Имхормация
(эссе об абстрагировании понятий)

Богданов Н.И.

… тема эта взрывоопасна и в процессе раскрытия взрывается у тебя же в руках. … Общественное сознание нашло чудесное средство обезвреживать такие бомбы: оказывается, если этот ржавый боеприпас волочить за собою на верёвке, подобно консервной банке, то он уже как бы и не взорвётся, потому что превратится в привычный атрибут, не вызывающий опасения…

Богдан Ант, «Пределы творчества»

Случилось так, что я внезапно и довольно надолго был отлучен от электронных ресурсов. Всё, что мне оставалось доступным была распечатка файла Алексея Шухова «Сущность информации» (версия 2010 г.). В итоге изучения этого проникнутого духом основательности текста, появились данные, на такой дух не претендующие, заметки.

* 1 *

С моей точки зрения, фундаментальный вывод из рассматриваемой работы А.Шухова, заключается в том, что он признаёт информационное взаимодействие и, соответственно, информацию феноменами, характерными для активных живых существ. Только установив это, он обращается к проблеме функционирования машин, способных к имитации такого информационного взаимодействия. Этим исследование А.Шухова разительно отличается от других известных мне попыток дать определение понятию «информация».

Трудности, которые возникают при определении понятия «информация», как я полагаю, коренятся именно в исходном кибернетическом универсализме. Он ставит понятие «информация», характеризующее, прежде всего, сообщение на естественном языке, в один ряд с предельно абстрактными понятиями «материя» и «энергия». Главным же препятствием на пути к такой универсализации, по-прежнему, остаются неудачи попыток разграничения физических и информационных взаимодействий активных агентов.

Решение нелёгкой проблемы этого размежевания и составляет основной результат, полученный А.Шуховым в процессе разработки им феноменологической теории информации.

Им предложен «критерий, позволяющий выделять в картине физической действительности прямые физические и информационные действия, и который принял… вид понятия отложенности».

Определение этого критерия имеет в исследовании А.Шухова следующий вид:

«Отложенность представляет собой отсрочку продолжения некоторой активности большую по длительности, чем простая сумма задержек распространения активности в проходимых ею физических средах».

Критерий отложенности трудно поставить под сомнение по существу. Он обращает наше внимание на фундаментальную характеристику информационного действия и, уже только поэтому, заслуживает поддержки.

Имея это в виду, я попытаюсь взглянуть на проблему определения понятия «информация» с точки зрения тех, отмеченных выше, трудностей, которые связаны с попытками придать ему всеобъемлющий характер.

* 2 *

Начну с того, что предположу, что понятие «информация», как и само понятие «понятие» может принадлежать только существу владеющему развитым «человеческим» языком. Если обратиться к совсем недавней истории понятия «информация», то, думаю, не трудно установить, что его предшественником было понятие «сообщение на естественном языке, имеющее определённое содержание».

Это позволяет мне полагать, что тело отправителя и есть основной носитель всех сообщений выражаемых его владельцем (агентом) в окружающий мир. И этот «носитель» неразрывно связан с содержанием сообщения, со средствами и способами его выражения.

Особенно заметна эта связь в человеческой устной речи. Паралингвистика быстро развивается, и обрела уже статус учебной дисциплины.

С развитием социальной организации появилась возможность переноса устной речи на промежуточные носители (гонцов, ординарцев, курьеров и т.п.). Возникновение письменной речи привело к тому, что паралингвистические элементы были практически полностью исключены из речи. При переносе речи на промежуточные носители появилась возможность полностью отделить от них содержания сообщений.

Тем самым был совершен первый шаг к построению абстракции «информация».

Следующий шаг состоял в появлении технических средств дистанционной передачи сообщений использующих технологическое кодирование. Завершилось же абстрагирование понятия «информация» с появлением математической теории К.Шеннона и кибернетики.

Их авторитет укрепил представление о нефизическом информационном взаимодействии, о независимости информации от её носителя, о рядоположности понятия «информация» с понятиями «материя» и «энергия» и о других особенностях определяемого им феномена. А, главное, название шенноновской теории активировало поиски определения именно универсального понятия «информация». В поисках этой всеобщности приняли участие выдающиеся математики того времени А.Колмогоров, Н.Моисеев, А.Ершов и множество других энтузиастов, различных специальностей и школ.

В итоге Н.Моисеев предложил считать информацию «неопределяемым общенаучным понятием». Таковым оно, по существу, остаётся и поныне, вопреки попыткам его «синергетизировать» или приручить какими-либо другими, более скромными, средствами.

Наряду с описанным выше процессом «физического» отделения содержания сообщения от его носителя, имеет место подобный ему процесс, который можно назвать «информационным» отделением.

При его описании я буду исходить из предположения о наличии ограниченного набора базовых биологических нужд организма, обеспечивающих его существование. Их утоление связывает организм с определенным рядом аспектов внешней среды.

У человека развитие культуры и разделение труда привели к взаимодействию с теми сторонами природы, к которым не может привести активность, направленная только на удовлетворение базовых потребностей организма.

Соответственно возрастает и тематическое разнообразие потенциальных сообщений, и их «удаленность» в пространственно-временных и семантических координатах от потенциальной тематики необходимого базового потребления.

Понятое так представление об «информационной удаленности» позволяет использовать в качестве критерия степени связанности информации с её исходным носителем (т.е. телом её отправителя) степень возможного тематического разнообразия потенциальных сообщений характерное для рассматриваемых сущностей.

Наибольшую степень такого тематического разнообразия и, соответственно, независимости информации от её носителя, я склонен признавать только за людьми, включенными в социокультурную организацию, основанную на языковой форме выражения информации. Такую информацию я буду назвать несвязанной,.

Перейду к подвижным существам не имеющим развитого языка. Их базовые потребности принципиально не отличаются от имеющихся у человека. Однако их связи с окружающей средой и между собой, так сказать, «на культуру» меньше, чем у человека.

Однако потенциальная тематика их сообщений подвижна и может варьироваться по месту, объекту, способам потреблению и ориентировки, а также по некоторым другим параметрам. Информацию, соответствующую такой подвижной связи содержания и носителя сообщений, я буду называть слабосвязанной.

Перейду теперь к существам, жизнеобеспечение которых не требует пространственных перемещений и значительной двигательной активности. Отсутствие необходимости в управления интенсивными перемещениями позволяет растениям и малоподвижным видам животных обходиться без централизованного накопления, необходимого для подвижной жизни опыта, Это исключает значительные вариации во взаимодействии таких существ с окружающей средой и между собой. Тематическое разнообразие содержания их потенциальных «сообщений» намного меньше, чем у животных. Соответствующую такой ограниченной тематике сообщений информацию, я полагаю, возможным назвать связанной.

Следующими сущностями, подлежащими рассмотрению, являются соразмерные человеческому восприятию небиологические материальные образования. Их физико-химические и полевые взаимодействия с окружающей средой и между собой имеет практически закономерный характер и «тематическое разнообразие их потенциальных сообщений» закономерно (жестко) определяется их составом и строением. Информацию соответствующую такого рода «сообщениям» таких сущностей естественно назвать сильно связанной.

Вероятно, можно было бы выбрать и другие градации и/или основания классификаций. Но из множества возможных путей, размышлений о природе феноменов, которые я склонен абстрагировать в понятии «информация», мои мысли шли именно в этом направлении.

Критерий А.Шухова признаёт информацией лишь феномен, возникающий при взаимодействии агентов, для которых характерны интенциональные состояния, определяемые согласно Дж.Серлю. Такое понимание информации обобщает два из четырёх выделенных выше вида информации - несвязанную и слабосвязанную

Я готов полностью согласиться с таким определением понятием «информация».

Важность введения такой бинарной или описанной выше квадринарной дифференциации этого понятия состоит в том, что затрагивает ряд обстоятельств, сопутствующих его абстрагированию.

Во-первых напоминает что феномен информации, во всей его полноте традиционно приписываемых ему атрибутов, имеет место только в письменной речи.

Во-вторых, свидетельствует о том, что в природе имеются феномены, которые мы полагаем подобными письменной коммуникации, но отличающимися от неё.

В-третьих позволяет предположить, что упомянутые выше феномены не менее значимы в процессах самоорганизации, чем те, которые принято считать физическими.

В-четвёртых наглядно демонстрирует различие между адекватным абстрагированием и метафорическим обобщением.

В-пятых, предотвращая современную тотальную метафоризацию понятия «информация», исключает следующие из неё панпсихизм или даже «вездесущность» сознания (чего не понимают когнитологи, критикующие взгляды Дж. Серля на интенциональность).

И, наконец, описанный выше аналитический подход стимулирует возвращение к проблеме не прекращающихся попыток достичь всеобъемлющего абстрагирования понятия «информация».

В настоящее время привлечение изощренного математического аппарата делает тотальную метафоризацию понятия «информация» неуязвимой для логического тестирования и внушает о ней ложное представление, как об адекватном абстрагировании.

Попытаюсь, памятуя антропные корни рассмотренной дифференциации понятия «информация», предложить некоторое основание для атрибутивного, а не метафорического обобщения этого понятия.

Этот путь абстрагирования более зыбок, чем предыдущие. Однако его шаткость окупается. Во-первых, тем, что он сосредотачивает наше внимание на том, что же общего усматривается в различных видах взаимодействий, которые мы склонны называть информационными.

Во-вторых, он предупреждает нас о последствиях вольного или невольного метафорического переноса свойств исходного феномена, зафиксированного в некотором понятии на феномены иной природы (не только в данном случае, а при любом абстрагировании).

* 3 *

Исходя из результатов приведенных выше рассуждений и своих теоретических установок, я попытаюсь дать определение информационного взаимодействия, в два этапа. Сначала я сформулирую определение. Затем перейду к разъяснению входящих в это определение и выделенных курсивом специальных терминов,.

Информационное взаимодействие - это слабое (малоэнергоемкое и, часто, только дистантное) физическое взаимодействие материальных агентов, отличающееся тем, что самопроизвольное (и нередко высокоэнергоёмкое) изменение состояния одного (или обоих) агентов возникает в результате воспринятия одним агентом внешностьности другого агента.

Для этого определения я вынужден был придумать специальные термины. Им были даны имена, которые допускают некоторое предварительное толкование. Однако, несмотря на это, указанные термины нуждаются в уточнении

Первым из указанных терминов получил имя «внешностьность» («экстериорность»). Этот термин обозначает, как собственно внешность агента и её наблюдаемую активность, так и любые, воспринимаемые другими агентами последствия этой активности (от следа на снегу до факса, от окурка до пыльцы).

Термин воспринятие (акцептация) обозначает не восприятие вообще, а восприятие соответствующее определённым внешним условиям восприятия, определённому внутреннему состоянию конкретного агента и его особую способность воспринимать данную специфическую внешностность.

Воспринятие уместно сравненить с радиоприёмом.

Особому разъяснению подлежит и понятие «агент». В рассуждениях о понятии «информация» обычно рассматриваются два агента: отправитель и получатель информации (адресант и адресат). При этом предполагается намеренное отправление сообщений адресантом и возможность получение им ответа от адресата. Агентов, образующих пару одного вида я буду называть внутривидовыми (видоспецифичными). Их информационное взаимодействие соответственно назову внутривидовым (видоспецифичным).

Однако, часто отправитель формирует сообщение непроизвольно. Например, заяц оставляя следы на снегу не имеет намерения сообщить о своём присутствии охотнику.

Агентов, вступающих в такие межвидовые информационные взаимодействия уместно называть межвидовыми (невидоспецифичными).

В соответствие с этим, можно полагать, что для охотника непроизвольное воспринятие им снега и света солнца, позволяющих ему увидеть следы зайца является воспринятием внешностности некого межвидового Агента (Природы, «внешней среды»), который как и сам охотник, непроизвольно вступил с ним в межвидовое информационное взаимодействие.

Прописной буквой я указал на особый статус этого Агента. Этот статус следует из того, что информационное взаимодействие с Агентом (т.е. способность к воспринятливости его внешностности) определяет, как текущее состояние всех иных агентов, так и само существование этих агентов.

Сообщение Агента охотнику можно представить не облеченной в слово мыслью: «Хватит жевать сухари, видишь метель утихла, на только что выпавшем снегу легко найти свежий след, солнце выглянуло из туч и светит так, что ты не промахнёшься!»

Так мы, столкнувшись с растущей сетью разъяснений, возвращаемся к пробемам персонификации

* 4*

Изобретать слова, как известно, крайняя и довольно сомнительное мера при выражени мысли. Впрочем, так же, как и конструирование определений абстрактных понятий. Мне остаётся только надеяться на то, что тем, кто прочитает моё эссе, будет ясна моя точка зрения на понятие «информационное взаимодействие».

Мне кажется (возможно, ошибочно), что предлагаемое определение понятия «информационное взаимодействие», как говорится, «схватывает» нечто характерное для всех обобщаемых им феноменов. Вместе с тем, оно невольно склоняет мысль к новой его дифференциации.

К дифференциации, которая, следуя задаваемым данным определением направлениям, исследовала бы конкретную специфику феноменов информационного взаимодействия на каждом из различаемых уровней самоорганизации вещества.

* 5 *

Я думаю, мало, кто усомнится в том, что существование Природы предполагает наличие некоторого общего основания самоорганизации «косного» вещества.

Возникновение жизни привело к появлению на этом фундаменте более сложных феноменов самоорганизации. В том числе и неких композиций этих феноменов.

Например, человеческий организм, существует, видимо, благодаря композиции феноменов самоорганизации, основу которых составляют три вида информации: сильно связанная, связанная и слабосвязанная.

Человеческое общество, как сверхорганизм, самоорганизуется на основе двух видов информации: слабо связанной и не связанной.

Экосистемы самоорганизуются композициями межвидовых информационных взаимодействий.

Прекрасный пример такого взаимодействия птиц с огородным пугалом приведен А.Шуховым в цитируемой мной статье. Этот пример – замечательная иллюстрация к термину «внешностность». Владелец огорода - агент, владеющий несвязанной информацией, целенаправленно конструирует свою «внешностность», полагая, что она зафиксирована в виде «естественного символа» в памяти птиц, т.е. агентов, владеющих слабосвязанной информацией.

Однако, по мере удаления от вербального понятия «информация» и приближении к понятиям, «информация», характерным для самоорганизации сообществ живых организмов, самих этих организмов и вещества, мы, находя в них нечто общее, сталкиваемся со всё большей неопределённостью. Эта неопределённость проявляется и в понимании механизмов самоорганизации, и в понимании механизмов соответствующих им информационных взаимодействий, и в понимании механизмов демонстрации и восприятия «экстериорности».

И, как не парадоксально, наибольшую неопределённость мы встречаем на уровне самоорганизации вещества, то есть в зоне ответственности самой «точной» науки - физики.

Не удивительно, что она, в лице синергетики, математически слепо движется в направлении прямо противоположном по отношению к описанному выше, т.е. исходя из самоорганизации вещества к самоорганизации человеческого общества. Поэтому она не замечает никаких различий в механизмах информационных взаимодействий и, толкуя понятие «информация» метафорически, переносит специфику самоорганизации косного вещества на самоорганизацию живых и даже обладающих сознанием существ.

* 6 *

В заключение прошу меня извинить за небрежный стиль, за поверхностное прописывание сущности рассматриваемых феноменов и несовершенство определений.

Мне хотелось возможно более кратким путём подойти к некому схематизму абстрагирования понятий и подчеркнуть сопутствующие ему недостатки метафорического переноса. При более тщательной дифференциации и внимании к деталям этот общий схематизм абстрагирования понятий был бы, скорей всего, трудноразличим.

Термин имхормация я придумал сам, но не прогуглил, чтобы не разочароваться – уж больно он напрашивался изобрестись и стать заголовком этого эссе. Поэтому мне остаётся только надеяться, как на снисходительность тех, кто сочтёт себя правообладателями этого термина, так и на уважение к моим авторским правам тех, которые впервые узнают этот термин из этого текста Считаю также своим долгом отметить, что, хотя без вдохновившей меня работы А.Шухова этот очерк вряд ли был бы написан, все недостатки этого произведения - следствие только моих упущений.

20 марта 2019 г.

© Богданов Н.И.

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.