на наши отношения с ближними и к миру. В поисках избавления от всех болезней, от которых страдает наше общество, нам нужно обратиться к растущему распространению интеллекта.

Станислав ЛЕМ: Всякую угрозу для цивилизации можно свести либо к неумению овладеть общественными силами, либо же к неумению овладеть силами Природы. В обоих случаях речь идет… об одном и том же типе источника угрозы: этим источником служит невежество…

Цивилизации недостает знания, которое позволило бы выбрать определенный курс из многих возможных, вместо того, чтобы дрейфовать в потоке случайных открытий…

Из Декларации членов Римского Клуба: Мы, члены Римского Клуба, убеждены, что будущее человечества не определено раз и навсегда, и что можно избежать тех катастроф, которые возможны сегодня и в предвидимом будущем. Катастрофы, которые могут наступить в результате человеческого эгоизма или ошибок, которые делают люди в своей мировой активности…

Мы верим, что любой мыслящий человек скорее выберет ответственность за свое будущее, чем станет жертвой случая…

Время, в которое мы живем, требует индивидуальных и коллективных усилий, чтобы построить системы и общества, в которых человеческое существо будет вызывать уважение и сострадание, как главные человеческие ценности. А конкуренция, соревнование будут направлены не на доминирование одних над другими и не на потребление, а на стимулирование и соучастие…

Мы верим в необходимость стимулировать общие обсуждения главных тем, которые касаются всеобщей вовлеченности во все условия человеческой жизни… моральные, материальные, культурные, социальные и научные аспекты…

Сирил Н. ПАРКИНСОН: По нынешним временам социальная диагностика гораздо важнее скоропалительной социальной терапии: именно она способствует и сопутствует обновлению мышления и демистификации действительности.

Одновременно необходимо понимание, что никакая социальная перестройка не избавит людей от осознания временности индивидуального существования. С. Лем писал: За декларациями об уважении к жизни кроется страх, причина которого - ощущение беззащитности, беспомощности, а значит, ужасающей тщетности жизни перед лицом смерти.

Осознание бренности жизни выливалось и в тоскливые откровения, и наиболее древние из известных принадлежат Екклесиасту - «сыну Давидову, царю в Иерусалиме»: И оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, всё - суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем! Суета сует, - все суета!

Увы, это вывод, к которому рано или поздно приходит любой человек, если ему хватает мудрости и сил приходить вообще к какому-нибудь выводу. Но сила разума в том, что он сначала слишком долго понимает бренность жизни, а дееспособность человек теряет лишь когда начинает ее чувствовать. И все попытки представить исчезновение субъективного самоощущения и самосознания - абсолютно безнадежны и не могут исключить желания гармоничной жизни. Пока человек активен, осознание конечности индивидуального существования является чем-то вроде фона, которым можно пренебречь из-за временной неопределенности. Только от человека зависит, сумеет ли он ужиться со своим разумом, станет ли он мыслить рационально, планировать существование общества или обречет его на продолжающуюся эволюцию, все более опасную для самого явления разумной жизни.

Пришло время исключить из жизни лицемерное признание «святого права» быть идиотом и передачу этой эстафеты следующим поколениям. Впервые за всю человеческую историю появилась реальная возможность перейти от случайностей стихийной эволюции человеческого сообщества к осознанному формированию интеллекта – основы для планирования и строительства жизни человечества на Земле, как неразделимого целого в условиях Интеллектуальной цивилизации. Поэтому избавление мышления от мифов, невежества и формирование рационального мышления следует рассматривать в качестве одной из первых задач по уменьшению числа опасных противоречий между людьми и этапа по конструированию будущего. Только жесткий анализ и настойчивая работа по внедрению в мышление адекватных взглядов, наряду с девальвацией мифических представлений, послужат необходимым изменениям. Нельзя привести ни одного разумного аргумента против предположения, что это возможно и неизбежно, и что только от этого зависит дальнейшее движение человечества.

Обо всем этом эта книга.

В. Цаплин

Нью-Йорк, 2005 г.

представлено для публикации на сайте 09.2009 г., издано 2005

[1] Понятие «комфортность ощущений» включает любое субъективное положительное ощущение (физическое или психическое удовлетворение) или стремление к этому состоянию.
[2] Под мифическими представлениями понимаются откровенные выдумки или предрассудки и реальные явления, которые являются временными, но существование которых абсолютизируется, а причины появления наполняются иррациональным смыслом.
[3] С. Лем «Провокация», «Собрание сочинений», т.10, Москва, «Текст», 1995.
[4] Патрик Дж. Бьюкенен, «Смерть Запада», 2002.
Патрик Дж. Бьюкенен, спичрайтер Р. Никсона и советник Р. Рейгана, кандидат в президенты США на выборах 1996 и 2000 гг., является одним из наиболее известных деятелей американского консервативного движения. Он относится к тем людям, которых часто называют «старыми правыми» или «палеоконсерваторами», которые критически относятся к глобальному распространению американских демократических ценностей посредством «военных интервенций» или же «бархатных революций».
[5] Социальная глобализация представляет жизнь на Земле в виде единого социума и должна последовать за экономической глобализацией - текущей стадией глобализации, предполагающей получение большей прибыли в результате интернационализации производства, сбыта и дешевой рабочей силы.
[6] Традиционная футурология рассматривает эволюцию общественных отношений вместо их сознательного планирования.

© В.С. Цаплин

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru