раздел «Философские работы различных авторов»

Эссе раздела:


Адольф Грюнбаум: философская критика Фрейда


 

Аспекты множественности: одинарное или многоместное


 

Бартлеттовская концепция схемы и ее воздействие на теорию познания. Представление знания в современной когнитивной психологии


 

Гибридные имена собственные


 

Как восприятие устанавливает соответствие


 

Метапредставления у животных: мнение скептика


 

Многомерная онтология предметов материальной культуры и ее применение в сложных технических системах


 

О творческой способности (креативности)


 

Редукция и эмерджентность в химии - два современных подхода


 

Серловская монадологическая конструкция социальной действительности


 

Сотворение как псевдо-объяснение в современной физической космологии


 

Сущность феномена «фирменная марка» (брэнд). К онтологии маркетинга


 

Усовершенствование нашего понимания реальности текста: проблема налагающихся иерархий


 

Фрагменты монографии «Философские проблемы пространства и времени»


 

Что означает принцип схемы?


 

Усовершенствование нашего понимания
реальности текста: проблема налагающихся иерархий

Реннер А., Милонас Э., Дюран Д.

Статья впервые была опубликована в Erkenntnis 35. 233-254, 1991

Окончательная версия от 6 января 1993 года. Слегка измененная версия этих записок опубликована в 1996 году в Исследованиях по гуманитарным аспектам компьютеризации (Research in Humanities Computing) издательство Oxford University Press, редакторы Нэнси Айде и Сьюзан Хоккей. Ранние версии помещались в ежегоднике совместной встречи Ассоциации Компьютеры и Гуманитарные проблемы и Ассоциации по Литературным и Лингвистическим вопросам компьютеризации, Крайст Черч, Оксфордский университет, апрель 1992 года.

I. Содержание

Старые версии (SGML) Определения Текстовых Объектов

Новая версия (ИТК): Перспективы Определяют Текстовые Объекты

Последствия изменения: Исчезновение Уникальной Логической Иерархии

УИОС-2

Тезис: Перспективы Определяющие УИОСы

Контрпример: ритмическое ударение (Enjambment) Например

УИОС-3

Тезис: Возможность Декомпозиции Перспектив в УИОСах

Контрпример: Например Подчеркивание

Практические Проблемы, Возникшие в итоге Тезисов УИОС

Послесловие

Библиография

Краткое содержание

Мы изучаем принцип того, что "текст является упорядоченной иерархией объектов содержания"; подобный тезис выдвинут как авторами, так и не только ими, в конце 80-х годов XXвека и связан с вопросами подхода к решению задачи текстового процессинга и кодирования литературного текста. Сначала мы изучаем природу этого положения и его связи с историей текстового процессинга и проектами стандартизации текстового кодирования, такими как SGML (Standard Generalized Markup Language)и Инициатива Текстового Кодирования (ИТК). Затем мы описываем как опыт, полученный сообществом текстового кодирования, представленный и кодифицированный в Руководящих принципах ИТК, преподнес выдвинутому тезису ряд трудностей. На следующем этапе мы рассматриваем две прогрессивно ослабляемые версии этого тезиса, сформулированные в ответ на эти трудности. В конечном счете, мы находим, что никакая версия, кажется, не свободна от фальсифицирования контрпримером. (Моя версия перевода SGML - Стандарт универсального языка разметки - А.Ш.)

Хотя ни одна из данных формулировок не звучит теоретически, они, тем не менее, методологически освещают то, как каждая из них обобщила существующую практику кодирования, введя некоторые предположения так, что, даже являясь фундаментальными рабочими методологиями большинства проектов текстового кодирования, они никогда не перекликаются, не говоря уже о том, чтобы они были как-то объяснены или защищены. Контрпримеры к различным версиям тезисов УИОС также появились в разных реальных проектах кодирования - несмотря на то, что центр нашего интереса теоретический и основан на методологии и проблематике сравнительной практики кодирования. Осуждаемые здесь проблемы имеют значение не только для текстового кодирования и нашего понимания природы языковой коммуникации, но и для весьма фундаментального углубления в логику и методологию гуманитарных проблем.

Введение

Много раз и совершенно в разной связи говорилось о том, что документы являются "иерархией объектов содержания" (в том числе. Coombs, и другие 1987; DeRose, и другие 1990).1 Текст, согласно этому взгляду, по существу составлен из вложения объектов таких как главы, параграфы, разделы, извлечения, списки и ряд других. Часть из нас, те кто был вовлечен в исследование гуманитарных аспектов компьютеризации, сопоставят данное утверждение с разработкой проектов стандарта кодирования для машино-читаемых текстов. В подобном контексте тезисы УИОС (упорядоченная иерархия объектов содержания) доказали свое право быть эксплуатационно пригодной идеологией продвижения подхода "описательного обозначения", служащего представлению литературного текста в машино-читаемой форме, и, более того, именно эта установка предзадана самими исходными рамками Инициативы Текстового Кодирования (ИТК). Но до того, как подобными решениями воспользовались с поставленной здесь целью представления текста иерархией объектов содержания, подобный анализ подразумевали и более ранние попытки теоретизировать ход развития программного обеспечения по обработке текста и набору информации (Goldfarb 1981, Reid 1980). Фактически, версию подобной теории, полностью независимой от каких бы то ни было связей с машинной обработкой информации, можно увидеть в принципах "членения текста", распространенных в стилистике справочной и библиографической литературы в течение некоторого времени (Renear, 1993).

Удивительно, но этот принцип поразительно мало улучшался, расширялся или разъяснялся на протяжении ряда лет, лишь исправно служа теоретическим фундаментом для исследований в области систем обработки текста и стандартов текстового кодирования. Частично это произошло благодаря тому, что подобные исследования практически лишь подразумевали теоретическую обоснованность и принимали "принцип членения" за эвристический. Руководящие принципы Инициативы Текстового Кодирования характерно обнаруживают неоднозначность занятой позиции: хотя, как кажется, они поддерживают "принцип членения" и видят выгоду в его применении, специально они не призывают им пользоваться, не объясняют его и не защищают.

Так недавно те, кто практически занимается текстовым кодированием, нашли, что их борьба с рядом практических проблем ставит "принцип членения" под вопрос. Одну из подобных проблем можно назвать проблемой "перекрытия иерархий" (Barnard, и др. 1988). Эту проблему вообще понимают чисто технической трудностью, преодолеть которую можно некоторым особым образом, поняв характер практического взаимодействия различных способов кодирования. Фактически, так мы думаем, продолжающееся недоумение, окружающее проблему налагающихся иерархий вообще не связано с техническими проблемами кодирования, но скорее с принципиальной неточностью нашего понимания того, как должна проходить обработка кодируемого текста. Простое убеждение в том, что текст представляет собой "иерархию объектов содержания", приводит здесь нас к ошибке. Кроме того, именно потому, что гипотеза иерархии построена более всего на своем практическом преимуществе - и достаточности - для различных применений, скорее чем на принципиальном изучении, мы и не имеем даже и адекватной терминологии для описания возникающих проблем.

Данные записки пытаются пройти несколько шагов вперед в совершенствовании нашего понимания сущности текста и проблем его кодирования. В поиске средства развития подобных теоретических представлений мы фокусируемся прежде всего на проблеме неиерархических отношений, как эту проблему реально рассматривают существующие проекты текстового кодирования.2 Мы рассмотрим как анализ подобных проблем воздействует на принцип, провозглашающий что "текст представляет собой иерархию объектов содержания". В ходе этого рассмотрения мы хотим выдвинуть несколько положений, предопределенных имеющейся практикой кодирования. Подобные предположения, еще не полностью устоявшиеся, возвращают нас к исследованию глубинных проблем не только текстового кодирования, но и к нашему пониманию природы лексической коммуникации и логики и методологии гуманитарного знания. Поскольку свою попытку мы видим не только началом построения необходимых оснований теории текстового кодирования, мы сфокусируемся на выражении основных интуитивных, скорее чем строгих и точных, аналитических методов; потому и поиск здесь точного решения мы отложим на будущее.

Любое обсуждение проблемы "предмета текста" возвращает нас к теме, хорошо уже разработанной теорией литературы, текстологией, литературным редактированием и онтологией литературного творчества. Мы не будем пытаться рассматривать эти области или пытаться связать собственные результаты с происходившими там обсуждениями. Наше намерение состоит лишь в небольшом продвижении вперед в развитии теории "предмета текста" посредством выводов, вытекающих из практики кодирования. Подобный метод это в некоторой мере непрямой путь постоянного атаки всеобщего теоретического принципа природы текста, но мы подозреваем, что свежая перспектива совершенно новых решений может и здесь принести некоторый эффект. Возможно когда-нибудь теории, созданные этим эмпирическим способом столкнутся - соглашаясь или противореча - с более общим априорным поиском теоретиков литературы и философов.

Перед началом мы хотим еще и добавить остроты постановке вопроса. Самые последние критические выпады в адрес дескриптивного обозначения и относящихся к тексту объектов содержания мотивировались предполагаемыми методологическими проблемами выявленных назначений кодирования - такими оказались всем знакомые и нестареющие противоречия, окружающие "субъективную" и "интерпретационную" природу текстового кодирования. Хотя подобные проблемы важны, но они - не те, что стоят перед нашим анализом. Мы скорее смотрим на внутреннюю зависимость самого по себе принципа УИОС и необнаруживаемых процедур, относящихся к объектам содержания. Конечно, в конце концов это может привести и к тому, что эпистемология и метафизика объектов текста глубоко переплетаются между собой - но к подобному умозаключению можно прийти только в результате подбора аргументов и исследования, и оно не предшествует изучению принципов, существующих в имеющейся практике кодирования. Наша условная оценка подобной проблемы довольно проста. Процесс подготовки машино-читаемых текстов во всех своих надобностях точно соответствует подготовительному процессу традиционной издательской практики. Никакая публикация не может полностью "освободиться от теоретических посылок", отчего для них и показательна выраженная ими конкретная степень тенденциозности. Подобным образом дело обстоит и с текстовым кодированием: нельзя найти такое кодовое представление текста, что было бы "освобождено от теоретических посылок", но в отсутствие текстового кодирования машино-читаемый текст вообще не реализуем. Все это порождает банальную фразу о том, что машино-читаемый текст является "субъективным" и "интерпретационным", но только не главным образом субъективным или интерпретационным. Безусловно мы одобряем первую аксиому Майкла Сперберг-МакКвина (Michael Sperberg-McQueen) об обозначении, используемом в качестве орудия текстового кодирования: обозначение отражает идею теоретического представления текста (Sperberg-McQueen 1991). Фактически же следует принимать во внимание более широкое представление приведенной аксиомы.3

УИОС-1

Тезис: Текст в качестве упорядоченной иерархии объектов
содержания.

УИОС-1: Текст в качестве упорядоченной иерархии объектов содержания.

УИОС-1 на онтологический вопрос "что такое текст" дает онтологический же ответ: "текст представляет собой упорядоченную иерархию объектов содержания" (DeRose, и др. 1990). Проблема здесь состоит в том, что в некотором относительном смысле "книга", "текст" или "документ" (может быть как интеллектуальные объекты) представляют собой то, что будет "упорядоченной иерархией объектов содержания". Книга, например, разделена на главы, каждая из которых разделена на части, в каждой из которых еще существует и свой ряд подразделов. На самом нижнем уровне подразделов и существуют такие объекты как параграфы, предложения, прозаические цитаты, стихотворные цитаты, уравнения, доказательства, теоремы и многое другое. Многие из подобных объектов можно подвергать членению и дальше. Данная структура является иерархической потому, что подобные объекты "вложены" друг в друга подобно матрешке. Подобная система упорядочена потому, что между объектами существуют линейные связи - любые два объекта книги описывает порядок их появления: один раньше, другой позже.4 В конце концов, мы называем подобные объекты объектами содержания потому, что они организуют текст в естественные блоки, что могут, в некотором смысле, базироваться на собственном значении и на целях коммуникации.5

Оценка текста системой УИОС может отличаться от других обобщающих проблему текста моделей, созданных в программном обеспечении, практике или методологиях, воплотивших его в следующих формах: растры (растровые изображения), буквенные символы и команды форматирования (процедурные обозначения), глифы (образ символа в побитовом отображении информации - А.Ш.) и пустые пространства (так называемый "ASCII" или формат документа "только текст") и схематические иерархии.6

И в обработке текста и в развитии текстовых баз данных легко можно показать превосходство метода УИОС над упомянутыми здесь иными моделями - это намного более простой и функциональный путь создания, изменения и форматирования текстов; выполнение его требований просто необходимо для поддержки эффективности текстового поиска, просмотра и анализа и других видов специальной обработки; и, более того, различные программные приложения и компьютерные системы гораздо легче воспринимают текст, представленный в согласии с требованиями названной модели. Понимание текста иерархией объектов содержания поначалу мотивируется рефлексией на технические преимущества подобного преобразования текста, если его можно представить в виде порядка иерархии объектов содержания.

Аргументы

Первоначальная аргументация в пользу представления текста иерархией объектов содержания выдвигалась в значительной степени ради того, чтобы навязать специфический подход в деле обработки текста и текстового кодирования и воспрепятствовать конкурирующим предложениям. Тайные сторонники содержательно-зависимой обработки текста и дескриптивного обозначения доказывали, что обработка текста, как если бы он представлял собой иерархию объектов содержания, принесла бы множество практических выгод, когда альтернативная представительственная практика приводила лишь к неэффективности и неадекватности. Ах, если был бы возможен столь короткий шаг от представления практической эффективности обработки текстов, приведенных в соответствие с требованиями УИОС, к объяснению подобных преимуществ гипотезой о том, что тексты и есть экземпляры УИОС прототипа. Но как только эта гипотеза нашла свое объяснение в практической выгоде, находилась и различного рода подтверждающая аргументация.

Аргументы в пользу того, что текст представляет собой структуру объектов содержания, сгруппированы здесь в три широкие категории: прагматические, эмпирические и теоретические. В данном обзоре мы лишь вкратце описываем все эти представленные аргументы; мы не ставим себе цель не подтвердить их, как и не дать полного их обзора. Напротив, нам наиболее интересен сам характер аргументации вкупе с обосновывающими их предположениями.

Прагматическая аргументация

Прагматическая аргументация основывается на выгодности использования модели УИОС. Она представлена программистами, разрабатывающими программы разработки текстов, но обращена к любому, кто обрабатывает текст на компьютере. Природа подобной аргументации, как мы и говорили выше, суть значительная выгода, приносимая использованием в представлении текста модели УИОС, в сравнении с какими угодно иными моделями. Текст, оформленный по принципам УИОС легче создавать, изменять, распечатывать в соответствии с разными спецификациями, передавать от одного приложения к другому и т.д. Множество специальных процедур аналитической обработки текста, в которых может возникнуть необходимость, нельзя реализовать в тексте до тех пор, пока ему не будет придана структура УИОС. Подобный феномен сравнительной эффективности и функциональности текста, несущего структуру УИОС, гораздо лучше объясняет, согласно такого рода аргументации, гипотеза о том, что тексты и представляют собой упорядоченную иерархию объектов содержания.

Данная аргументация представляется в такой форме:

  • Представление текста иерархией объектов содержания дает множество практических преимуществ, недостижимых иным образом.
  • Следовательно текст и представляет собой упорядоченную иерархию объектов содержания.

Очевидно склонность, явно рисовавшая онтологический вердикт - текст представляет собой упорядоченную иерархию объектов содержания - была скорее теоретической нежели практической: она обращалась с текстом как (или моделировала текст как) с упорядоченной иерархией объектов содержания. Фактически же существуют аргументы и в пользу того метода дескриптивного обозначения, что не требует обращения с текстами только как со структурами УИОС, и многие из первых энтузиастов дескриптивного обозначения так и поступали - проблемы как же именно им следует работать с текстом для них не существовало. Но трудно объяснить эффективность дескриптивного обозначения не сказав, например, что оно идентифицирует соответствующие части текста как его стабильные проявления. Тогда такие объяснения отразили жесткое отрицание представления о том, что текст как некоторый род вещи, состоящий из частей (объектов), расположенных в определенном порядке, образует некую структуру: упорядоченную иерархию объектов содержания.

Эмпирическая аргументация

С прагматической близко связана другая аргументация, которую можно было бы назвать эмпирической. Она начинается с наблюдения над тем, что объекты содержания и фигуры их отношений довольно отличимы и в интерпретации текста, и в особенности в наших описаниях, объяснениях, теориях, гипотезах, и обобщениях текстов. Например наши теоретизирование и осмысление литературного текста широко ссылаются на такие элементы как главы, заголовки, разделы, параграфы, предложения, сноски, строфы, строки, действия, сцены, речи и т.д. Они обладают значительной объяснительной силой перед нашим пониманием текста и нашей теоретической разработкой принципов текста и связанных с ним предметов таких как авторское право, литературная история, критика, поэтика и т.д. Если мы последуем рекомендациям многих философов науки и смешаем наши онтологические вопросы с принципами наших теоретических утверждений, тогда мы и в действительности вынуждены заключить, что такие вещи как главы, стихи, строки действительно являются тем материалом, из чего и образуется литература.7

Эмпирическая аргументация принимает такую форму:

  • Объекты содержания и их отношения представляют собой принципиальные теоретические вхождения, связанные с нашими теориями, объяснениями и описаниями, касающимися текстов.
  • Поэтому тексты и представляют собой отношения объектов содержания.

Теоретическая аргументация

Такого рода аргументация вообще менее всего убедительна, возможно, именно потому, что она скорее всего указывает абстрактную и философскую природу проблемы, вытекающей из вопроса: "Что такое текст"? Однако такая постановка вопроса удивительно подобна, в той или иной форме, другой, когда те, кто занят текстовым кодированием, пытаются решить трудные проблемы принципиальным образом, или удостоверить их методологические основания.

Более знаменит теоретический аргумент, являющийся классической аргументацией того сорта, что используется в схоластической философии для распознавания существенных свойств от неважных, или, в соответствии с новой философской идиомой, для установления "идентичных условий" объекта. Он показывает, что если "извлеченная из текста" особенность схематизации, такая как заголовок или шрифт, меняется, непосредственно текст все еще остается по существу тем же самым, но если изменяется число или структура объектов содержания этого текста - меняется число глав или происходит замена параграфа, тогда мы больше не можем, строго говоря, утверждать что это "тот же самый" текст. Вы и я вместе читаем "тот же самый текст" - сказал Моби-Дик, даже несмотря на то, что источник находится в Таймс, а вы в Палатино, даже несмотря на то, что оригинальный размер букв 10 точек, а у вас - 12 точек, именно для того, чтобы в источнике было больше строк, страниц и знаков переноса. С другой стороны, когда в моей копии меньше параграфов, или их число не соответствует числу вашей копии, или предложения в ней идут в совершенно другом порядке, то эти свидетельства очевидно могут доказать, что мы читаем не "тот же самый текст".8

Такая аргументация строится в порядке подобном следующему:

  • x и y представляют собой тот же самый текст если и только если они представляют собой ту же саму иерархию объектов содержания.
  • Следовательно текст и является упорядоченной иерархией объектов содержания.

Часто встречаются и другие теоретические аргументы. Например, часто требуют чтобы некоторые показанные выше конкурирующие не-УИОС модели опускали упоминание передаваемой текстом существенной информации; то, что УИОС представление способно создавать эти другие формы представления, но не наоборот; и что понимание и создание текста по-существу сводится к формированию УИОС-структуры текста, но по-существу, опять-таки, не формирует любую другую структуру, и что каждый подобный факт свидетельствует, что феномен текста определяет один только формат УИОС. Мы не будем обсуждать здесь эти аргументы, хотя намерены еще привести и свои контрпримеры.

Контрпримеры: многомерные логические иерархии

Приведенная аргументация убеждает в изначальной правоте гипотезы, представившей текст упорядоченной иерархией объектов содержания. Если такой взгляд принят, то он приводит к следующим положениям:

  • объясняется успех отдельных стратегий представления
  • находится соответствие с существующими теориями литературы
  • упорядочивается наша интуитивная оценка того, какие аспекты текстовой идентичности существенны и какие незакономерны.

Такие многообещающие возможности по крайней мере могут снять бремя доказательств с плеч тех, на кого оно пало в силу недоверия принципу УИОС. Критикам этой точки зрения следует придумать более убедительные доводы или, как минимум, контрпримеры.9

Можно ли, на деле, найти хотя бы один контрпример? Фактически таковые имеют место, и ретроспективный взгляд безусловно укажет как происходило игнорирование подобных контрпримеров. Но как это случилось, что их игнорировали или сводили на нет, по крайней мере, некоторые из нас, - свидетельствуют заметные исторические события в недавней хронологии текстового кодирования. Они непосредственно связаны с фактом, что принципиальные решения по аналитическому представлению объектов для обработки текста теоретиков и разработчиков стандартов в ранних 80-х принципиально отличались от представления объектов сообществом литературного и лингвистического кодирования в поздних 80-х. Коротко точки зрения разнятся так: текст в представлении SGML сообщества не то же самое, что и текст в представлении ИТК сообщества - то есть алгоритмы, которыми эти группы описывали структуры текста, очевидным образом отличались.

Старые версии (SGML) определения текстовых объектов

В начальный период развития описательных систем обозначения и прилагаемых к составу текста объектов содержания каждый документ понимался выразителем простого естественного представительства, формируемого "логической" иерархией объектов, той, что образует стиль (жанр) документа. Какие же за текстовые объекты формировал, согласно подобной оценке, документ, определяли функции жанра или категории текста, к которым он принадлежал: юридические материалы содержали один набор объектов, научные монографии - другой, поэмы, романы, сценарии, письма, проповеди, прошения, счета, ходатайства, квитанции, повестки и многое другое обладало собственным набором объектов и грамматических форм, характеризующих синтаксические отношения, которыми наделены подобные объекты. Хотя представления и различали специфику различных документов, оставалась неопределенность собственно по вопросу структуры, в которой они объединяла, и здесь специфичность или дробность представления можно было менять, что совмещало смысл кодирования простой структуры документа с кодированием документа вообще, в силу чего любое существенное отличие вызывало разную интерпретацию структуры документа.10 И в любом представлении объектов всегда казалось, что возникает строгая иерархическая структура, то есть объекты всегда считались "вложенными" и никогда - "перекрывающимися". Это действительно отражает то положение, которое и утверждает принцип УИОС.11

Альтернативу "логической" структуре документа теперь может предоставить его "физическое" воплощение. Его можно создать посредством форматирования или любой другой обработки логической формы документа. Хотя представленные логической структурой объекты никогда друг с другом не перекрываются, также как и объекты физической структуры не перекрывают друг друга, можно допустить перекрытие объектов, содержащихся в логической структуре с объектами физической структуры. Например, когда логические объекты, такие как предложения, параграфы или разделы не перекрывают друг друга, и физические объекты, подобные типографским строкам, столбцам и страницам также разделены друг от друга (если макет подразумевает их простое размещение), то объекты, содержащиеся в логической структуре часто перекрываются с объектами физической: предложение, например, может начинаться в середине одной типографской строки и заканчиваться в середине другой типографской строки или даже далее. Стандарт SGML и связанные с ним толкования как раз и отражают эту точку зрения. Например, определение "тип документа" показывает роль жанра в управлении иерархическим структурированием характера документа: "4.102 тип документов: документы класса A, соответствующие следующим характеристикам; например, журнальная статья, техническое руководство или [служебная] записка".

Типы документов в SGML описаны как специфическая документация, что, между прочим, предопределяет для каждого экземпляра подобного типа определенную иерархическую структуру объектов текста ("элементов"). Совместимые с подобными научными изысканиями в области текста системы его обработки поддерживают именно два вида иерархий, иерархию логических объектов и иерархию объектов обеспечения схематизации. (Chamberlin и др., 1987).

Характерные типы документов и текстовых объектов:

Книга:
титульный лист, задняя обложка, тело текста, глава, раздел, параграф, выдержка (извлечение), сноска …
Статья:
заголовок, автор, авторское право, резюме, раздел, подраздел, параграф, выдержка (извлечение) …
Письмо:
адрес отправителя, адрес получателя, приветствие, тело письма, параграф, завершение, инициалы автора, вложенная записка …
Стихи:
заголовок, строфа, строка …
Сценарий:
персонажи, краткое содержание пьесы, заголовок, сценические ремарки, акт, сцена, строка …

Новая версия (ИТК): перспективы определяют текстовые объекты

Когда исследователи из литературных и лингвистических групп стали в их работе пользоваться правилами SGML, то способность SGML порождать предположения, что документы нельзя представлять в виде простой логической иерархической структуры, быстро создала существенные практические проблемы в ходе осуществления программ текстового кодирования. Подобные проблемы превосходно выразил Барнард и его коллеги в статье 1987 года (Barnard и др. 1987).

Вкратце, трудность состояла в том, что когда, казалось бы в среде SGML специалисты по кодированию принимали решение всегда представлять текст простой логической структурой, это решение возвращало представления к многочисленности иерархических структур, множество которых также соответствовало требованиям, предъявлявшимся к тому, что может обладать формой "логического". Видом иерархии, сопоставимым с логической иерархией документа, может служить то, что в некоем случае можно именовать "редакционной" иерархией, и что в большей или меньшей степени соответствует "частям издания" (или тому, что служит аналогами частей в других видах документов), что однажды было предметом дискуссии в руководствах по стилистике, - объекты подобные главам, разделам, параграфам и т.д. Подобное и не удивительно. SGML появился в организациях, заинтересованных в использовании компьютеров для создания и набора текста технической документации и других коммерческих изданий. В подобной практике редакционную структуру текста легко можно было рассматривать в качестве уникальной формы логической структуры.

Когда статья Барнарда показала, что множество интересующих ученых свойств текста, если рассмотреть аспект их совмещения, не образуют простой иерархии, которая, как бы там ни было, всеми оценивается кажущейся правдоподобно "логической". Рассмотрим, например, драматизм стиха. Он содержит элементы диалога (прямую речь), рифмованные строки и предложения. Но объект, подобный названному, лишь приспособлен к простой иерархии не перекрывающихся объектов: ведь предложения и рифмы очевидно перекрываются (пересекаются) и там, где реплика персонажа прерывает слова другого персонажа, и - если рифма той же строки диалога перекрывается с предложением или другой рифмой. Все названные объекты равным образом можно считать "логическими", по крайней мере в данном нашем весьма предположительном понятии о "логическом", - так, в частности, их никак нельзя сопоставить ни с какими "физическими" иерархиями.

Последствия изменения: исчезновение уникальной логической иерархии

С прежней точки зрения объекты текста группировались в семейства, объединенные жанром или категорией элементов текста (в определении SGML - "типа документа"). С новой точки зрения принадлежность к семейству определяется аналитической или методологической перспективой текста.

Вот ряд примеров таких перспектив и содержащихся в них типических элементов:

  • Драматическая: действие, сцена, сценическая ремарка, монолог,
  • Стихотворная: поэма, стих, строфа, четверостишие, двустишие, строка, полустрока, размер …
  • Повествовательная: предыстория, завязка, неизвестность (insufficiency), действие, развязка … (Propp)
  • Риторическая: вступление, изложение, аргументация, пояснение, рассуждение … (Кора [Korax] из Сиракуз)
  • Дискурсивная: открытие, проверка, изменение представлений, завершение …
  • Аксиоматическая: предпосылки, аксиомы, определения, теоремы, доказательства, контрпримеры, определяемое, определители, условия
  • Синтаксическая: предложения, именная группа, глагольная группа, определяющее слово, прилагательное, существительное, глагол …

Любая подобная структура обладает всеми необходимыми качествами "логической структуры" текста - например все они приспосабливают понятие "объекта содержания", точно так, как выразило это положение о "имеющем отношение к обозначению и вступлению в коммуникацию", как это и заявляет с помощью данной аргументации инструкция по системе УИОС-1. И именно потому, что по сути не существует никакой простой логической иерархии, которая содержала бы все данные структуры, мы и отказываемся выдвигать требование о том, что "текст должен представлять собой упорядоченную иерархию объектов содержания". Стоит только классу логических элементов в данном тексте расшириться до включения всего разнообразия перспектив, нас неизбежно окружат налагающиеся объекты: исчезает любая возможность существования в таком тексте уникальной иерархии объектов содержания. Принцип УИОС-1 объявляется ложным.

УИОС-2

Тезис: перспективы определяющие УИОСы

Хотя выяснилось, что исходный тезис УИОС оказался неверен, его менее категорическая редакция сразу поспешила предложить себя, и как представляется, тоже отразила реальную практику кодирования. Те специалисты по кодированию, которые занимались налагающимися объектами, обнаружили, что, хотя объекты, принадлежащие различным аналитическим перспективам, и налагаются друг на друга, пары тех объектов, что заключены в простую аналитическую перспективу, как кажется, друг на друга не налагаются. Например, представленные некоторым источником поэтические объекты (строфы, строки, полустроки, двустишия, и т.д.) не накладываются друг на друга, как не накладываются друг на друга лингвистические объекты (предложения, выражения, слова), и не перемежаются между собой драматические/редакционные объекты (заголовки, списки действующих лиц, акты, сцены, сценические ремарки, диалоги). Каждая перспектива такого текста - поэтическая, лингвистическая, драматическая - представляется основанной на жесткой иерархии. Так, хотя очевидно, что не существует такой УИОС, которую можно было бы называть "само собой текстом", за исключением соответствия методологическому сообществу или аналитической перспективе, объекты, которые определены всеми этими различными аналитическими перспективами, представляются организующими себя, вне всякого исключения, в иерархии. Это хорошая новость для тех, кто занят проблемой текстового кодирования, поскольку подразумевает, что каждая перспектива может быть представлена как тип документа, и таким образом описываться средствами эффективной SGML формализации - только теперь типы документов будут соответствовать аналитическим перспективам, но ни в коей мере не жанрам. Более того, SGML наделено таким свойством, СОГЛАСУЕМОСТЬЮ, что позволяет множественным иерархиям документа представляться и координироваться, откуда и будет казаться, что проблема налагающихся объектов перестает на практике мешать осуществлению проектов кодирования.

Названные соображения заставляют пересмотреть принцип УИОС:

УИОС-2: Аналитическая перспектива текста определяет упорядоченную иерархию объектов содержания.

Возможное грубое объяснение технического термина "аналитическая перспектива" таково:

Аналитическая перспектива представляет собой естественную общность методологии, теории и аналитической практики.

УИОС-2 отражает ту банальную правду, что не существует никакого однозначного смысла "текст", "книга", или "документ" и что, следовательно, эти слова не могут, не существуй дальнейшей квалификации, обозначить подлинный "натуральный вид", что мог быть полезен в построении объяснений и описаний мира. Вместо этого они наделены множеством разных смыслов, сопоставленных с довольно разными теоретическими прототипами и вызывающих совершенно разные комплексы ассоциаций.

УИОС-2, как представляется, отразила фактическую практику текстового кодирования. Когда выясняется, что анализ текста констатирует наличие двух перекрывающихся объектов, те, кто ведет кодирование, обычно рассматривают подобное предварительное свидетельство как указание, что два названных объекта не состоят вещами одного и того же происхождения, и, следовательно, что они принадлежат разным аналитическим перспективам и их не следует помещать в один и тот же тип документа. В частности, если предложение наложено на рифму, это произошло потому, что одно представляло собой лингвистический объект, и другое - поэтический объект. Если части диалога перемежаются со страницами, такое происходит потому, что одни диалоговый объект, и другие - издательский объект. Согласно этой точке зрения, если и тот и другой объект очевидно поэтические, тогда у них просто отсутствует возможность наложения. Если тот, кто кодирует текст, нашел, что его анализ выявляет налагающиеся объекты, то он в рядовом случае пытается классифицировать один из найденных объектов как принадлежащий другой аналитической перспективе. Такая классификация вообще строится посредством обращения к одному общему интуитивному смыслу, объединяющему некоторый род объектов - рифмы, размеры и двустишия представляются вещами единого происхождения, также как и высказывания, предложения, фразы и слова. Но если объект в некоторых обстоятельствах способен пересечься с другими объектами, включенными в число экземпляров его новой классификации, то это может послужить доказательством неадекватности самого принципа классификации. Объекты, таким образом, наделены свойством определять сами себя в естественные семейства, для членов которых не существует возможности перекрывания, что хорошо согласуется с возможностями SGML-анализа: различные типы документов идентифицируются по принципу семейства и координируются, будучи включенными в простые формы текста, с помощью СОГЛАСУЕМОСТИ.

Выдвигаемый здесь принцип логически следует из условий УИОС-2:

УИОС-2.1: если два объекта x и y перекрываются, то, следовательно, они относятся к различным перспективам.

Поскольку названное положение обобщает действующую практику кодирования и представляется в некоторой степени само собой правильным, помимо того, что оно продолжает более мотивированную и теоретически амбициозную УИОС-2, то мы позволим себе выяснить и саму его логическую основу: действительно ли тексты, ввиду некоторой перспективы, сами собой иерархичны, или данное положение несет в себе некую априорную правду человеческого опыта о том, что наше аналитическое видение расчленяется на совокупность иерархий? Или, возможно, иерархическое деление является просто приносящим пользу приемом, и потому понятно, что оно не связано не самой структурой текста, ни с природой человеческого понимания? Циник скажет, что деятелями текстового кодирования при принятии УИОС-2.1 руководила вполне понятная задняя мысль: если бы перспективы не определяли бы сами себя в иерархии, тогда бы и проекты кодирования лишились бы значительных выгод от SGML формализации.

Контрпример: ритмическое ударение (enjambment) например

Тогда каждая перспектива, сама ли она определяет свою иерархию объектов содержания? Очевидно, наши трудности здесь заключены в том, что мы довольно грубо понимаем принцип "перспектива". Если, например, "литературоведение" можно свести к единой перспективе, тогда действительно не каждая перспектива определит свою иерархию: предмет изучения литературоведения охватывает и предложения, и тематику, и страницы, и рифмы, - и все это, конечно, как мы видим, способно налагаться друг на друга. Нас бы соблазнила, конечно, задача такого совершенствования представления об аналитической перспективе, что "литературоведение" никогда не претендовало на право быть ею, возможно потому, что оно не наделено достаточной теоретической однородностью или специфичностью, хотя бы такое наше решение и вызывало упрек в подозрительной нарочитости.

Но можно, однако, посеять сомнения в справедливости УИОС-2 и более простым путем. Многочисленные текстологические дискуссии заполнены характеристичностью, описательностью и гипотезами, явно воссоединяющими текстовые объекты и различные перспективы - главы и темы, речь и размер, изложение и разбиение на параграфы. Более того, известны и такие технические понятия как ритмическое ударение (enjambment) и цезура, назначение которых - характеризовать отношения между объектами перекрывающихся семейств. Поскольку словарь технических терминов с известной достоверностью можно рассматривать как признак некоей аналитической перспективы, то существование подобной терминологии предполагает, что существуют и аналитические перспективы, содержащие налагающиеся объекты.

УИОС-3

Тезис: возможность декомпозиции перспектив в УИОСах

Окончательный вариант некоторые, возможно, восприняли довольно хорошо, но защищаемая версия тезисов УИОС столь развита, и найденный подход в области УИОС - и теоретически неотразим, и полезен как практический принцип кодирования, что и мы его не будем оспаривать, но попытаемся его пересмотреть. Более того она является тем, что, подобно другим, как представляется, может обосновывать в решениях по кодированию тот выбор, который мы увидели реализованным в текстовых проектах.

Вначале новый элемент терминологии:

Под-перспектива: x является под-перспективой для y если и только если x является перспективой и y является перспективой, и содержащиеся в x правила, теории, методы и практика все включены в правила, теории, методы и практику y, но не наоборот.

Представленную идею грубо можно соотнести с форматом научной дисциплины или другого рода объединенной и согласованной частью аналитической перспективы. Например, история литературы, литературная критика или текстология могут быть представлены как "части", "области" и "подразделы" литературных исследований. И каждая из них, соответственно, тоже обладает своими подполями. Текстология, например, довольно обоснованно могла бы выделить в себе такие разделы: транскрибирование, рецензирование и редактирование. Показанное понятие части или подполя научной дисциплины или аналитической перспективы оказывается именно тем, что мы здесь уже представляли как "под-перспективу".

Настоящая версия тезисов УИОС, работающая с комплексом перспектив, объекты которых наклагаются друг на друга, тем не менее, продолжает настаивать на принципиальном значении иерархий для нашего понимания текста:

УИОС-3: Для каждой определенной пары объектов, что налагаются в структуре, определенной некоторой перспективой P(1), существуют иные перспективы P(2) и P(3), представляющие собой под-перспективы для P(1) и x, состоящий объектом P(2) и не состоящий в P(3), и y, состоящий объектом P(3) и не состоящий в P(2).

(или: объекты могут налагаться внутри перспективы, но если они налагаются, то - они принадлежат разным под-перспективам этой перспективы)

Простая модель текста - упорядоченная иерархия объектов содержания - превосходно интерпретировалась в платоновском смысле. Вариантом такой оценки заключен в нечто подобном Итсеновскому (Yeatsean) неоплатонизму: текст можно представить своего рода системой согласующихся перспектив, которые разлагаются на согласующиеся под-перспективы, которые … и так далее, образуя процесс, возможно доходящий до атомических перспектив (фундаментальной аналитической практики?).

Согласно подобной точке зрения, перспективы могут содержать налагающиеся объекты, но это является признаком того, что перспектива не атомична, и, следовательно, подвержена дальнейшему разложению.

Контрпример: например подчеркивание

К сожалению даже УИОС-3, самая ослабленная версия тезиса УИОС (где реализована самая слабая форма иерархической связи, допускающая построение наиболее разнообразных и причудливых структур текста) не свободна от опровержения контрпримерами. Следующий пример представит образец объектов, которые наложатся сами на себя - и это они достоверно показывают при помещении в разные аналитические под-перспективы.

  • Редакционные объекты текста такие как вычеркивания и варианты разночтений12
  • Повествовательные объекты такие как фабулы
  • Ссылочные структуры такие как гипертекстовые ссылки и переходы
  • Поэтические объекты такие как тропы и аллюзии
  • Дискурсивные объекты такие как тематика
  • Объекты конкретного описания такие как образующие акростих предложения
  • Лингвистические объекты подобные произвольным словосочетаниям

И теми же самыми налагающимися объектами можно представить те изолированные объекты, что и сами собой не иерархичны. Примерами здесь служат:

  • Проходящие сквозь параграфы списки
  • Строки песен и хоралов, проходящие сквозь другой текст

Для ряда подобных случаев известны способы защиты принципов УИОС-3 и фактического подтверждения существования в них стабильной иерархической структуры, которая просто была неправильно истолкована. Например, тот случай, где накладывающимися считаются реализации одного и того же объекта можно и оспорить, предлагая более тонкую схему классификации. Однако мы полагаем, что в большинстве случаев сразу же станет очевидно, что степень элементарности, необходимая для того, чтобы отличать подобные объекты, так, чтобы они соответствовали разным перспективам, вряд ли достоверно отвечает условию альтернативных аналитических перспектив, но скорее связана с теми присутствующими в тексте отличиями, которые включены в одну определенную аналитическую перспективу. Для разнообразия мы иллюстрируем это положение примером нетекстового происхождения: тональные объекты такие как клавиши могут налагаться на модуляционные переходы, общие ноты или хорды - но отдельная аналитическая перспектива для каждой клавиши, сама собой как таковая, не прописывается музыкальной теорией, и она, следовательно, не избежит этого наложения посредством зачисления подобных объектов в разные перспективы (и, отсюда, и разные иерархии).

Трудности и тонкие места в защите предложенных положений заставляют потратить время на перепроверку нашего начального условного понимания защищаемой иерархии. Сначала мы отступили от представления текста иерархическим, представив иерархическими перспективы, добавляя что перспективы можно разложить на иерархические под-перспективы. Действительно, трудно отрицать те огромные преимущества, которые предоставляет оценка предмета нашего интереса в форме иерархии, но эти преимущества, даже учитывая представление об иерархиях как о распространенных и существенных, не должны мешать нам разрешить множество проблем, присутствующих в нашей теории текстового кодирования потому, что они существуют и на деле.13

Практические проблемы, возникшие в итоге тезисов УИОС

Порядок ситуаций даже типа УИОС-3 допускает нарушение простого иерархического понимания. Существует довольно много стратегий представления подобных случаев в стандарте SGML, но не один из них полностью не удовлетворителен (Barnard, и другие. 1988).

Наиболее радикальные просто выбирают единственную иерархию как "действительную" иерархию документа, сглаживая все остальные. Подобный прием дополняется разнообразием методов всеобщей практики использования нуль-ширинных меток (НУЛЬ-содержащие метки "NULL-content tags" в терминологии SGML). Нумерация страниц, представляющая собой каноническую схему описания, и подобные последовательности объектов, что содержатся в документе целиком, и служат "промежуточной" меткой. ИТК определяет промежуточное представление как ту саму пометку, что сообщает номер страницы или другую ссылочную информацию. Если же сглаженная иерархия более сложна, то тогда некоторую дополнительную информацию и следует записать с помощью меток нулевой ширины. Например, пользователю программы-редактора или самому программному обеспечению следует понимать, что "глава" служит завершающей вехой для любой открытой позиции "раздел". Однако потому, что, строго говоря, подобные элементы не наделены, в соответствии с требованиями SGML, содержанием или средой, указывающими синтаксические связи, они и не применяются.

Меньшую степень искажения представленным объектам доставит практика СОГЛАСУЕМОСТИ. Подобная особенность метода SGML, к сожалению, редко реализуется, хотя и показывает способность вести несколько параллельных иерархических декомпозиций текста. Хотя недостатком этого решения можно назвать тенденцию образования немного громоздкой и подробной маркировки. В практической же разметке текста СОГЛАСУЕМОСТЬ представляется неспособной полноценно отразить его структуру, даже несмотря на ее очевидную описательную адекватность. Маркировка в стиле СОГЛАСУЕМОСТИ требует того, чтобы каждая иерархия содержала в себе документ целиком. Некоторые иерархии вообще не представляются образованными сами собой - например, текст с метрической разметкой, в котором никакие другие метки вообще не будут полезны; этот случай можно даже рассмотреть как непоследовательный в его возможности представительства. Но СОГЛАСУЕМОСТЬ подразумевает, что подобные распределения полезны, требуя, чтобы любой набор предметов наложения был бы представлен как законченная иерархия. Подобная неадекватность неудивительна для СОГЛАСУЕМОСТИ, что не предназначена отражать множественности логического отображения. Она специально разрабатывалась для того, чтобы позволить координировать и представлять результаты форматирования в одном и том же файле как в одном оригинальном документе.

Понятие множественного "логического" отображения вообще отсутствует в SGML. Проявляемая им при координации множественных иерархий неловкость такова, что сам Гольдфарб комментирует это следующими словами: "Поэтому я не рекомендую использовать СОГЛАСУЕМОСТЬ для создания множественного логического отображения документа, типа стихотворно-ориентированных и диалогово-ориентированных отображений поэзии". (Goldfarb, 1990, стр. 304).

Наконец, ряд неиерархических структур можно представить при помощи размеченных структур, известных как "наполнение" (span), в соответствии с терминологией ИТК. Наполнение представляет собой нуль-ширинные метки, устанавливающие начало и завершение неиерархических структур. Связывают метки начала и конца явно указывающие их ссылки. Представленная здесь методология, наполнение, явно способна обрабатывать упомянутые выше случаи множественного подчеркивания, как и она единственная, способная представить гипертекстовые ссылки в их полной всеобщности. В сообщности качественного анализа пользовались наполнением как единственным средством обозначения для компьютерно-ориентированного этнографического и антропологического анализа - поддерживая утверждение о том, что иерархии, будь они хоть всеобщие и исключительно полезные, не присущи всем допустимым перспективам (Miles and Huberman 1984).

Послесловие

Предшествующий анализ представляется нам существенным прорывом, выявившим существование аналитических перспектив и, как кажется, познавшим фундаментальную природу текста и методологии его кодирования. И, хотя мы и отступили от простой реализации тезиса УИОС, мы ощущаем, что дух гипотезы УИОС породил пространство, в котором тексты в качестве интеллектуальных объектов все еще представляются структурами созданными смысло-ориентированным отображением, и что, более того, данные структуры часто являются иерархическими.14

Все это позволяет нам видеть положительные стороны в следующем:

  • Перспективы - теории, методологии и аналитические практики, представляются, по крайней мере, столь же важными как и жанр, для идентификации объектов текста.15
  • Перспективы зачастую определяют и иерархии объектов.
  • Неиерархические перспективы зачастую позволяют разложить себя в иерархические под-перспективы.

    Но мы обращаем внимание на следующее:

  • Перспективы не всякий раз находят выражение в иерархиях.
  • Неиерархические перспективы не всегда разлагаются в иерархические под-перспективы.

Теория текста и методология текстового кодирования пока еще находятся в рудиментарном состоянии; мы надеемся, что обсуждаемые здесь принципы помогли развить основу дальнейшей дискуссии.

Библиография

Barnard, D., Hayter R., Karababa M., Logan G., and McFadden, J. (1988), "SGML-Based Markup for Literary Texts: Two Problems and Some Solutions", Computers and the Humanities 22: 265-276.
Barnard, D. T., Fraser, C. A., and Logan, G. M. (1988), "Generalized Markup for Literary Texts", Literary and Linguistic Computing, 3.1: 26-31.
Chamberlin, D. D., Hasselmeier, H. F., Luniewski, A. W., Paris, D. P., Wade, B. W., and Zolliker, M. L. (1987), "Quill: An Extensible System for Editing Documents of Mixed Type". In Proceedings of the 21st Hawaii International Conference on System Sciences. Washington, DC: IEEE Computer Society Press.
Coombs, J. H., Renear, A. H. and DeRose S. J. (1987), "Markup Systems and the Future of Scholarly Text Processing", Communications of the Association for Computing Machinery, 30: 933-947.
DeRose, S. J., Durand, D. G., Mylonas, E., and Renear A. H. (1990), "What is Text, Really?", Journal of Computing in Higher Education, 1.2: 3-26.
Fraser, C. A. (1986), An Encoding Standard for Literary Documents, M.Sc. Thesis, (Queen"s University, Kingston Ontario).
Goldfarb, C. (1981), "A Generalized Approach to Document Markup", in Proceedings of the ACM SIGPLAN--SIGOA Symposium on Text Manipulation, (New York: ACM).
Goldfarb, C. (1990), The SGML Handbook, (Oxford).
Huitfeldt, C., and Rossvaer, V. (1989), The Norwegian Wittgenstein Project Report 1988, (The Norwegian Center for the Humanities, Bergen).
Huitfeldt, Claus (1992), MECS -- A Multi-Element Code System, Working Papers from the WittgensИТКn Archives at the University of Bergen, No 3, (seen in draft in October 1992).
Huitfeldt, Claus, (1992), "Multi-Dimensional Texts in a One-Dimensional Medium", paper presented to Wittgensteinseminara i Skjolden, May 1992, (seen in draft in September 1992).
Koo, R. (1989), "A Model for Electronic Documents", Special Interest Group on Office Information Systems (SIGOIS) Bulletin, 10.1.
McKerrow, R. B. (1927), An Introduction to Bibliography for Literary Students, (Oxford).
Miles, M. B. and Huberman A. M. (1984), Qualitative Data Analysis, a Sourcebook of New Methods, (Sage).
The Chicago Manual of Style (1982), (Chicago: University of Chicago Press) 13th ed.
International Organization for Standardization (ISO), Information Processing -- Text and Office Systems -- Standard Generalized Markup Language (SGML), ISO 8879-1986, International Organization for Standardization (ISO) 1986.
Quine, W. v. O, (1953), "On What There Is" in From a Logical Point of View (Cambridge: Harvard University Press).
Reid, B. (1980), "A High-Level Approach to Computer Document Formatting". in Proceedings of the 7th Annual ACM Symposium on Programming Languages, (New York: ACM).
Renear, A. (1993), "Representing Texts on the Computer: Lessons from and for Philosophy", Bulletin of the John Rylands Library (forthcoming in 1993).
Rohr, P. (1991), "The TextBase Paradigm: Architectural Considerations for a Second-Generation Scholar"s Workstation", Senior Thesis, University of Chicago, (seen in draft).
Smith, J. (1987), "The Standard Generalized Markup Language (SGML) for Humanities Publishing", Literary and Linguistic Computing, 2.3: 1971-75.
Sperberg-McQueen, C. M. (1991), "Text in the Electronic Age: Textual Study and Text Encoding, with Examples from Medieval Texts", Literary and Linguistic Computing, 6.1: 1991.
TEI (рус. - ИТК) (1990), Guidelines for the Encoding and Interchange of Machine-Readable Texts, C. M. Sperberg-McQueen and L. Burnard, eds. (Chicago and Oxford: ИТК).

1Наше размышление о предмете данного эссе во многом восходит к обсуждениям и сотрудничеству, охватывающему ряд лет, с Geoffrey Bilder, Lou Burnard, James H. Coombs, Steven J. DeRose, Claus Huitfeldt, W. Richard Ristow, Michael Sperberg-McQueen, и участниками CHUG (University Computing in the Humanities Users' Group) - Группы компьютерных пользователей из гуманитарной сферы Броуновского (Brown) университета. Оно в той же степени, как и та огромная работа, что ныне завершена, в огромной степени признательно Инициативе Текстового Кодирования (ИТК) и ее спонсорам и организаторам - за ее главную цель превращения машино-читаемых текстов в более полезные и воздействие ИТК на процесс создания превосходной богатой и многогранной среды для размышлений о технологии, текстах и гуманитарных аспектах.
2Среди проектов текстового кодирования, которым мы особенно обязаны эмпирическим проникновением в методологию текстового кодирования, особенно выделяются проект Персей, Электронный консорциум Пирса, Бергенские архивы Витгенштейна и Броуновский Женский писательский проект. В них мы черпаем основы своих представлений о текстовом кодировании и, более точно, определенное понимание руководств SGML и ИТК (??? 1990).
3 Две другие аксиомы Сперберг-МкКвина также помогут учитывать противоречивость "интерпретационной" природы обозначения в будущем: Аксиома 2: "Некоторое понимание текста наделено распределенной ценностью". Аксиома 3: "Никакой окончательный язык обозначения не может быть завершенным". (Sperberg-McQueen 1991) Данные записки представляют собой известное исключение в отношении неполноты теоретического исследования методологии текстового кодирования.
4По терминологии теории графов упорядоченные иерархии представляют собой "упорядоченные, укорененные деревья". В лингвистической теории наследственные и упорядоченные отношения часто по-отдельности описаны как "доминантные" отношения и "предшествующие" отношения.
5 Каждый имеет право обнаружить условности "редакционного", "логического" и "смыслового", применяемые в значении более или менее той же самой вещи, что мы обозначаем здесь как "содержание". Слова, что другие авторы устанавливают на место "объекта", включают в это число и "части", и "компоненты", и так и "элементы". "Элементы" фактически представляют собой технический термин SGML определения, что соотносится с нашим понятием "объекта" - однако мы продолжаем использовать слово "объект" в качестве названия для дотеоретического понимания, которое как может, так и не может быть адекватно представлено в техническом словаре SGML.
6Для дальнейшего обсуждения этих альтернативных моделей, и сравнительных преимуществ модели НАИР см. Coombs, et al. 1987 and DeRose, et al. 1990.
7Классическое представление о том, что такое наши онтологические включенности, будь они метафизически или научные, возникло в результате исследования фразеологических обозначений, использованных в важнейших теоретических решениях, проведенное Виллардом ван Орманом Квайном (Willard van Orman Quine) в своей работе "На чем это основано" (Quine 1953). Бытие, шутил Квайн, можно представить величиной связанной переменной. В той или другой форме данный критерий "онтологической включенности" может быть принят многими философами науки.
8 Всестороннее обсуждение подобных аргументов очевидно требует различения и связей следующих объектов: рукописи и издания, буквенного символа и знака и т.д. Но дать грубое предложение в данном случае адекватно предложению к интуиции повторить вариационную аргументацию.
9 Можно выбрать и третий путь: допустимо представить такое предложение - говорящее о том "что такое текст" - выглядящее несвязанным и запутанным, показывающим проблему в некотором роде "несобственным вопросом".
10 Это не предполагает, что подобные структуры могут или, напротив, не могут быть "абсолютными" или "объективными" в любом существенном либо философском смысле.
11 Два объекта A и B накладываются тогда, когда содержащиеся в одном из них объекты не представляют собой все полностью содержание, заключенное в другом.
12 В беседах в группе гуманитарных компьютерных пользователей Брауновского университета в январе 1991 года Клаус Хуитфельдт (Huitfeldt), директор Бергеновского Витгенштейновского проекта остановился на одной из позиций проводимой им презентации и записал на доске три слова. Одним подчеркиванием он связал первое и второе слово, а вторым - второе и третье. Присутствующие специалисты по текстовому кодированию вздохнули - это служило ярким примером уязвимости принципов УИОС представления текста.
13Поначалу мы могли бы не рассматривать случаи, где предложения разбиты через границы глав и параграфов (поскольку они в некотором роде представляли собой "авангардную" форму записи), когда подготавливали свой анализ. Теперь, в свете приведенных примеров, они представляются только одно или более доказательств, что возможное логическое представление структуры текста нельзя в любом без исключения случае считать иерархическим. Все же мы обратим внимание, что сила и эффект подобного метода рождены благодаря той его аномальности, когда противоположность наделена тенденцией превращения в иерархическую структуру. Фактически ранее упоминаемый эффект межперспективного наложения (рифмопоэтический, драматический, лингвистический) представляется тем, что работает против тенденции представления логических элементов текста как склонных к образованию иерархий.
14Существование и значение неиерархических описаний текстов отмечены Паулем Рором в одной его неопубликованной работе (Rohr 1991). Рор, мысля без иерархического предубеждения, присущего традиционным схемам текстового кодирования, и основывая свою работу на принципах декомпозиции и современной литературной теории, выдвинул принцип полностью неиерархической разметки текста.
15 Фактом является то, что жанровый анализ текста часто лучше выполнять как специальный случай анализа аналитической перспективы.

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru