монография «Ретроспективный портрет экономики»

Состав работы:


Предисловие и характеристика предмета


 

Замещение научного понимания экономики философским


 

Часть 1. Дорыночное хозяйство


 

Часть 2. Эпоха «простого рынка»


 

Метацелесообразность экономики - «экономическая целесообразность»


 

Многообразие форматов хозяйственных связей


 

Структурная диверсификация обратного влияния


 

Эксплуатируемый труд


 

Феномен перемещений «ценностной массы»


 

Наследующие социальной структуре нормы и массы ценностей


 

Привозная торговля


 

Введение податной системы


 

Ресурс-эквивалент


 

Потребление как деятельность, становление фигуры «заказчика»


 

Типизация функций, исполняемых рыночными игроками


 

Игра на характеристиках ценимости любых видов и форм экономического содержания


 

Функция «неструктурного» регулирования экономики


 

Часть 3. Формирование обязательных стандартов рынка


 

Часть 4. Хозяйственная деятельность - доминанта социальных отношений


 

Ретроспективный портрет экономики

Часть 2. Параграф - Функция «неструктурного» регулирования экономики

Шухов А.

Схема метацикла, стадия - (Микросоциальная среда)


В данном параграфе, по сути завершающим наше рассмотрение основных реалий социальной практики ведения общественного хозяйства «типический рынок», нам следует оценить те вносимые подобным форматом возможности, что, фактически, расширяют и содержание социальной действительности как таковой. Ради выделения подобных особенностей мы и прибегнем к сравнению анализируемого формата с предшествующим ему форматом первично упорядоченного пользования природой. И, естественно, практически первым выделенным нами аспектом социальной эффективности формата «типический рынок» мы назовем влияние повышающей мобильность постепенности, исключающей как немедленное направление в потребление выпущенных товаров, так и импульсивную практику проявления экономической активности. Постепенный порядок осуществления хозяйственных операций приобретает особую эффективность в смысле создаваемой им возможности предотвращения бессмысленной потери ресурсов, как по причине перехода операторов на использование методик предварительной оценки спроса, так и в силу овладения ими более адекватными представлениями о предполагаемом назначении проявляемой ими активности. Собственно говоря, мудрые слова теории удостоверяют здесь приход на смену всевозможным «пожарным» мероприятиям по восполнению недостающих обратных влияний такого гибкого регулирования как, в частности, сбытовая политика, подразумевающая прекращение бессмысленной продажи по бросовой цене или вообще предполагающая формирование определенной конъюнктурной «стратегии».

Немаловажно и то, что и непосредственно переход к использованию постепенных механизмов становления и функционирования производства обращается важным стимулом непосредственно развития производственного искусства. Результатом воздействия подобных условий именно и оказывается та важная особенность данной практики ведения общественного хозяйства, когда действовавший прежде в сфере производственного искусства принцип непрерывной традиции (школы) замещает уже более совершенный принцип исполнительского мастерства. Здесь уже собственно характеристика «качества работы» оказывается предметом особой спекулятивной оценки, во многом основанной на приложении критерия использования ресурсов труда (материалов, времени, обеспечения), что одновременно позволяет оценку собственно средства обратного влияния (теперь уже окончательно выражаемого форматом «товар«) в качестве наделенного «загадкой» предмета, вынуждающего применение при его создании изобретательного фантазирования. Вступление хозяйственной деятельности в полосу профессиональных начал ее ведения и получает тогда положительный отклик в общественном сознании, особенно в явно ожидающем дальнейшего социального прогресса слое общества. Кроме широкого слоя общества, идея профессиональных начал хозяйственной деятельности находит позитивное восприятие и у системы отправления власти, переводящей государственный аппарат в режим специфической защищающей хозяйственную микроструктуру «оберегательной» политики; явный пример подобной политики - административное введение методов цивилизованного банкротства. По существу при подобной форме институционального развития практики ведения общественного хозяйства охрана микроструктуры хозяйственных отношений занимает место одного из приоритетов государства в качестве, скорее всего, второй по важности проблемы после проблемы защиты основных политических интересов. Общество, обслуживаемое структурой типического рынка, преодолевая, в частности, неизбежные по ходу его развития кризисы социального устройства, непосредственно за восстановлением структуры государства, следующей восстанавливает микроструктуру экономических отношений (определяя, откровенно говоря, отношения собственности и квалификационные статусы).

Отсюда и содержание связанных с разрушением и воссозданием общественных систем хронологических циклов обогащает следующий феномен – общество свой предыдущий, до разрушения, уровень производительности понимает теперь в форме идеи состояния, обеспечивающего не более чем «прямое распределение» средств обратного влияния. Отныне в общественном сознании всякое «прошлое» положение вещей приобретает облик именно своего рода «провала» к непродуктивной «голой» воспроизводительной производительности (соответствующей показателю экстенсивного способа ведения хозяйства). И далее отраженная в определенном представлении подобная идея «уровня воспроизводства» и нагружается в общественном сознании значением средства наблюдения и проверки эффективности ведения общественного хозяйства. Если общественное хозяйство данного общества, как подобное положение и дано понять общественному сознанию, осознается воспроизводящим один необходимый минимум, то общественное сознание неизбежно понимает и то предопределяемое всем этим следствие, что рождающий его социум, скорее всего, переживает ситуацию кризиса.

Типический рынок, помимо такой характерной ему специфики, как понимание общественным сознанием предмета эффективности ведения хозяйства, представляет собой еще и форму институализации экономических отношений, преодолевающую и бытовавший прежде параллелизм социальных и экономических кризисов. В неразвитом обществе равно, что социальный кризис имел значение прямого источника хозяйственной нестабильности, что и сильный экономический кризис фактически обращался причиной дестабилизации и социального устройства. В таком случае сменяющий простое использование ресурсов хотя бы и не особо сложный рыночный порядок уже вносит в подобный уклад «прямого» построения «межструктурных» связей характерную ему специфику – фактически уходит в прошлое группа кризисов, порождаемых, главным образом, недостаточным инфраструктурным обслуживанием экономики. В том прошлом состоянии, казалось бы, доступна возможность возмещения неурожая закупками, но, бывает, отсутствуют способные заключать подобные сделки операторы. Если на дорыночных стадиях метацикла изменения в хозяйственной практике достигались лишь изменениями в собственно социальных отношениях, то спецификой настоящего положения следует понимать отмену безусловного порядка подобной зависимости, в силу чего и положение основного способа разрешения проблем уже занимает здесь не как в прошлом, универсальное, но, непременно, адресное регулирование. В частности, вариантами подобных действий можно понимать ту же подготовку кадров или продление сроков кредитования.

В целом дополнение практики ведения общественного хозяйства избирательным порядком построения отношений с обществом заставит нас иначе определить и непосредственно изменения в воздействующих на хозяйственную ситуацию сопряженных сферах социальной организации. Наше понимание природы подобных изменений мы и отразим в их выделении в особую область внеструктурной регуляции рынка. Существом же условно структурно «постороннего» воздействия на экономический порядок мы будем понимать особое, не связанное с резервированием ценностей или изменением «привычного» отношения к обратным влияниям, изменение значимости самих условий жизни. Например, общество может вносить изменения в политику взаимоотношений с внешним окружением, меняя принцип «закрытого общества» на принцип «открытого» или, наоборот, ужесточая присущую ему замкнутость (вспомним столь показательную в подобном отношении «революцию Мэйдзи«).

Результат же предопределяемого подобного рода мерами дальнейшего нарастания сложности в практике ведения хозяйства и выразится тогда в существенно большей степени открытости непосредственно практики ведения хозяйства не для всеобщих революционных потрясений, но непосредственно для наделенных характерной постепенностью эволюционных изменений. «Типический рынок» собственно и следует понимать системой ведения хозяйства, в основании которой и находится идеология раскрытия перед экономическими игроками возможностей дальнейшей адаптации к любым новым условиям, что и способствует усилению их специализации, вхождению в некоторые конгломераты или объединению в отраслевые группы. А далее непосредственно открытость подобной экономики и характерная ей свобода инициативы обусловят наступление положения, означающего ситуацию охвата операторами рынка практически всего спектра возможного товарного предложения, что именно и выведет на первый план процесс поиска «случайных» источников развития, например, освоения новых территорий или использования технических новаций. Помимо того, и ситуация включения в практику ведения хозяйства новой специализации в основном будет характеризовать индифферентность к собственно структурному способу реорганизации хозяйственной практики. Здесь неважно, какие именно изменения происходят в структурах хозяйства, поощряется дробление сферы интересов потребителя или, напротив, поощряется нивелирование в потреблении, равно же - что и как именно изменяется в структурах производства, - микроструктура подобной экономики уже замыкает подобные колебания в ее собственные границы, не выпуская данную динамику в общее пространство социальной организации. Превосходный, хотя, понятно, и относящийся к более сложной практике пример – перетекание занятости из производственной сферы в сферу услуг. И, одновременно, здесь не помешает и напоминание о том, что уже целый ряд «повседневных забот» перестает в данной ситуации составлять собой предмет адресного контроля политической сферы. Теперь государство сосредотачивает внимание исключительно на общем «здоровье» экономики, образуя, например, в предвидении возможных кризисных периодов развития заделы внеструктурного регулирования. В основном же собственной задачей оно склонно понимать теперь концентрацию имеющегося у него аппарата контроля именно на предмете структурного качества микросоциальной среды, отслеживая как ее свертывание по причине непоправимо сильной редукции, так и разрастание в сторону избыточной сложности, или выделение данной средой разнонаправленно развивающихся, прогрессирующих и депрессивных сегментов.

Тем не менее, явной спецификой рынка «начального уровня сложности», рассмотрение которого в нашем анализе предмета метацикла и подошло к своему завершению, следует назвать и принцип преобладания политических интересов над экономическими интересами. Однако типический рынок знаменует уже уход в прошлое и такой практики, как потребность в «социальных технологиях» развития экономики. Если политические интересы тем или иным образом и продолжают предопределять экономическую ситуацию, то это никак не меняет социального порядка в целом, но, положим, лишь обуславливает насаждение в определенные структуры политически предпочтительных конкретных операторов данной хозяйственной функции.

Данной оценкой мы и позволим себе завершить наш анализ экономики простейшего типа, переходя уже к рассмотрению практик ведения хозяйства, в основании которых и лежит принцип в некотором отношении «заселения» теми или иными операторами собственно и предназначенного для их деятельности рыночного «пространства«.

Следующий параграф: Появление «истинно рыночных» ситуативных экономик

 

«18+» © 2001-2019 «Философия концептуального плюрализма». Все права защищены.
Администрация не ответственна за оценки и мнения сторонних авторов.

Рейтинг@Mail.ru