Онтология материальной формации

Шухов А.

Содержание

Предмет настоящего исследования - попытка построения такого плана «общей онтологии» материальной формации, что в состоянии все же «вырасти» из тесного костюмчика адресных представлений. Материя во множестве присущих ей специфик, и не просто специфик, но и комплекса совместно действующих факторов вовсе не столь элементарна, как хотелось бы думать; материя столь же прихотлива, что и «бог», составляющий адресат сентенции «до бога невозможно дойти через рассмотрение голого механизма». Далее, как таковым способом ведения анализа нам послужит способ объединения известных автору представлений о функторах как бы «отвлеченного» конструирования материальной реальности, где одну часть данной коллекции образуют научно признанные представления, когда ряд других следует понимать не более чем гипотезами. И одновременно параллельной задачей настоящего анализа будет избрана и задача упорядочения картины мира в части формирования общей схемы материальной организации.

Огл. «Инертность» материи на фоне эффектов как адресатов меры

Основным источником тех квалификаций, что послужат предметом рассмотрения на открывающей наш анализ начальной стадии, мы и определим оценки, предложенные в нашей работе «Общая теория эффектов», где как таковая реальность пространства, времени и температуры в силу принятия ряда посылок и удостоилась отождествления как непременно внематериальная. Хотя в отсутствие материи и невозможно что-либо, что способно испытать или соизмерить состояние или «уровень» эффекта, но, тем не менее, сами собой эффекты уже определенно не позволяют признание как-то зависимыми от материального присутствия, непременно и бытуя на положении лишь данных само собой. Но, в таком случае, что именно и позволит отождествление как присущая материи способность заполнения или «охвата собой» эффектов как нечто «комплекса ресурса»?

Как мы позволим себе определить, ответ на подобный вопрос возможен лишь в силу принятия того допущения, что материи по отношению эффектов присуща и такого рода способность, что в разрезе некоего обобщения и позволяет истолкование как способность «сохранения формы». Это не только традиционно известная способность сохранения геометрической формы, но и способность сохранения структурной стабильности на протяжении некоего периода времени и способность удержания уровня температуры, пусть и реализуемая на условиях «сильной зависимости» от состояния среды. Конечно, в данный ряд еще необходимо добавление и способности фиксации длительности периода в многопериодном циклическом процессе. В таком случае, поскольку нарушение подобной способности непременно и предполагает условие стороннего воздействия на материальное образование, то и способность сохранения формы в ее значении специфики отождествления материального образования собственно «уровню воплощения» в нем некоего эффекта и следует понимать мерой инертности материального образования. То есть тогда эффекты для материи и будут предполагать признание уже нечто субъектами «накопительного» или, в общем случае, допускающего объемную фиксацию содержания, что и обращается нечто «субъектом удержания» со стороны материального образования, пока в сторону данного образования и не последует внешнее воздействие.

И при этом всякому материальному образованию дано обнаружить и такую специфику, как типологическая локализация относительно масштаба эффекта, в частности, или предполагающая разделение на микроструктуру и макроструктуру или - на порядки, определяемые как «порядок масштаба», на долгоживущие и короткоживущие формы, на виды «горячей» и «холодной» материи. Иными словами, материальное образование тогда и позволит признание как способное к проявлению качеств «инерции» в тех же продолжительном поддержании тех же характеристики данного объема пространства, тождественности нечто периодической регулярности или в поддержании уровня температуры. На подобном фоне и собственно специфика оказываемого на материальное образование воздействия - это любым образом сообщаемое извне нарушение его «условий существования» - изменение объема, темпа протекающих процессов или смещение уровня температуры. А тогда уже и способность не проявлять реакции или обращать на сторону такие виды воздействия и будет означать наличие у материального образования свойства инерционности собственно в части наличия нечто способности «удержания уровня» эффекта.

Конечно, подобной условной схеме не избежать постановки и ряда справедливых вопросов, в частности, вопроса о значении для материального образования изменения местоположения во внешнем пространстве, но, на наш взгляд, разрешение подобного рода проблем уже будет предполагать отнесение тогда уже к проблеме отождествления материальной комбинации в собственно значении «образования». Представляет ли собой труба и выпускаемый из нее дым нечто «нераздельную» общность или это непременно две разные структуры, образующие общность лишь в силу вовлечения в общее им взаимодействие - такая квалификация любым образом релятивна и равно зависима от задания тех принципов, что и определяют образование картины нечто «фрагмента мира». И если для собственно некоего носителя движения и само его движение будет предполагать обращение непременно внешней спецификой, то для какой-либо иной «сцены», на чем собственно и дано действовать такому движению, это движение и позволит обращение в как таковой элемент организации собственно «сцены». Так, по отношению самой себя аквариумной рыбке и дано «плыть» в аквариуме, то есть - пребывать в движении, но и при этом по отношению комнаты, где расположен аквариум, ей лишь дано «быть помещенной» в аквариум, то есть обнаруживать специфическую неподвижность. И подобной релятивности еще и притом, что она никак не предполагает преодоления, равно не дано сказываться и на специфике эффектов составлять собой нечто «меру инерционности» материальных образований.

В любом случае, эффектам и дано формировать то «пространство сцены», на чем уже дано протекать событиям, происходящим с материальными образованиями. И одновременно самим материальным образованиям дано обнаружить и заданные при посредстве эффектов характеристики инерционности, что уже любым образом способны представлять собой те же задаваемые материальным образованиям порядки их своего рода «сценического облика».

Огл. Реципиентность или способность усвоения

Любое материальное образование в его материальном обустройстве еще и характерным образом специфично, но тогда возможно ли определение и такого рода специфики материальных образований, что каким-то образом будет допускать задание и независимо от построения эмпирико-феноменологического описания? Как мы склонны судить, здесь непременно возможен и такого плана ответ, как собственно выделение такого различия между материальными формами, чему и дано состоять в различии, определяемом по непосредственно характеру способности усвоения внешнего поступления, иначе говоря, представления об условии реципиентности. Причем равно же здесь важно понимать, что на уровне нечто общей типологии, обобщающей собой преимущественное большинство задач научного познания материального мира, собственно специфике рецепиентности и дано образовать наиболее представительную группу проблем познания. Преобладающими в общей массе всевозможных видов исследований материального мира и дано обратиться исследованиям предмета, какие воздействия способны исполнять функцию источников того или иного влияния на специфику и конституцию материальных образований. Хотя познание не исключает и такого рода задач, как задачи корреляции относительно меры или уровня эффекта, например, задачи определения положения в пространстве и во времени, но такие задачи все же менее существенны в их значении результатов познания, нежели задачи на определение качеств и условий реципиентности.

В таком случае нам не избежать и попытки предложения теперь уже несколько более точного определения того предмета, чем тогда и возможно признание того же «типологически общего» свойства реципиентности материальных образований. Если исходить из подсказки нашей интуиции, то реципиентность - это проявление материальным образованием такого любого восприятия внешнего воздействия, что тем или иным образом и получает последующее воплощение тогда и в как таковой организации материального образования. И одновременно здесь необходимо и то пояснение, что подобное представление любым образом все же следует понимать лишь релятивной квалификацией, в определенном отношении уже коррелирующей с условиями глубины моделирования или подробности «задания условий» некоей схемы. Собственно в смысле данного определения если только некое материальное образование и позволит признание как нечто «безинерционный идеальный отражатель», то есть как отражатель, наделенный качествами «полноты ретрансляции» сообщаемого содержания и совершенной неспособности к внесению собственной задержки в процесс распространения импульса, то лишь подобное образование и позволит признание не знающим какой-либо реципиентности. Если же подобному отражателю или средству трансляции тогда и дано обнаружить качество пусть и не изменяющего величину импульса, но лишь вносящего собственную задержку, то и подобный отражатель уже позволит признание как наделенный и нечто его собственной реципиентностью. Равно и свойство такого транслятора допускать поглощение части импульса - это равно некое свидетельство наличия реципиентности.

То есть по отношению условий внешнего мира материальное образование тем и обнаружит специфику реципиентности, что оно или обнаружит способность частичного замыкания на себя внешнего воздействия, или - ему уже дано так обустроить русло протекания этого воздействия, чтобы выбор этого русла отражался и на как таковом протекании воздействия. Далее, теперь уже по отношению самоё себя материальное образование тем и обнаружит специфику реципиентности, что или же обнаружит способность обретения нового содержания, или - обнаружит еще и качество подверженности модификации, возможно, что и модификации ведущей к его разрушению. Но здесь мы все же позволим себе пренебречь ответом на вопрос, чему именно и дано происходить уже в случае предоставления материальным образованием внешнему процессу и такого рода русла его протекания, что с позиций условной финализации уже не найдет выражения в каком-либо происходящем с ним изменении. То есть мы, фактически, пренебрежем ответом на вопрос, что же должно происходить с проводником в случае подачи с его помощью пренебрежимо малой величины тока. Но мы позволим себе исходить из предположения, что и отождествлению реципиентности по условиям вовлечения материального образования в комплекс отношений внешнего мира тогда уже непременно следует преобладать над возможностью отождествления реципиентности по собственно условиям бытия материального образования.

Если собственно устройство мира и подразумевает становление в нем такой специфики, как реципиентность материальных образований, то здесь равно возможна еще и гипотеза теперь уже наличия нечто побуждающих реципиентность «агентов», иными словами - функторов, инициирующих проявление реципиентности. Скорее всего, таковыми и возможно признание тех же материальных образований, - вещества и поля, а также и энергии в ее значении своего рода «кинетики». Соответственно каждому из них и дано предполагать тогда и свою собственную коллекцию форм инициации реципиентных проявлений. А с этим, как мы склонны судить, и само общее понимание уже вполне позволяет его исчерпание, но притом, что и построение подробной онтологической схемы явно невозможно без той же детализированной типологии тогда уже полного многообразия форм такого рода реакций.

В таком случае если равно не отвергать подсказку нашей интуиции, то для общей схемы уже куда более существенно различение реципиентности не по условию «формы инициации» следующего из нее отклика, но - по условию глубины реакции, на основании чего и возможно построение некоей существенной схемы. Специфику такого рода «глубину реакции» тогда и дано образовать собственно признакам «быстроты наступления» последствий - или они в состоянии наступить немедленно, или - им еще недоступна возможность немедленного проявления, но имеет место инициация некоего накопительного тренда, как и то обстоятельство, что результату воздействия каким-то образом дано предполагать и специфические формы воплощения. В таком случае, если некое материальное образование в смысле присущей ему реципиентности и позволяет оценку как открытое практически одномоментному наступлению последствий, то здесь и возможно предположение нечто реальной реципиентности. Если одним помещением соли в воду и возможна инициация процесса растворения, то здесь вода в ее функции растворителя и позволяет отождествление как наделенная формой реальной реципиентности. Но если мы выбираем такую соль, в отношении которой для инициации процесса растворения нам необходимо задание и нужного уровня температуры, то здесь относительно текущих условий и возможно указание уже не реальной, но проективной формы реципиентности. Равно и некоему веществу дано обнаружить те же свойства сверхпроводимости, но проявлять их лишь в условиях сверхнизкого охлаждения.

Подобным же образом возможно построение и квалифицирующей схемы, различающей свойство реципиентности теперь уже и по признакам результативности. Какой бы именно результат не дано было вызвать наличию у некоего материального образования и некоей же формы реципиентности, он, в любом случае, уже подтвердит само наличие реципиентности. Но если определенный интерес и дано обнаружить собственно деталям, то следует предложить и такой критерий, чье приложение собственно и позволит соизмерение некоей реципиентности с предопределяемой ею результативностью. Здесь явно возможны целый ряд таких возможных кандидатур, из которых, как мы понимаем, наилучшую функциональность и дано обнаружить структурному критерию. В частности, если нам дано рассматривать некое непременно «физически незначительное» событие в виде крошечного изменения температуры физического тела или уже названного выше протекания по проводнику очень слабого тока, то здесь и возможно представление о дополнении материальной структуры неким новым элементом при сохранении в целом ее практической неизменности. Далее, теперь уже некоей иной формой обретения определенного результата по условиям наличия некоей реципиентности тогда и возможно признание картины наложения новации на то же множество элементов состава структуры, примером чему и следует понимать простое изменение геометрической формы предмета, растяжение пружины. Наконец, еще одной возможной формой такого результата равно возможно признание и теперь уже состояния существенной реструктуризации материального образования, чем и возможно признание тех же добавления и устранения элементов условно «несущей» структуры, что и происходит в случае в случае перераспределение функции несущего начала на новое множество элементов.

Конечно, самой возможности предложения подобной типологии тогда и дано исходить из собственно порядка представления события обретения такого результата лишь исключительно как последствия однократного акта. Однако реальности помимо формы однократного акта не дано исключать и наличия такой формы, как тренд. Причем здесь немаловажно не забывать, что тренд - это никоим образом не события космических масштабов, наподобие эволюции Вселенной или биологической эволюции, но - и простая картина роста сосулек. В таком случае, как следует признать, вслед за схемой, условно, «элементарной» реципиентности не обойтись и без построения схемы, положим, уже нечто «проективной» реципиентности, что, тем не менее, с философских позиций, мы, как ранее и проблему форм инициации реципиентных реакций будем определять как проблему построения той же детальной онтологической схемы.

Тем не менее, и данному сугубо обобщенному анализу не избежать и некоего сугубо «технического» дополнения, чем тогда и возможно признание предмета такой важной характеристики материальной реальности, как предложенная нами в одной из наших работ характеристика разомкнутости. «Разомкнутость» - это такого рода специфика материальной реальности, чему тогда и дано означать открытость некоей материальной формы для ее обращения объектом определенного воздействия; а тогда с точки зрения предложенной здесь теории условие «разомкнутости» и позволит признание непосредственно подобием схемы «прямой реципиентности». Кроме того, равно нам не помешает и указание обстоятельства, что теперь уже альтернативной характеристикой реципиентности тогда и возможно признание способности к поддержанию изоляции, по существу, способности материального образования безусловным образом не впускать импульс внешнего воздействия в пределы собственной структуры. А тогда, если отсутствуют условия изоляции и материальное образование не принимает на себя исполнение роли идеального отражателя, то оно и заявляет себя как нечто не лишенное и неких качеств реципиентности.

Огл. Материальное разнообразие, оно же - многообразие комбинаций

Материальная действительность равно позволяет осознание и как своего рода «космос» материального разнообразия. Причем подобному многообразию не дано исключать и неких форм структурирования, скажем, такой формы, как «уровневая корреляция» - имеют место различные «уровни организации» материальной структуры, каждому из которых дано обнаружить и свою особенную специфику. Помимо того, подобного рода уровни - это еще и никоим образом не уровни структурной однородности, поскольку, скажем, тем же элементам связанного с данным уровнем микроуровня, напротив, еще и дано обнаружить возможности включения в те же порядки ассоциируемого с ним макроуровня. В таком случае, здесь и возможно признание правомерности постановки задачи, что же именно и следует понимать как собственно условие того разнообразия, что и позволит отождествление как нечто «мера обустройства» некоего уровня материальной организации?

Тогда и следует начать с указания на то непременное констуитивное начало всякой материальной структуры как ее любым образом синтетическая природа. Конечно, физика в ее прогрессирующем проникновении в структуры микромира все еще не в состоянии проникнуть и в связи синтеза таких физических форм как электрон и, тем более, нейтрино, но, тем не менее, она уже определенно преуспевает в попытках разложения таких «массивных» частиц, как адроны или их «строительные блоки» кварки. Возможно, что рано или поздно и на таком пути возможно достижение предела, но тогда уже тому факту, что все лежащее выше подобного предела непременно и предполагает синтетическую форму организации и дано указывать на то же явное преобладание синтетической природы в собственно построении материальных образований.

То есть при некоей грубости нашей схематизации, ее пренебрежением и наличием нечто верхнего предела в виде тех же высокомолекулярных агрегатов как собственно предела синтеза вещественных порядков, мы все же позволим себе понимание форм материальной организации как явно синтетических и еще как образованных на условиях обладания еще и способностью синтеза макроформ. И тогда каждому уровню материальной организации вполне возможно отождествление и такого рода условий имеющего место многообразия ассоциаций, что уже непременно будут следовать из наличия таких привходящих, как средства подобного синтеза, порядки формирования комбинации и еще и такого важного начала, как верхний предел условия динамической отзывчивости. В таком случае, что именно и следует понимать под нечто названным здесь качеством «динамическая отзывчивость»? Здесь речь о том, что для неких форм, принадлежащих некоему уровню материальной организации и нечто внутренне порождаемая динамика, непременно и признаваемая для данного уровня материальной организации на положении легкой, уже определенно будет исключать ее восприятие данной системой в наделении ее спецификой нечто источника целостной формы отклика. По сути, мы и предпринимаем здесь попытку предложения теоретического обобщения для реальности таких известных материальных форм, как радиоактивность, нестабильные молекулы, всякого рода адронные состояния, промежуточные бозоны или высокоэнергетические частицы, существующие на протяжении лишь небольшого промежутка времени.

Тогда если обобщить присущие уровню вещественной организации виды специфики уже посредством предложения условной «формулы», то он и позволит отождествление как нечто типический формат комбинации, определяемый условиями синтеза в виде подлежащих комбинированию частей, далее - возможностью существования, задаваемой, быть может, еще и характером окружения, и - еще и спецификой сочетания образующих комбинацию элементов. Или - фундаментальная характеристика такой страты, как «уровень материальной организации» тогда и позволит определение непременно на основании характеристики «способность образования», в частности, скажем, на сегодня на наиболее изученном уровне атомарной организации - это форма вещественного порядка, известная как нечто «периодическая система» химических элементов. И здесь каждый из подобных элементов в его качестве некоей формы вещественной комбинации и будет предполагать понимание как нечто форма этого «вещественного порядка», хотя и порядка, что в отношении образующих его частей уже принадлежащего некоему более фундаментальному уровню.

А далее относительно каждого такого уровня и появится возможность теперь и задания порядка объединения тех форм, что тождественны данному вещественному порядку, еще и посредством их агломерации, что и позволит признание как нечто приданные данному уровню ансамблевые или агрегатные построения. То есть если возможно выделение и такого среза, что не позволяет перенос на некий следующий уровень, положим, в случае, когда некий атом предполагает отождествление как исполнитель функции такого узла кристаллической решетки, где невозможно формирование какой-либо молекулярной комбинации, то там и обнаружится нечто «агрегатное» построение кристалла сугубо атомарного порядка. Как мы позволим себе допустить, подобного же плана специфику дано обнаружить и тем же «пучкам» элементарных частиц, в частности, электронным пучкам. Тогда уже напротив, если ролевая функция «элемента сложения» вещественного порядка и будет предполагать возможность передачи от атома теперь уже молекуле как охватывающей атом форме организации, то тогда и произойдет задание следующего уровня организации или уровня комбинационной вариативности.

Другое дело, что и специфике образования агрегата, как и специфике воспроизводства вещественного порядка, равно дано предполагать и подчинение действию специфических условий синтеза, положим, что подчинению условиям сродства частиц или элементов, или, что равно вероятно, и таких условий синтеза, как влияние внешнего окружения. Здесь если все те же одноатомные кристаллы и позволят признание продуктами самообразования, то, напротив, пучки электронов - уже непременно структуры, каким-то образом образованные по условиям внешнего действия.

Само многообразие подобного рода причин тогда и позволит сведение в ту общую причину, в силу которой каждый уровень материальной организации и дано отличать собственной специфике вещественно-порядкового и агрегатного разнообразия. Причем в ряде случаев, возможно, здесь вполне уместен и пример того же нейтрона, этой специфике дано предполагать и возможность пересекаемости, хотя и сам собой приведенный пример - не более чем условный, поскольку нейтрон, в отличие от протона и электрона уже не располагает возможностью длительного существования в свободном состоянии. Тогда и как таковое условие, каким именно образом материальной действительности и дано координировать явления, реализуемые на различных уровнях ее организации, и следует признать заслуживающим отдельного исследования.

Огл. Энергетическая пирамида и уровни «пирамидальных плато»

Некогда физике элементарных частиц дано было представить формулировку одного любопытного принципа, но, увы, данное направление познания не распознало в нем условия, сообщающего о наличии некоей принципиально важной особенности. Или - некий анализ образования адронов из кварков и позволил физикам предложение такой оценки:

С точки зрения квантовой хромодинамики можно сказать, что адрон подобен атому: аналогично кулоновским фотонам, которые связывают положительно заряженное ядро и отрицательно заряженные электроны в нейтральный атом, глюоны, переносящие цветовое взаимодействие, связывают сложную кварк-глюонную систему в бесцветный адрон. Далее вне атома действуют «остатки» электрических сил - так называемые силы Ван-дер-Ваальса, которые соединяют набор атомов в молекулу или макроскопическое тело. Аналогичным образом остатки цветового взаимодействия ответственны за сильное взаимодействие бесцветных адронов, в частности за ядерные силы, удерживающие протоны и нейтроны в атомном ядре. (М. Шехтер, «Кварки», цит. по «Современная теория элементарных частиц», М., 1984, с. 46)

Это теперь науке уже дано убедиться, что существенное повышение температуры при неизменности плотности материи придает структуре материи вид смеси бозонов Хиггса, а на момент формулировки цитируемой констатации это представление еще далеко не оформилось, и потому принцип понижения энергетической плотности при переходе на макроуровень и не предполагал признания характерной ему значимости. Тем не менее, в наше время познанию уже дано пребывать во всеоружии всех необходимых оснований для формулировки принципа энергетической пирамиды - специфику материи дано составлять еще и принципу организации, когда непременно более сильной энергетике микроуровня дано оставлять для обустройства макроуровня лишь существенно меньший ресурс энергии, чем использовать самой. То есть в любом случае, если некое развитие событий и допустит выделение активных элементов микроуровня, то их и следует определять как не лишенные и способности нарушения стабильности тех же форм макроуровня. Хотя, конечно, здесь не следует упускать из виду, что на данное условие равно возможно наложение и того же условия многолинейности вертикальной структуры организации материи, грубо говоря, следующего из различия линий фермионов и бозонов. То есть электрон, хотя он и предполагает признание принадлежащим микроуровню, все равно прямо не располагает возможностью разрушения атомного ядра, поскольку в некотором отношении как бы и «проходит по другой линии». Но уже появление в веществе наделенного мощным импульсом протона или нейтрона и обнаружит способность вызова ядерной реакции. Хотя и действие подобной закономерности все же условно - очевидную аномалию тогда и дано составить «ядру атома водорода»; но, на наш взгляд, физике не помешает и чуть «плотнее» осмыслить предмет реальности «медленного» протона и, можно допустить, рассмотреть подобную ситуацию и на условиях приложения к ней принципа «обращения энергии в массу».

Но уже в нечто «сухом остатке» нам тогда и дано получить картину того положения, что переход от микроуровня к макроуровню - это же и переход к состоянию меньшей интенсивности обмена энергией. И потому формы макроструктуры и следует определять как «уязвимые» перед действием микроструктурных составляющих тех элементов, что и образуют собой подобные макроформы. А тогда и каждый уровень организации материи и следует понимать тем или иным «пирамидальным плато» в той пирамиде, где масштаб энергии и масштаб структуры при переходе с уровня на уровень и претерпевают изменения в противоположном направлении.

Отсюда и нечто «любопытным моментом» тогда и возможно признание того обстоятельства, что высокомолекулярные соединения и, в том числе, биологические структуры, если и брать их своего рода «собственный» ресурс энергии, и следует относить к числу материальных форм, уже наиболее слабых по уровню объема перемещаемой энергии. А отсюда и возможно то допущение, что, вполне вероятно, возникновение жизни и не следует связывать с инициацией эволюционного тренда непременно высокоэнергетическими формами химических реакций, но, быть может, и следует определять как порождение низкоэнергетических форм особого рода реакций органического синтеза. Тогда если прибегнуть к понятию о нечто «типичном порядке» поиска возможности возникновения жизни, то такой порядок - это любым образом поиск, организованный по привычной для химии схеме «ДКТ» - давление, катализатор, температура. Но здесь же и принципу «энергетической пирамиды» дано порождать и гипотезу, согласно которой появление жизни - тогда это результат тех обстоятельств, что и определяют собой бытность неких «тихих заводей», где когда-то и происходило накопление «первичного бульона». Или - в таких «заводях» и могло иметь место образование тех высокомолекулярных низкоэнергетических формаций, что, подобно прионам, в силу одной лишь характерной «низкой» энергетики и пребывали в состоянии непрерывного переустройства. То есть как таковая низкоэнергетическая природа биоформ и наделила их таким отличающим их качеством, чем и возможно признание той же неспособности образования стационарного состояния и следующего отсюда обращения их бытования и нечто непрерывной чередой «образования и распада». По крайней мере, подобный «намек» и дано подать нам уже собственно «конституции» энергетической пирамиды.

В завершение лишь необходимо отметить, что познание пока не обнаружило такого перехода, что и позволял бы предполагать и некое вероятное нарушение своего рода условий существования «энергетической пирамиды».

Огл. Резистантность как различие во «внутреннем комфорте»

Равно правомерным возможно признание и того предположения, что материальной реальности дано допускать возможность и той формы резистантности, что предполагает отнесение к типологии реципиентности - материальному образованию дано знать и такую форму сопротивления, как сопротивление посредством утраты элементов или изменения связей содержания. Собственно подобная специфика и образует собой природу таких явлений, как трение, пластичность, аннигиляция заряда и т.п. Но здесь же возможно указание и на другой вариант реализации все той же схемы воспроизводства резистантности, когда материальному образованию дано развивать его силы сопротивления уже за счет нарушения «комфортности» образующих его фрагментов, элементов или частей. Наилучшая иллюстрация такой способности - это ситуация избыточного для некоей среды окружения давления газа в закрытом объеме, что мы знаем на примере тех же автопокрышек. По существу, та же специфика - это и заряженное состояние конденсатора, когда просто замыкания его обмоток посредством внешней цепи уже достаточно для инициации разряда конденсатора.

Как подобной картине и дано видеться нашей интуиции, схема проявления материальным образованием его способности резистантности через нарушение внутреннего комфорта - это уже не реципиентность как такового образования, но - реципиентность его частей. То есть схема «нарушения внутреннего комфорта» - это явно схема трансляции внешнего воздействия непосредственно материальным образованием непосредственно на собственные элементы. Отсюда и ту форму энергии, что в физическом понимании и предполагает отождествление под именем «потенциальной» тогда и следует определять как энергию дискомфорта частей материального образования. Причем для данной формы энергии эту специфику явно следует определять как универсальную - она, в частности, в точности та же и для того же гравитационного взаимодействия, относительного которого познанию пока так и не удалось определить, какие именно части и следует рассматривать как «испытывающие дискомфорт».

Но, в таком случае, важный вопрос - что же такое кинетическая форма энергии, что в действующих физических представлениях уже не предполагает отождествления как явным образом замкнутая на реальность структуры вероятного материального образования? Как мы склонны допустить, все же действительность кинетической энергии тогда и следует связывать с такой спецификой, как специфика «населенности» физического пространства. С одной стороны, физике дано видеть свое физическое пространство именно как не предполагающее возможности выделения фрагментов не населенного (совершенно пустого) пространства, поскольку миру в любой его части и дано обнаруживать сильное «загрязнение» уже по причине переполнения бесконечным числом различных эмиссий. И одновременно такое «загрязнение» не только не в состоянии представлять собой и непосредственно источник возбуждения гравитационных волн, чье появление и возможно лишь вследствие звездных катастроф, но и, помимо того, собственно на данном фоне и появляется возможность фиксации такого важного физического функционала, как кинетическая энергия. В таком случае и реальность «не материальной» кинетической энергии во «всегда населенном» пространстве и позволит признание как нечто весьма любопытная комбинация, вполне вероятно, позволяющая и некое теоретическое осмысление. Скорее всего, если плотность «гравитационного наполнения» столь высока, что именно в этом и следует видеть причину невозможности «легкого способа» возбуждения гравитационной волны, то отсюда и кинетическую энергию можно рассматривать как нечто особую форму потенциальной энергии.

А далее если всемогущий «творец» и позволил нам «убрать» кинетическую энергию и избрать предметом рассмотрения лишь переходы между формами потенциальной энергии, «расход заряда конденсатора на сжатие пружины», то такой простой схеме и дано предполагать лишь перенос состояния внутреннего дискомфорта одного материального образования на то или иное следующее образование. В подобном отношении и собственно «закон сохранения энергии» будет означать лишь принцип конверсии дискомфортных состояний, но где пока что «нулевым» случаем такой конверсии и следует понимать переход потенциальной энергии в ее кинетическую форму. Но, тем не менее, мы позволим себе настаивать, что относительно последней все же возможны сомнения, а не представляет ли она и просто некую форму потенциальной энергии? А тогда, если «нет другой формы энергии, кроме потенциальной энергии», то и само собой энергию следует понимать как всего лишь меру внутреннего дискомфорта системы, то есть - системы по имени «материальное образование». Нам явно следует взять на заметку данный момент и вспомнить о нем уже при обращении к проблематике физической «массы».

Огл. Возмущение и его укротитель «процесс-фиксатор»

В истории знакомства автора с идеями физических моделей имел место и любопытный случай продолжительное время странно безуспешной попытки понимания природы «прозрачности сплошных сред», попросту говоря попытки поиска физического объяснения прозрачности стекла. В конце концов, нам «посчастливилось» раздобыть эту информацию из объяснения, указывающего на обладание электронными оболочками спецификой нечто «запрещенных зон», различных у различных веществ. То есть очевидная особенность непрозрачного вещества - это любым образом невысокое значение энергии запрещенной зоны, что и позволяет фотону перевод электрона на следующий уровень орбиты и, тем самым, передачу атому имеющейся энергии. Напротив, вещество с высоким значением подобной энергии уже явно не позволяет передачу атому энергии фотона путем перевода электрона на более высокую орбиту, что и придает столкновению фотона с электроном, можно допустить, специфику как бы «двустороннего обмена» энергией, что, соответственно, обеспечивает фотону возможность следования в заданном направлении. Из представленного примера и дано следовать, что физической действительности знакомы и такого рода формы или условности, как возмущения, носители возмущения и успокоители возмущения. Но в рамках данной тематики наш интерес мы все же позволим себе обратить на предмет, как именно устроены не сами собой возмущения или их носители, но теперь уже успокоители возмущения. Тогда, положим, если построить наше рассуждение «в логике» предшествующей части нашего анализа и допустить возможность построения таких успокоителей уже как систем, создающих дискомфорт для собственных частей, в свою очередь, создающих дискомфорт и для частей этих частей, то подобный порядок и обратит такую схему неким аналогом «дурной бесконечности». Но не найти ли нам и некий альтернативный вариант построения подобной схемы тогда и среди тех же богатств «кунсткамеры природы»?

Тем не менее, прежде чем углубиться в анализ некоей возможной схемы «успокоителей возмущения», нам не избежать пояснения и собственно значимости подобного рода форм для собственно комплекса возможностей физической действительности. Важно понимать, что наличие успокоителей возмущения для физической действительности - это и наличие такого функционала, как функционал инерционной стабильности. Если миру и дано было бы знать лишь исключительно нестабильные формы, то было бы невозможно и определение той величины минимального кванта, что, в представлениях физики, и есть величина минимально возможного промежутка времени, что в принципе предполагает задание при посредстве материального взаимодействия. Если бы мир уже совершенно не знал возможности успокоения возмущения, то он не знал бы и возможности того закрепления физических констант, а также и такого представления всего физически действительного, как его задание посредством признания «постоянным» в собственных свойствах. Другое дело, что физике уже как бы «не вполне ясна» такая специфика, а также ей явно незнакома и идея осмысления того любопытного обстоятельства, что невозможен и такой эксперимент по обнаружения элементарных частиц, что не предполагал бы завершения в пузырьковой камере. Скорее всего, этой замечательной камере и во веки вечные нести ее службу средства регистрации подобных экспериментов, поскольку ни одна из получаемых в этих опытах форм как бы странным образом не обнаруживает качества наличия массы покоя.

Но и самоё физика вряд ли позволит признание как нечто идеально «систематическое» направление познания, хотя в числе физиков все же и довелось оказаться некто, кто и предложил идею, пусть и не самым прямым образом, но все же как-то указывающую и на проблематику «успокоителей возмущения». Конечно, здесь нам и следует заявить о признании той очевидной заслуги Вернера Гейзенберга, чем уже непременно дано послужить предложенной им идее, что «условия физического эксперимента могут быть сформулированы лишь в понятиях классической физики». Фактически «условия физического эксперимента» и позволяют формулировку не «в понятиях классической физики», но именно посредством задания определенных форм постоянства, что в таком своем качестве и есть не более чем лишь нечто «технически» особенная реализация неких успокоителей возмущения. На деле лишь успокоителям возмущения и дано образовать тот «мир статики», что один лишь способен принять на себя функцию того начала задания любой «координатной сетки», на что собственно и возможно наложение физической динамики.

Тогда какой именно особенности или специфике природы материи и дано стоять за как таковой возможностью реализации «успокоителей» возмущения? Первое - и в отношении данной проблемы не помешает попенять физике теперь уже и на то, что она явно не столь внимательна к такому существенному предмету, как специфика резонансной природы определенных отделов материальной действительности. Или - если и для любым образом не микроскопических механических явлений тот же математический маятник - это не более чем некая идеализация, то, напротив, тогда уже структура атома - это само собой форма обустройства подобного рода схемы «идеального баланса». Или - собственно структура атома это и есть построение комбинации, что и позволяет достижение такого удивительного равновесия, когда и собственно динамика будет подлежать консервации на условиях, как-то позволяющих уподобление тем же идеальным переносам энергии в схеме математического маятника. Собственно обретению такой идеальной формы «поглощения и испускания» мы и обязаны существованием тех же успокоителей возмущения. Причем важно, что подобная специфика - это собственно специфика подобной системы, но никак не некое наложенное извне условие. Иными словами, «успокоение» возмущения и следует понимать возможным благодаря тому, что дано иметь место и возможностям замыкания такого возмущения, причем, что важно, как по его собственным причинам, так - и по причине образования и цепочки обстоятельств «бег по кругу». В дополнение здесь явно не помешает указание и на наличие такой составляющей, как резонансный аспект собственно порядка подобного успокоения. Та траектория, по которой собственно и следует подобный «успокоенный» носитель динамики, непременно и предполагает задание спецификой предельно низких объемов обмена энергией, чему тогда и дано означать, что ее спецификой следует понимать еще и нечто способность самостабилизации теперь уже за счет испускания избыточных доз энергии.

В развитие данного анализа не следует забывать и о том, что возможности реализации «успокоителей возмущения» явно не беспредельны. Свидетельством тому и возможно признание действительности тех же спонтанных, то есть сугубо внутренне порождаемых процессов, что подтверждает существование и таких явлений, как, конечно же, наиболее известная из них радиоактивность, но одновременно, и «более элементарное» старение пластмасс. Или - как бы «сама собой» способности успокоителей возмущения «поддерживать баланс» неким образом все дано обнаружить и корреляцию с такой спецификой как конфигурация или объем подобной структуры. Здесь принятие неким успокоителем или же характерной конфигурации, или - достижение им некоей характеристики объема и обусловит развитие в нем ситуации или процесса дисбаланса. Но нашей задачей мы все же склонны понимать не рассмотрение физики подобного рода коллапсов, но - не более чем указание и на некие пределы как таковой возможности «успокоения» возмущения.

Скорее всего, физического мира и элементарным образом не было, если бы он не знал и такой возможности, как условно функция «умиротворения» возмущения. Важно понимать, что и сама возможность агрегации - та возможность, чему и дано представлять собой явное «начало» - это именно возможность объединения друг с другом нечто непременно же «формативно завершенных» частей.

Огл. Среда агрегации как форма «русло-потоковой» организации

То положение, в силу которого физическому миру дано представлять собой не иначе, как нечто «многообразное собрание» агрегатов - это отнюдь не условие, что каждому из таких агрегатов дано обнаружить и нечто «равное достоинство». Наполняющие мир агрегаты это равно же разнообразные формы как в части присущего им масштаба, так, в той же мере, условий разомкнутости и сродства. То есть агрегатным формам любым образом дано предполагать признание и как допускающим реализацию на условиях присущей им специфики «агрегатного веса и агрегатного интерфейса». Причем элементами или слагаемыми подобного рода «веса» и «интерфейса» равно возможно признание и весьма широкого спектра специфик - так, заливающий все доступное пространство поток света уже непременно позволит признание как явно существенный «вес», хотя с позиций лишь относительного признака физическая «масса» это уже не так уж и много. Равным же образом своей специфике дано отличать и условие интерфейса, где той же непроницаемости некоего вещественного образования для потока света уже не дано означать и непроницаемости для рентгеновских лучей. Отсюда и как таковое качество материального образования как различно проницаемого будет представлять собой комплекс задатков и для исполнения им такой роли, как роль построителя русла в отношении одной разновидности потока и, здесь же, роль построителя преграды для другой разновидности.

Причем еще и само собой бытование или на положении «русла», или - «преграды» будет предполагать и определение на условиях выделения специфических пределов. Здесь той же сверхтонкой металлической фольге уже дано обнаружить качество проницаемости для потока света, а непомерной толщины слою стекла уже не предъявить и свойства прозрачности. Но в дополнение к этому существенное значение также дано отличать и следующее - в своей способности образования и русла, и преграды материальным агрегациям равно еще дано обнаружить и специфику динамической корреляции. Для наших дней куда более уместен пример концентрации энергии в непродолжительном импульсе лазерного излучения, собственно и придающей ему разрушительную силу, но в традиционной механике собственно сила взрыва во многом и предполагает определение тем же условием скорости прохождения фронта волны. То есть, как и для традиционного водопровода, характеристикой прочности трубы уже возможно признание не только устойчивости в отношении статического давления, но и устойчивости в отношении способности выдержать «гидравлический удар».

Практически ту же оценку следует понимать справедливой и по отношению природы потоков. Как таковые потоки тогда и будут предполагать признание уже в значении реалий, не чуждых и возможности обретения формы и регулярных, и - периодических, и, равно, ламинарных или турбулентных, сплошных или фигурных и т.п. Потокам равно дано обнаружить и способность продолжения вплоть до достижения преграды, как равно и способность прекращения уже задолго до достижения рубежа блокировки. Кроме того, потокам дано обнаружить и качество собирательности по отношению точки фокуса, чем тогда и возможно признание тех же центра массы или позиции нахождения точечного заряда, но собственно средством образования геометрически оформленного «тела потока» уже определенно следует видеть и нечто внешние причины. Напротив, тогда если и твердотельную фазу определять как нечто «поток нулевой скорости», то ей одной тогда и дано обнаружить такую специфику, как «восприятие внешней динамики системой в целом». Если же мы имеем дело не с твердой фазой, а, скажем, с жидкостью, то здесь внешняя динамика и предполагает восприятие именно частью системы, допуская изменение своего вектора при переходе от части к части. Если же говорить о поле в его конституции потока, то если его и отличает такой характер восприятия внешней динамики, когда ее ожидает фиксация лишь частью системы, то уже характер перехода заимствованной динамики между частями системы и обнаруживает специфику как бы «заранее нормированного». По крайней мере, такие оценки и позволяют вынесение на основании известного по физическим моделям описания данных явлений.

Далее, если материальную реальность и определять как нечто многообразную комбинацию агрегатов, то тогда она и позволит признание еще и как нечто непомерно многослойный «слоеный пирог». Хотя, предположим, если и толковать в подобном смысле такой предмет, как «камень с прожилками», то здесь невозможно ожидать и того простого ответа, предполагает ли данный вариант агрегации его отождествление как нечто «слоеный пирог», но, тем не менее, подобная форма тогда уже позволит признание хотя бы и «кандидатом в» такие структуры. Иными словами, реальному миру топологических форм, каким ему и дано предстать теперь уже как объекту исследования различных «описательных» направлений и подотделов физического познания, в частности, астрономии, геологии или климатологии, тогда уже дано обрести вид и сложной по характерной топологии агрегации множества слоев, организованных как комбинации русл и потоков. При этом и своего рода «естественная история» всякой материальной агрегации - это еще и характерная история стойкости русла и стабильности потока; на подобном фоне и история материального «агрегатного комплекса» - это условно история «устойчивости» некоей комбинации русл и потоков в отображении специфики такой «стойкости» уже в нечто картине «сотрудничества» различных привходящих.

Но в связи с проблематикой реальности материальной агрегации тогда лишь стоит выразить сожаление в столь свойственном физическому познанию отторжении всякой систематизации выстраиваемой там картины. Во всяком случае, физическое познание уже определенно не думает о предложении такого варианта типологической дифференциации, что и позволил бы сопоставление с предложенным здесь разделением на «вещественные порядки» и «материальные агрегации».

Огл. Масса в ее функции «начала приведения»

Если физика и философия когда-то и преуспеют в построении спекулятивно-качественной теории «массы», то существенная поддержка в построении такой концепции и будет предложена со стороны осознания природы такой формы организации социальной действительности, чем и возможно признание условия «эгалитарности». «Масса» в ее качестве физической характеристики тогда и позволит отождествление тем специфическим оператором, чему и дано устранить едва ли не всякое различие физических конкреций в части присущей им специфики, когда сравнение по условию лишь «массы» и обусловит отождествление как равных пышной копны сена и почти незаметного слитка свинца.

Поскольку положение источника представления о предмете «массы» и следует отождествлять картине гравитационного взаимодействия, то есть характеристике гравитационной массы, то анализ природы подобного «оператора приведения» и следует начать с рассмотрения поведения твердого тела в качестве субъекта, собственно объемлющего собой нечто комплекс «успокоенного возмущения». То есть масса здесь и позволит признание уже нечто непременно видом возмущения с тем как бы «нулевым эффектом», что и само собой не предполагает усвоение успокоителем возмущения именно как возмущения. Кроме того, обязательное условие реализации подобной специфики тогда и составит собой способность материальных образований, идентифицируемых как «масса» теперь уже к целостному, равномерно распространяемому на всю структуру восприятию подобного «возмущения с нулевым эффектом». Более того, неустранимая реальность «физической неидеальности» в виде неизбежного наличия моментов сил и вынуждает физическое познание к формулировке идеализма «центр тяжести» и концентрации массы именно там как в нечто точечной конкреции. На наш взгляд, собственно подобному отношению физики и следует придать значение прямого подтверждения определяемого нами понимания массы в ее значении «возмущения с нулевым эффектом». А далее способность материальных образований равным образом откликаться и на инерционное воздействие, как и на присутствие в гравитационном поле и порождает идею инерционной массы и принцип практической идентичности инерционной и гравитационной массы. Инерционную массу тогда и следует видеть тем состоянием бытования комплекса «успокоенного возмущения», когда что гравитационное, что и инерционное возмущение уже определенно будут исключать передачу внутрь данного комплекса собственно «в правах возмущения».

Но далее развитие физики приносит нам и потребность в фиксации не только массы как характеристики комплекса «успокоенного» возмущения, но и как характеристики материальных образований, уже исключающих приведение к такому состоянию, но бытующих лишь в условиях нахождения в движении. Что тогда для подобных носителей специфики и дано означать характеристике «масса»? Такой характеристике, по существу, тогда и дано означать не особо и сложную вещь: если в некоей схеме мы прибегаем к рассмотрению подобных постоянно движущихся форм на условии описания их взаимодействия по правилам взаимодействия комплексов «успокоенного возмущения», то нам и следует оперировать здесь подобной характеристикой. Насколько же реально подобной схематизации уже дано приблизиться к истинному порядку совершения взаимодействия - это, конечно, вопрос еще не получивший ответа. Но, скорее всего, и здесь материальным образованиям дано обнаружить и некую специфику «чистого остатка», что будет характеризовать их и как допускающие «восприятие возмущения с нулевым эффектом».

Но тогда в дело и дано вмешаться теперь уже и радиоактивности, что впервые открывает познанию и реальность «дефекта массы». В результате радиоактивного распада некий вещественный порядок и позволяет обращение в вид коллекции неких следующих вещественных порядков, что, будучи собраны вместе и обнаруживают значение массы, не тождественное исходной массе первоначального вещества. То есть первоначальная система как бы еще и выделяет из себя элементы, теперь уже «не участвующие» в «играх» с фиксацией возмущения «с нулевым эффектом». И почему-то подобный аспект и обнаруживает свойство представлять собой «крайне неприятный» для физического познания. При этом физика видит реальным и обратный процесс - комплексу «успокоенного возмущения» равно доступна возможность и усвоения нечто, хотя явно и не участвующего в подобных «играх», но каким-то образом и вызывающего собой изменение способности подобного комплекса к участию в таких «играх» теперь уже на условиях «возрастающей» массы. Но дело в том, что масса как была, так и продолжает быть мерой усвоения возмущения, пусть и с нулевым эффектом в его «функциональности возмущения». А сами физики как бы живут лишь внутри области физического познания и явно не любопытствуют в части находок всех прочих областей познания. Почему-то им недоступна и та простая вещь, что «повышение скорости оборота снижает потребность в оборотном капитале». Если и масса, как, все же, мера усвоения возмущения, собственно и замкнута на что-то подобное «скорости оборота», то в таком случае и не следует ожидать каких-то проблем с условием дефекта массы. Но здесь тогда и дано открыться проблеме, а что именно следует характеризовать и как собственно «подлинный признак» материальной эгалитарности? Может быть, просто массе в ее значении уже квазиэгалитарности каким-то образом и дано обнаружить специфику явно не идеальной в способности «представлять собой физический критерий».

Огл. Материальные образования с позиций «эксплуатационной нагрузки»

В знаменитом «Материализме и эмпириокритицизме» Ленин буквально как заклинание готов повторять рефрен «движение невозможно без материи», но, как можно допустить, под этим ему и дано понимать все же нечто, что непременно предполагает и несколько иное осознание. Скорее всего, он ведет речь о как таковой способности материального образования составлять собой носителя того внешнего движения, что и предполагает задание данному образованию теперь уже со стороны некто или нечто «выгодоприобретателя исхода» некоего события. Поскольку более наглядным примером здесь и возможно признание примера поступка человека, хотя это действие по существу ничем не отличается и от действия субъекта неживой природы, то нам и следует представить подобный пример; скажем, тот, когда человек бросает палку в яблоню и сбивает яблоко. Для человека возможность попадания чем-то в некую цель и дана лишь в случае предоставления в его распоряжении определенного материального объекта. В данной картине ничего не изменит и возможность для человека придания чему-либо ресурса неубывающей инерции, положим в случае движения в пустом пространстве; подобная установка если и предполагает некую специфику, то лишь в части изменения характера цели, теперь «не фиксированной», но - никак не возможности задания материальному образованию специфики «носителя движения».

В таком случае материальные образования и следует определять как наделенные такой способностью, чем и возможно признание теперь уже способности восприятия нечто эксплуатационной нагрузки. Причем дело не только в способности материальных образований каким-то образом различаться по характеристике достаточности в способности несения этой нагрузки, но и в способности обнаруживать различия и по характеристике достаточности в части возможности возложения на них различных форм подобной нагрузки. Характерный пример - ни одну из форм агрегации, созданных живой природой уже не дано отличать специфике адаптации к службе в качестве колесного транспортного средства или - средства передвижения «на опоре, реализованной в технике кругового шарнира». Здесь как таковая капиллярная природа структур живой природы и не предлагает какой-либо совместимости с техникой реализации кругового шарнира. Но, в таком случае, какие именно формы и разновидности эксплуатационных нагрузок и следует определять как допускающие наложение на материальные образования?

В таком случае нам и следует изложить присущее нам видение многообразия форм такого рода нагрузок, так или иначе присутствующего в накопленном нами опыте осознания материальной действительности. Конечно, в первую очередь тогда и следует указать на такие типичные для механических систем формы или разновидности эксплуатационных нагрузок, чем и возможно признание такого функционала, как использование в качестве средства удержания или использование в качестве средства транспорта или манипуляции. Всевозможные виды конструкций, предназначенных для несения того или иного вида нагрузки, а равно и всякого рода корпусные конструкции - их и следует характеризовать как очевидные примеры эксплуатации материи в ее употреблении как средства удержания. Между прочим, в тот же ряд равно необходимо помещение и трубопроводов. В другом случае, когда материальные образования будут находить использование в качестве носителя импульса или средства передачи другого материального содержания, объединяемого с ними на условиях «временного воссоединения», то тогда им и дано получить использование уже как средства транспорта. Конечно, в этот же ряд возможна постановка и тех же рычагов и отверток и других видов операторов манипуляции. Скорее всего, и электрическая проводка и всякий рассеиватель тепла равно позволят признание теми же банальными «средствами транспорта», но тем и отличающимися от уже названных труб, что им не дано исполнять функцию несения нагрузки как собственно «корпусной» конструкции.

Далее материальные образования равно не лишены и способности к несению таких видов эксплуатационных нагрузок, чем возможно признание и нечто использования для построения на их основе еще и нечто операторов механических событий, а равно и использование для построения операторов событий электромагнитной природы. В число таких операторов «механических событий» тогда и возможно отнесение уже упоминавшихся круговых шарниров, а также различного рода редукторов, двигателей или ползунков. В ряд операторов «событий электромагнитной природы» тогда уже возможно включение всевозможных трансформаторов и инверторов и стоящее за ними безбрежное разнообразие современных электрических и электронных схем. Конечно, здесь равно уместно указать и на проблему узости данной классификации, стоит лишь вспомнить такие устройства, как реле или электродвигатели. Но, на наш взгляд, некую вполне вероятную здесь возможность смешения все же не следует определять как нечто существенную ошибку.

Но материальные образования равно располагают возможностью несения и еще одного существенного вида эксплуатационной нагрузки, что и предполагает отождествление как нечто средство образования альянса. Причем подобного рода средствами не только следует видеть одни лишь средства «образования» альянса, но сюда же неизбежно включение и тех же средств расторжения альянса. Или, скажем, если сварку и склеивание и определять как «средства образования» альянса, то их альтернативы ножи, сети и сачки - им и следует принадлежать тому же ряду, а не выделяться как нечто специфические формы. Естественно, что функционал средств образования альянса равно будет отличать и те же реактивы, катализаторы, растворители, экстракторы и прочие фильтры, конечно, делая поправку и на специфический функционал каждого из них. Скорее всего, к этой же группе равно же возможно отнесение и всего биохимического базисного функционала живой материи.

Наконец, материальные образования равно отличает способность несения и такой значимой формы эксплуатационной нагрузки, чем тогда и возможно признание той же способности к реализации информационной машины на основе материальных структур. Но мы здесь все же пренебрежем возможностью углубления в анализ природы подобной весьма существенной для человека функции, выделив лишь тот аспект, что информационной машине дано знать и те специфические начала организации, что уже никоим образом не вытекают из непосредственно способности материальных образований к несению эксплуатационной нагрузки.

В любом случае очевидная специфика материальных образований - это достаточность для нечто «эксплуатационного» использования, что в некотором развитии такой квалификации и будет предполагать признание как обнаруживающие и качества характерной «полезности».

Огл. Условие «закольцовки» или присущий материи особый «снобизм»

Материи дано обнаружить и ту специфику, что в физическом мире за всяким изменением материального содержания тогда непременно дано стоять и материальной же природе источника совершаемого изменения. Ранее нам доводилось исследовать подобную проблему на примере частного случая электронной микросхемы «триггера», где, согласно принятым теперь представлениям и обнаруживается возможность логического изменения некоей физической специфики. Напротив, если признать справедливость нашей трактовки, то и в основе способности триггера уменьшать частоту сигнала дано лежать уже не логике работы элементов, но - как таковой способности данного схемного решения к формированию двух плеч различной длины, то есть, по существу, способности к внесению задержки. То есть микросхема триггера не пропускает один из фронтов импульса собственно по причине, что прямому прохождению фронта импульса в одном из состояний триггера уже необходимо большее времени, чем собственно и инициируемому таким фронтом акту блокировки тракта его прохождения.

Но дело здесь обстояло бы куда более простым образом, если бы в подобный предмет не дано вмешаться и той же, хотя и в целом корректной теории физического релятивизма. Само принятие такой теории тогда и позволяет трактовку еще в форме принятия таких представлений, как идеи эластичности пространства-времени, откуда подобные формы, определяемые нами лишь в качестве «эффектов» и позволяют признание еще и как наделенные «материальной природой». Ответом на подобное вряд ли разумное осознание принципов физического релятивизма тогда и возможно признание анализа природы тех же красного и фиолетового смещения - в сугубо логическом смысле физика здесь и уходит от такой существенной проблемы, как проблема «условий идентичности» материального образования. Здесь, если и следовать установкам предложенной нами концепции, то и тот поток излучения, чему и дано обнаружить эффект смещения спектра, тогда и следует определять как материальный объект, так реципиентный к условиям эмиссии излучения, что это и обращается для него уже некоей существенной модификацией. Логика же неких выводов из физического релятивизма - это та странная логика, в которой поток излучения вне зависимости от наличия неких важных признаков так и сохраняет специфику «того же» потока, что и поток, обнаруживающий и совершенно иные свойства. Как мы понимаем, здесь физическое познание не дает себе труда такой доработки используемого им собственного комплекса категорий, где уже собственно условие предметной идентичности и предполагало бы несколько более сложное определение.

Или, если позволить себе предложение и философской оценки, то существующие формы физического познания следует понимать любопытными и в части, что они странным образом избегают задания собственно нечто «постулата идентичности». Физическое познание уже определенно пренебрегает задачей выработки того комплекса представлений, что и создавал бы основания для признания материального образования собственно в значении «идентичного самому себе». Между тем проблема физической идентичности непременно будет знать и некие нюансы, а потому и не предполагать, казалось бы, вполне возможного «элементарного» решения. Собственно возможность убеждения в правомерности предложенной оценки и предоставлена в нашей работе «Три плана идентичности».

Тогда принимая во внимание доводы такой критики, и следует признать справедливость правила, согласно которому источником материального изменения и следует понимать лишь материальную причину. То есть совершению в структуре материи любого рода изменения непременно дано предшествовать и нечто наличию материального образования, чему уже дано проявить ту же способность передачи или формирования некоего возмущения. Потому и следует признать невозможным какое-либо воздействие на материю теми же духовными средствами.

Огл. Заключение

Если следовать подсказке нашей интуиции, то и прямой причиной закрытости или условно «ненужности» для физического познания рассмотренной выше проблематики тогда и возможно признание некоего любопытного обстоятельства. А именно, физике явно чужда идея построения модели или разработки теории своего рода «тонкой настройки» материи. Свидетельствами, собственно и подтверждающими подобную оценку и следует понимать тот «долгий путь» от простого светодиода к светодиодам высокой интенсивности, на создание которых и потребовалось едва ли не 30 лет, или - и столь же долгие попытки создания тех же светодиодов синего свечения. Тем не менее, прогрессу познания каким-то образом все же дано продвигаться в направлении осмысления предмета «тонкой структуры реакции» или проникновения в связи тонкой структуры взаимодействия. Примерами подобного движения и возможно признание или процесса получения спирта 100%-ной чистоты уже посредством не метода возгонки, но лазерной очистки или создание ключевого транзистора на базе нитрида галлия с сопротивлением в открытом состоянии равным десяткам миллиом. На наш взгляд, проникновение в тонкую структуру физического взаимодействия и следует рассматривать как наиболее вероятную причину последующего прогресса и собственно физических концепций.

06.2017 - 07.2018 г.

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru