Ретроспективный портрет экономики

Часть 3. Параграф - Общество достатка

Шухов А.

Схема метацикла, стадия - (Конъюнктурная защита)


Следующий «исторический импульс» к дополнению и так теперь сложной практики ведения хозяйства новыми элементами такой сложности мы постараемся отобразить посредством картины явления неоднозначного отношения государства к начавшемуся в национальном обществе процессу «накопления богатства». Сталкиваясь с ростками появляющейся в относительно эффективных очагах экономики политической автаркии (примером чему следует понимать те же монополии), государство старается заблокировать развитие самодостаточных систем, навязывая или поощряя процессы социального «наполнения» хозяйственных отношений. И тогда непосредственно реальность действующего в подобной экономике порядка оставляет государству единственную возможность изменения статус-кво в желанную ему сторону – наделения самое себя правом контроля конкретного содержания теперь и товарных операций. В подобного рода сложном управлении успех государству приносит исключительно правильный прогноз тенденций экономического развития, понимание порядка, в силу которого вслед за утратой рынком устойчивости, разогревом и ситуацией «бума» неизбежно наступление и фазы «экономического кризиса». Одним доступный здесь государственному регулированию вариант преодоления экономической неустойчивости (японо-корейским) - это развитие систем вертикальной интеграции производственных и торговых структур вначале в сфере производства монотоваров (наподобие технологии первичной обработки в сырьевом производстве), а затем и других видов товаров. Благоприятный режим, создаваемый для подобной модели хозяйственной структуры и подталкивает практически каждого оператора рынка к частичному или полному освоению смежной специализации, что и обеспечивает его относительно более высокую защищенность от скачков конъюнктуры.

(метацикл) Собственно и открывающаяся благодаря подобной практике возможность использования хозяйственными операторами средств конъюнктурной защиты и построения защитных механизмов, дополняющих непосредственно микроструктурное начало их специализации, и позволит нам говорить о более сложной форме стабилизации условия «фактор обратного влияния» теперь принимающей вид 5-ти звенной последовательности поочередно закрепляющих друг друга условий подобной стабилизации.

Оценивая структурные и прочие приобретения вступившего в интенсивную фазу развития типического рынка, мы позволим себе отметить, что основной обретаемым здесь хозяйственной практикой «актив» именно и составляет здесь развитие сознания рыночных игроков, отныне не пренебрегающих и целями достоверного познания сопровождающих их деятельность обстоятельств. Использование существенно более богатого опыта в значительной степени содействует выбору предмета деятельности, изучаемого отныне не исключительно с позиций осознания специфики потребности, но и с позиций понимания предмета структурной и социальной открытости определенной сферы хозяйства перед возможными изменениями. (Отныне и для фермера существенно понимание выгодности специфически конкретного рыночного присутствия, имеющего место либо в форме самостоятельной сбытовой активности, либо - вовлечения предприятия во внешнюю сбытовую сеть.) Далее, углубление экономического сознания в известной степени способствует и удержанию хозяйственных операторов от соблазна проведения рискованных и неприбыльных операций. В подобных обстоятельствах своего рода блокирующим экономическую активность условием оказывается уже недостаток осознания смысла отдельного экономического решения или предпринимаемой хозяйственной операции. В ответ на становление подобной формы теперь уже характерно сложного экономического опыта образуется и особая система коммуникативных практик по «убеждению» контрагентов в выгодности условий сделки, в определенной мере завышающих приносимый обещаемыми операциями эффект. Результатом же подобного развития, в частности, и следует понимать сервисный принцип предложения, обеспечивающий приобретателю права дальнейшего содействия в использовании приобретения (сейчас, в частности, – гарантийный ремонт или «скидки постоянному покупателю», вплоть до распространенных в современной экономике «откатов»). Что же именно следует определить явной особенностью такой зарождающейся в собственно рыночной функциональности новации как новация «продвинутого» предложения? Субъекты хозяйства, как и диктует им установившийся ныне порядок, полностью сосредотачиваются на поиске любой возможности для установления стабильных (или – перспективно привлекательных) хозяйственных связей. Побуждающий их мотив составляют те же причины, что составляли собой и причины проводимой государством политики по поддержанию экономической стабильности. Теперь цель любого хозяйственного оператора, включая политическую администрацию, именно и заключается в культивации количественного роста числа субъектов хозяйства или устанавливающих с ним хозяйственные связи контрагентов, что и признается лучшим средством стабилизации как частной, так и системной хозяйственной позиции. Но, тем не менее, несмотря на становление такой формы, как осознанная «перспективная политика», хозяйственное развитие пока еще не избавляет самое себя от так называемого «конъюнктурного» недостатка – узости практики определения способствующих прогрессу экономики целей.

Среди прочих последствий проявления осознанного отношения к хозяйственной деятельности следует выделить и некую условную «декларативную» позицию, а, скорее, условный принцип потребитель всегда прав. Высокая эффективность сервиса помогает в навязывании потребителю гипертрофированного представления о присущих ему потребностях. Испытывающий подобное влияние потребитель вырабатывает в себе специфическое осознание «нехватки самое себя» и тогда, в силу оказания на него подобного воздействия, и «придумывает» новую форму потребительской активности, которую мы назовем игра в искусство потребления. Необходимость поддержки «стиля» однажды освоенного образа жизни впервые вынуждает потребителя располагать не ресурсом предметов, но именно достатком – постоянным поступлением в его руки свободной ценности (говоря о деньгах, мы позволим себе здесь следующий прием ведения рассуждения: не называть их по имени). Складывающая практика общественной оценки, «общественное мнение» уже начинает приучать себя к постоянным попыткам осознания предмета, какой именно стиль поведения предпочтительно следует ожидать от потребителя, располагающего конвенциональной ценностной поддержкой.

В настоящих условиях и поступление ценности, невзирая на целый ряд его специфических особенностей, следует понимать следствием правильных управления и владения производством (торговлей). Доход, находящий в подобном феномене и социальное отождествление («крупная» буржуазия), позволяет обретение и такого существенного представления экономического сознания, как критерий производительной активности.

Обращение к использованию критерия производительной активности инициирует далее совершенно иную постановку вопроса во всегда интересующем общественное сознание самоопределении – принимать или отвергать существующий вариант структуры истеблишмента? Другая проблема – наличие перспективы противодействия «застою» системы посредством содействия политической власти в деле дополнительного стимулирования рынка посредством вливания новых объемов «свободной» ценности. При этом если доминантой непосредственно государственной структуры по-прежнему остаются политические институты, и доминирующую позицию в данном обществе захватывает политическая элита, то политическая воля обеспечивает целенаправленную подпитку свободными ценностями лишь избранных крупных рыночных фигур. (Хотя данный источник, фактически, опосредованно обеспечивает и общество целиком, но понимание, все-таки, предпочитает определять подобный феномен характеристикой «коррупция«.)

Однако и получателям подобной «подпитки» в ответ навязывается и несение ряда обязанностей, например, возложение на них гипертрофированной социальной ответственности. Идею подобной «социальной ответственности» следует понимать идеей востребования определенной социальной активности от тех или иных членов общества, и не удивительно, что идея нормативной фиксации востребования такой активности овладевает умами носителей власти. Появляются требования государства к социально направленной хозяйственной активности, например, ожидания от конкретной экономической структуры поддержки некоторой части общества, его национальной, социальной, или ветеранской групп. В частности, здесь уместно сослаться на пример законодательного регулирования трудовых отношений – запрета на найм неграждан или временных рабочих.

Следующий параграф: Обретение экономической телеологией статуса атрибута социума

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru